Ава Рид – Трудный выбор (страница 50)

– Это было «да»? Это было «да»?!

Как бы ни старалась, я не могу перестать улыбаться. В глубине души меня терзает мысль, что отношения с Грантом развиваются слишком быстро, но наверняка это лишь голос моего эго, потому что происходящее не соответствует моей модели поведения.

Подхожу к палате, где сегодня проходит осмотр, и вижу Лору, Зину, Йена, Нэша и Джейн. Вслед за мной прибегает запыхавшийся Митч.

– ¡Dios mío! Опоздал, да? Я с операции.

– Раз с операции, ты оправдан, – говорю ему.

Митч переводит взгляд с меня на Лору, которая кивает, едва сдерживая смех. Джейн кивает тоже, Зина закатывает глаза, Нэш молча смотрит, а Йен с усмешкой качает головой.

– Ты пришел вовремя, – говорит Лора, пытаясь подбодрить Митча, пока тот тихо ругается по-испански.

– Поскольку все здесь… – начинает Нэш, но Йен перебивает:

– Даже те, кто не должен быть!

Нэш награждает его недовольным взглядом и громче повторяет:

– Поскольку все здесь, давайте начнем осмотр. Он пройдет здесь, в коридоре, потому что мистер Дженсен только что заснул, и я не хочу его будить.

Нэш открывает медкарту.

– Мистер Дженсен, шестьдесят пять лет. При физических нагрузках испытывает боль в груди. У его жены есть препарат для купирования приступа стенокардии. Нитроспрей. Мистер Дженсен принимал его во время приступов, когда боль становилась слишком сильной. По его словам, ему быстро становилось лучше. Жена настояла, чтобы он сходил к врачу, и тот направил его прямиком в Уайтстоун. Как думаете, с чем мы имеем дело?

Нэш поочередно смотрит на нас.

– Ишемическая болезнь сердца! – выпаливает Лора.

Он кивает и говорит, что это было обнаружено при госпитализации, а Йен наклоняется к Лоре и называет ее всезнайкой. Нэш, услышав это, выглядит настолько разъяренным, что я с трудом сдерживаю смех. Как и Лора.

– Ишемическая болезнь сердца со стабильной стенокардией.

Иными словами, стенокардия стабильная, возникает при нагрузках и поначалу не меняет свою интенсивность. Она не опасна для жизни, но пациент должен находиться под наблюдением врача.

– Какие факторы риска ИБС вы знаете?

– Хорошо, если назовете хотя бы пять, – добавляет Йен, и оба выжидающе смотрят на нас.

– Недостаточная физическая активность, – говорю я. Это первое, что приходит на ум. Нэш кивает, а Йен загибает один палец.

– Никотиновая зависимость, – продолжает Зина.

Тоже верно.

– Диабет, – добавляет Лора, а Митч выпаливает:

– Возраст, пол и наследственная предрасположенность.

– Очень хорошо, – хвалит нас Йен.

– Можете добавить что-нибудь еще? – спрашивает Нэш.

– Нарушение липидного обмена, – говорит Лора.

– А как насчет артериальной гипертензии? – задает вопрос Джейн, и Нэш кивает.

– А метаболический синдром считается? – подхватываю я.

Йен широко улыбается и смотрит на нас, как гордый отец.

– Они так быстро растут, – замечает он, а Нэш недовольно потирает лоб. Он может терпеть Йена только в ограниченных дозах.

– Факторы риска известны, поэтому следующий вопрос. Какие диагностические мероприятия можно провести, чтобы установить диагноз? – продолжает Нэш.

– Проверить липидный обмен, – предлагает Джейн.

– ЭКГ в состоянии покоя. Если не было сердечного приступа, то нет клинических признаков, – говорит Лора.

А я добавляю:

– Кроме того, на ЭКГ с нагрузкой и холтеровским мониторированием должны быть видны признаки ишемии миокарда.

Ишемическая болезнь сердца – это состояние, возникающее вследствие недостаточного обеспечения сердечной мышцы кровью, насыщенной кислородом.

– Эхокардиография, – добавляет Митч. – Нужно дифференцировать другие кардиологические причины.

Зина кивает и замечает:

– А еще стресс-эхокардиография, чтобы подтвердить ишемию миокарда и ее последствия.

– Что-нибудь еще? – спрашивает Йен после затянувшегося молчания и приподнимает брови, давая понять, что мы что-то забыли.

Задумчиво оглядываю присутствующих. Мне больше ничего не приходит в голову, но лицо Лоры проясняется, и она вскрикивает:

– Коронарная ангиография!

– Очень хорошо. Только вы забыли о сцинтиграфии миокарда, – замечает Нэш.

– Вот зануда, – усмехается Йен.

– Если не начнешь относиться к работе серьезно, я тебя поколочу, – шипит Нэш, и Йен хватается за сердце:

– Аж мурашки по коже.

– Рано или поздно они вцепятся друг другу в глотку, – наклонившись ко мне, шепчет Митч, и он прав. Нэш и Йен – друзья, они дорожат друг другом, но слишком разные, чтобы не спорить по десять раз на дню.

– Продолжим? – говорит Лора и серьезно смотрит на обоих.

– Какие варианты лечения вы рассматриваете при подтвержденной ИБС? – сухо спрашивает Нэш.

– Существует консервативная, инвазивная и оперативная терапия, – отвечает Джейн. – Консервативная терапия включает в себя устранение факторов риска, таких, как курение и недостаток физической активности. Еще она подразумевает прием лекарств, которые улучшают поглощение кислорода.

– При инвазивной терапии расширяют суженный сосуд. Существуют различные способы, например ЧТКА, – продолжает Лора.

– А оперативное лечение предполагает шунтирование.

Митч начинает излагать этот вариант, а мне в голову приходит еще один.

– Есть и крайняя мера – пересадка сердца.

– Последний вопрос на сегодня, и закончим. Доктор Райс, не хотите ли его задать?

– А, ты злишься на меня. Хорошо. Я тебя прощаю, – говорит Йен, похлопывая Нэша по плечу. Нэш выглядит так, словно мечтает выбросить его в окно.

– Какие осложнения могут возникнуть после операции на сердце? Для вас ответить должно быть проще простого, – говорит он.

– Инфекции, – даю ответ я.

– Перикардиальный выпот, инфаркт миокарда и сердечная аритмия, – продолжают другие, а Зина в конце добавляет:

– Тромбоз шунта.

– Интерны! Какие вы молодцы! – Йен выглядит так, будто это он нас всему научил. Помахав на прощание, он уходит.

– А я еще хотел пожелать тебе удачи! – кричит Нэш ему вслед и раздраженно фыркает.

Остальные смеются или качают головами и приступают к работе. Лора бежит за Нэшем, а я стою и думаю не только об экзамене Йена, но и о сегодняшнем вечере.