Август Грехов – Эхо безумия (страница 7)

Со временем душевная тоска ушла. Время лечит. Но не полностью. Эта рана до конца жизни будет напоминать о себе. Да, я вспоминаю отца с улыбкой, но это не избавляет от жгучего жжения в груди.

Я продолжала учиться, работать, участвовать в интересных конкурсах. Меня заметили на одном из них и пригласили в академию космонавтики. И вот, спустя годы, я стала специалистом. Специалистом, каких мало. И получаю много денег. ДОСТАТОЧНО, для осуществления любой своей мечты.

Просто, кажется, мне уже ничего не хочется…

Нет, поймите меня правильно. Я очень довольна своей жизнью. Я благодарная за все моим родителям. За все, что они для меня сделали. Но… Я всё равно ночью сплю и вижу сны. Те самые сны не случившегося настоящего. Кажется, возможность уже ушла. Скрылась за горами, как закатное солнце.

Что я вижу в этих снах? Камеры. Блеск софитов. В роскошном золотом платье ступаю по красной дорожке, а накаченные люди в костюмах пытаются сдержать толпу восхищенных фанатов. Которые готовы на все, лишь бы получить фото и роспись от своего кумира.

Все равно не спится. Что бы ещё рассказать… Ах да, Жак Флосс, мой бывший, которого я упомянула. Мы с ним расстались. Прошло уже много лет и знаете… Я ничуть не жалею, что все закончилось. Даже рада, что меня не успело затянуть с головой. Это были действительно сложные отношения.

Я человек, который всего добился сам. Упорным, ежедневным трудом. Трудом, от которого у меня уже в двадцать четыре появились первые седые волосы, а в двадцать пять неожиданно возник противнейший хронический гастрит. Понимаете? А он… Ничего не делал. Ничем не интересовался. Ни к чему не стремился. Он работал, но только потому, что я его заставляла. Сам он, думаю, просто целыми днями лежал бы на диване. С ним не о чем было поговорить, он не думал обо мне, о свиданиях, подарках. Жил в потоке. В моменте. Его любимым занятием был просмотр сериалов. С утра до вечера. А когда я пыталась поговорить с ним об этом, он отвечал, что я ломаю драму. Отвечал, что я просто типичная женщина, которой нужно поругаться. Что в этом моя суть и моя проблема. В тот же вечер я ушла от него. Поняла, что он тянет меня вниз, на самое дно. Туда, где сам с таким удовольствием обитает.

Это было ещё до того, как я доучилась. И я рада, что это никак в итоге не отразилось на моем будущем. Разве что, я теперь стала более внимательна к людям.

Вы спросите, как я вообще могла его полюбить, неужели с самого начала ничего не видела? Я видела… Но всё равно решила попробовать. Я видела в нем хорошие черты. Надеялась, что смогу вытянуть его из болота, в котором он погряз. Думала, что смогу помочь ему показать миру его внутренний огонь.

Он оказался слишком тяжелым. В прямом и переносном смысле. Я не смогла его вытащить. Зато, он прекрасно засасывал меня. В свою лень, в свою рутину, в свою неуклонную деградацию.

Неужели, всё это было лишь от отчаяния? Неужели, мне так нужен был кто-то рядом? Думаю, да…

Я потеряла три года своей жизни. Но зато вынесла много нового и полезного опыта! Да и первые годы я была с ним счастлива, пока он окончательно не сдулся. А если годы потрачены с удовольствием, значит они потрачены не зря.

Все, на сегодня хватит. Последние строчки уже пишутся с трудом. Я и так рассказала больше, чем хотела. Завтра много дел! Сладких снов!

Несколько маленьких изображений внизу страницы. Звезда, вокруг которой нарисовано несколько колец. Портрет, видимо, бывшего, перечеркнутый тонкой линией. Пухловатое лицо, усатый, кудрявые волосы, миндалевидные глаза. И набросок эффектной женщины, похожей на саму Фиону, с красивой подписью: «Фредерика Ван Скарлетт».

Первое утро в новой системе и третий день новой космической миссии! С добрым утром, мир! Я проснулась, полна сил и энергии. Меня ждёт замечательный день, я уверена.

Капитан, на утреннем собрании в актовом зале, рассказывал экипажу наши задачи на ближайший месяц. Я села в переднем ряду, как обычно. Любовалась ямочками на его щеках и, кажется, абсолютно всё прослушала. Пришлось спрашивать у Женька, что там такого важного говорил капитан. Весь обед провела с ним. Он тоже душка. Смешно шутит. Такой умный и начитанный. Он будет замечательным инженером. Он уже почти дорос до моего уровня. Не постесняюсь написать это, он ведь под мои началом учится!

Евгений выходец из северных народов Земли. Никуда не улетел. Всю жизнь прожил на ней. Потому что сирота. Перебивался воровством в трущобах. Жил на улице. Так он мне рассказывал.

Как оказался здесь? Как и все. Очень много трудился. Хотя, жизнь его так сложилась не без одной счастливой случайности.

Он ограбил магазинчик, принадлежавший одному из профессоров космической академии. Женька поймали и привели к начальнику, который был профессором высшей математики в академии. Не знаю, кто его обидел в тот день, но он начал кичиться перед воришкой: смотри, говорит, я профессор, важная шишка. Такой мусор как ты подобного человека в своей жизни больше не встретит. И начал хвастаться, что придумал очень классные расчетные формулы. Показал мальчику одну из них. И знаете, что произошло дальше? Евгений нашел в расчетах ошибку. Профессор не поверил, рассмеялся, водил глазами по формуле и с каждой строчкой его смех становился тише и тише.

Это так забавно! Разумеется, мне он это рассказывал гораздо смешнее, но вы просто представьте лицо этого профессора. Он пару минут стоял с открытым ртом и вздыбившимися на макушке волосами. Смотрел на свою формулу. Потом взял калькулятор, все пересчитал и понял, что мальчишка то не промах. И, несмотря на свое невероятное тщеславие, взял мальчика себе под крыло. Определил его в академию, начал платить стипендию. Хотя, думаю, это всё тоже было сделано не без умысла. Скорее всего этот профессор хотел бы потом публиковать научные работы своего очень умного ученика от своего имени, ведь: «Ты теперь мне по гроб жизни должен». Не сложилось. Профессора уволили раньше, чем Женя доучился. Уж не знаю подробностей. Да и он тоже не спрашивал. Только тихонько радовался.

Я спрашивала его, как он смог решить умную формулу, как смог так быстро распознать в ней ошибку. Он ответил, что находил на помойке много умных книг. Самых разных. И все свободное время тратил на них. Ему нравилось. И, скажу вам честно, у меня нет сомнений в том, что он рассказал. Он правда умный. Я восхищаюсь его эрудицией и любознательностью. Он заслужил место, на котором сейчас находится. Более того, я уверена, его ждет прекрасное будущее.

Обед. Как же много работы, я сейчас просто закончусь! Впрочем, так всегда по прилету в новую систему. Сегодня стабилизировала маневровые двигатели корабля, чтобы наш «Парацельс» находился на нужных координатах. Не улетел в пустоту сам по себе. А ещё в этой системе множество астероидов. Приходится вносить траектории даже тех, которые прилетят через месяцы! Сложно! И много! Но нужно учесть всё. Посчитать каждое отклонение. Без моего Евгения я бы уже уволилась. Терпи, солнышко, завтра будет проще.

Сделала почти всё. Я такая умничка! Перерыв на кофе. Знаю, что вечером пить кофе вредно, но я ничего не могу с собой поделать, мне нужна энергия.

Одолжила у Аннабет, нашей поварихи и хозяйки, тушь, потому что моя закончилась. Хорошо, что мы с ней пользуемся одинаковой! У нее хороший вкус!

Кстати, позвольте представить вам мою первую и единственную подругу, Аннабет. Мы познакомились с ней в тот день, когда впервые попали на корабль. Забавная была история. Сейчас расскажу.

Аннабет была шеф поваром в одном небольшой ресторанчике на Земле. Любит итальянскую кухню, готовить еду, своего мужа и космос. Каждый вечер, после закрытия ресторана, она выходила на его крышу и смотрела вверх. Она даже себе лежаночку с зонтиком туда притащила. Залезет. Ляжет. И давай смотреть, как звезды и луна неторопливо плывут по небу. Она могла проводить часы за этим занятием.

И она копила деньги. Чтобы осуществить свою мечту. Чтобы поступить в академию, как и я. И таки накопила, к двадцати восьми годам. На отлично прошла обучение. И ее взяли на этот корабль. В качестве повара и заведующего продовольственным складом, ибо: «Аннабет – это про ответственность и отличный вкус», как шутила она сама.

Так вот, момент знакомства. Корабль в тот момент как раз отчаливал от космической станции. Аннабет стояла, разинув рот, и, забыв обо всем на свете, смотрела в иллюминатор на этот необъятный космос. Прямо посередине дороги встала, бросила сумку и чемодан на пол, и просто смотрела. Как плывут звезды, как уменьшается наша планета в размерах. В общем, делала то же, что и на земле. Я даже шутила, что у нее сработал условный рефлекс. А теперь угадайте, что делала я? Правильно, опаздывала на свое первое собрание. Иллюминатор, у которого умудрилась остановиться Аннабет, оказался прямо за поворотом. На полной скорости я всем телом впечаталась в Анну, и мы вместе, словно плюшевые игрушки, в обнимку, визжа, пролетели несколько метров вперед щучкой. И нам очень повезло, что сумка моей будущей подруги, которая зацепилась за ногу лямкой, летела вместе с нами, чтобы защитить голову Анны от серьёзных травм. А меня от травм защитила моя подруга. Вот она, сидит, улыбается, читает сообщения от мужа. Моя первая подруга. Моя самая-самая лучшая подруга. Которую, за эти полгода, я не просто начала любить. Я ее уважаю и ценю. И очень люблю десертики, которыми она иногда меня балует. В свободное от работы время. Мы хоть и в космосе, но выходные у нас тоже бывают! А Аннабет вообще свой труд за работу не считает. Ей нравится готовить. И она это делает всегда. Такая молодец!