Август Туманов – Рулевой. Книга 1. Испытание огнем (страница 9)

– Ну что, Никак, – сказал я, глядя на пса. – Что-то после такой горячей беседы мне уже не до еды. Ладно, – сказал я. – Кажется, мне что-то показалось. Наверное, заработался. Похоже, нужно сделать себе выходной.

Никак вильнул хвостом, но его взгляд оставался настороженным.– Так, стоп, – внезапно мне в голову пришла светлая мысль. – Ты какой-то слишком лохматый, друг мой. Нам нужно привести тебя в порядок, навести марафет, так сказать. Как же там называется ваш собачий барбершоп?

На самом деле он был двоюродный, но я привык считать его близким родственником.В этот момент зазвонил телефон. Я взглянул на экран – там высветилось «Роман» – мелким шрифтом под именем – «брат».

– Ну, привет, – сказал я, нажав на зелёную кнопку.

– Стасяяян, а ты сейчас где? – вопросительно протянул Рома. Мне показалось, что его голос звучал напряжённо.

– В машине, как всегда. А что?

– Слушай, мне нужно с тобой переговорить. Срочно.

– Опять долги?Я недовольно нахмурился. – Ну тут такое… Не только, – ответил Рома. – Кое-что случилось. Пересечёмся?

– Ладно, – вздохнул я. – Где?

– У меня на точке. Приезжай.

– Хорошо. Через полчаса буду. Только будь на месте, чтобы не пришлось тебя искать.Я вздохнул ещё раз. После этого нажал красную кнопку отмены вызова и посмотрел на собаку.

– Ну что, пёс, поехали к брату.

Никак вильнул хвостом, но его уши оставались поднятыми, как будто он чувствовал, что что-то не так. Я припарковался и вышел из машины. Никак прыгнул за мной, держась рядом.

Московецкий рынок был оживлён, как всегда. Продавцы что-то убедительно втирали покупателям, те неспешно рассматривали товары. Словом, жизнь шла своим чередом.

Роман ждал меня у своего павильона, нервно покручивая в пальцах смятую пачку сигарет. Его глаза бегали по сторонам, будто выискивали что-то в толпе.

– Ну, что случилось? – спросил я, подходя к нему.

Он резко схватил меня за рукав:

– Давай зайдём внутрь, – прошептал он, кивая на помещение. Его пальцы дрожали.

Мы вошли в тесный павильон, заставленный товарами. Рома прикрыл дверь, затем резко дёрнул шнурок лампочки – свет замигал, отбрасывая нервные тени на горы сигаретных пачек и ящики с газировкой. В углу трещало радио, заглушая наш разговор статикой.

– Стас, ты ж не поверишь… – Рома закусил губу, оглянулся на дверь. – Вчера Славка с пятого ряда испарился. Будто сквозь землю провалился. Утром кассу открыл – а к обеду уже и след простыл. И так пятеро за неделю. Менты пальцем о палец не ударили, будто их заранее предупредили не лезть.

– Ром, излагай с наглядными примерами. Для понимания ситуации.

Он нервно провёл рукой по лицу:

– Ну вот Славка – мы с ним вчера утром кофе выпили. Поболтали, посмеялись. А через два часа – тю-тю. Касса открыта, телефон на месте, куртка висит… – Он вдруг побледнел. – И везде этот запах…

– Какой запах?

– Горелого мяса. Словно шашлык забыли на углях…

Я почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Никак, сидевший у моих ног, вдруг насторожился, уши его напряглись.

– И пожары… Два павильона сгорели дотла. Огонь – как живой! По стенам полз, будто искал кого-то… Пожарные говорят – снаружи следов поджога нет.Роман понизил голос, прикрыв рот ладонью:

Его пальцы впились в край прилавка до побеления костяшек:

– Есть слухи, что на Давиловском появился странный шашлычник.

Вот тут я насторожился.

– И что такого? Они же там меняются, как на вахте.

– Этот… другой, – прошептал Рома. Глаза его стали круглыми от страха.

– Говорят, у него глаза… как раскалённые угли. А те, кто берут у него мясо… – он сделал паузу, – потом исчезают. Навсегда.

Мне показалось, что по спине пробежал лёгкий холодок.

Я взглянул на собаку. Никак сидел, уставившись на дверь, как будто ожидая, что кто-то войдёт.

– Ладно, – сказал я Роману. – Спасибо, что предупредил. Я как раз такого похожего видел.

– Будь осторожен, – предупредил Рома. – Тут что-то не так.

– Не переживай. Буду предельно внимателен.Я согласно кивнул. Мы вышли наружу. Я посмотрел на рынок. Люди шумели, торговались, смеялись. Но теперь мне это место виделось по-другому.

– А ещё это, брат. Займи пару соток баксов, – с жалобным видом попросил Роман. – На неделе отдам.

– Вот прямо как чуял. Теперь понимаю срочность твоего вызова. – Сунул ему деньги. – Только учти – это уже третий «быстрый возврат» в этом месяце.Я слегка фыркнул, доставая кошелёк:

Через пару минут мы с Никаком шли к выходу с рынка.

– Ну что, пёс, – сказал ему. – Похоже, нас окружают какие-то загадки мутного характера. Прямо настоящие тайны мадридского двора. Но оставим их на потом. Сначала – собачья цирюльня!

Никак вильнул хвостом, однако взгляд его оставался серьёзным.

– Не смотри на меня так сурово. Сегодня у нас день собачьей красоты.

Пёс вновь вильнул хвостом, как будто понимая, о чём речь.

Я поковырялся в телефоне, нашёл адрес ближайшего салона груминга и тронул машину с места.

Никак мой каламбур не оценил.– Надо же, – высказался вслух, трогаясь с места. – СПА для пса. Кстати, тот же набор букв. Через двадцать минут салон зоокрасоты удивил меня уютным помещением с ярко выкрашенными стенами и устойчивым запахом приятного шампуня. За стойкой ресепшена что-то читала на планшете кареглазая симпатичная девушка с короткими каштановыми волосами и широкой вежливой улыбкой.

– Здравствуйте, чем могу помочь? – спросила она, замедляясь в конце фразы.

– Настя? Или у меня что-то с глазами?Я застыл на полушаге. Наверное, даже с поднятой ногой.

Улыбка на лице девушки стала ещё шире.

– Какие люди! – протянула девушка с искренним удивлением. – Станислав Каримов, да ты ли это? Я поняла, что у тебя с глазами беда, ещё когда ты жену себе выбирал!

Мы обнялись. Настя пахла цветами и чем-то ещё неуловимым, что сразу напомнило мне детство.

– Ты здесь работаешь? – спросил я.

– Да, – ответила Настя. – Я тут уже почти главный грумер. А ты что, с собакой?

Я кивнул, указав на пса, который спокойно стоял у моей правой ноги.

– Да, вот, дружочек у меня появился на днях. Нашёл на улице этого беспризорника. Выглядит как бродяга после недели в подворотне. Надо бы привести в порядок.

– Вот ведь, да это же чистокровный ши-тцу! Скандинавского типа! Какой необычно крупный парнишка! – Она посмотрела на меня с неожиданной серьёзностью. – Стас, ты вообще понимаешь, что за зверюга у тебя?Настя присела, раздвинула шерсть на загривке и вдруг застыла: – Ну, не особо, я же не в теме. В чем соль?Я пожал плечами: – В том, – Настя взяла ножницы, – что таких собак китайские императоры дарили как высшую награду. А тех, кто их воровал… – Она выразительным движением провела пальцем по горлу.

– Отлично, – я фыркнул. – Я не воровал. Сам пришёл. Может, предчувствовал, что в городе творится? Вон сколько нездоровой суеты из-за пожаров…

– Пожары… Да, странно как-то. Особенно этот на Гублёвке. – Она бросила взгляд на мою руку. – Ты… ничего такого не замечал? Необычного?Настя на секунду замерла, потом резко заработала ножницами: – Кроме говорящих стихами шашлычников с горящими глазами? Нет, вроде.Я машинально сжал ладонь: – Ага, конечно, – Настя покачала головой, но продолжить не дала. – Так вот, твой найдёныш – это, по древним легендам, воплощение Танг Синга. Снежного льва, который…

– Который? – я поднял бровь.

– Который драконов с неба сбивает. Одним рыком. – Она вдруг серьёзно посмотрела на меня. – Где ты его нашёл?

Я потёр шрам на ладони:

– Скорее, это он меня нашёл. Да у киосков у метро, одну шаурму на двоих разделили. После этого он решил поехать со мной.

– И как зовут эту милоту? – поинтересовалась девушка.

– Никак.