Ава Гладкова – Я в тебе… (страница 13)
– Извини… – всхлипнув, произнесла она, когда Хисон ушла.
– За что?
– За то, что нарушила наш уговор… Этого не должно было произойти.
– Ладно, сделанного не вернешь. Все могло быть и хуже. Главное, ты осталась жива.
– Обними меня, – попросила она.
Я лег рядом с ней поверх одеяла, укутал и крепко прижал к себе, закинув ногу. Она немного повсхлипывала и заснула, я уснул следом за ней.
***
Была уже ночь, но центр Москвы сиял яркими фонарями и тянулся в синее ночное небо высокими массивными зданиями.
Усталость после долгих часов за рулем давала о себе знать, моя шея хрустела на все лады, спина ныла, а глаза так и норовили закрыться.
Я оставил свой спортивный седан в подземной парковке, он укоризненно свистнул сигнализацией и мигнул поворотниками. Осмотрев автомобиль, я поморщился. Еще никогда он не был таким грязным.
Обстановка фойе пятизвездочного отеля поражала шикарной мебелью и богатством внутренней отделки. Посередине стояла высокая искусственная елка, украшенная золотистыми шарами и лентами. Я с удовольствием наблюдал, как моя подруга, задрав голову, рассматривала огромную люстру, затем ее внимательный взгляд скользнул по лепнине под потолком, и по мраморным колоннам вернулся обратно вниз.
– Добрый вечер, у нас забронирован делюкс, – сказал я, разыскивая во внутренних карманах паспорт.
– Для г-на Большакова со спутницей? – уточнили на рецепции.
– Именно.
Хотел бы я, чтобы это прозвучало иначе. «Для г-жи и г-на Большаковых» или «Для доктора Большакова и его супруги». Но, не все сразу.
На стойке стояла прозрачная чаша на ножке, доверху наполненная апельсинами. При виде ровных, как на подбор, фруктов, у меня потекли слюнки, ведь в последний раз я перекусывал на заправке неизвестно чем.
Гладкова потянулась к чаше и взяла апельсин. Она снова начала носить свой булыжник, но уже на среднем пальце. Интересно, что бы это могло значить. Затем, она протянула другую руку, чтобы взять еще один апельсин, но я тихо сказал:
– Хватит.
Моя подруга захлопала глазами, но послушалась с первого раза. При других обстоятельствах, она бы непременно начала спорить, и мне бы пришлось аргументировать.
Почувствовав себя хозяином жизни, пусть и за счет компании-заказчика, я забрал карточку от номера, взял обе сумки и двинулся к лифту.
Номер оправдывал ожидания, и выглядел даже лучше, чем на фото. Двуспальная кровать кинг сайз манила мое уставшее тело белоснежными подушками, но у меня были другие планы.
И даже то, что Гладкова демонстративно сняла свой спортивный костюм, и, стоя ко мне спиной в одном бордовом кружевном белье, начала разбирать свою сумку, не заставило меня передумать сделать то, что я запланировал.
Конечно, при виде ее попы в высоких стрингах, особенно, когда она наклонилась, чтобы забрать шоколадки с подушки, у меня сразу привстал. Засовывая шоколадки в карман сумки и отбрасывая волосы назад, моя подруга невзначай обернулась и улыбнулась краем рта, и я сделал реальное усилие, чтобы не взять ее сразу в той же позе. Вместо этого я зашел в ванную. Собственно, я снял этот номер ради большой угловой ванны с гидромассажем.
– Ты что-то все молчишь, – сказала она, держа косметичку в руках.
– Раздевайся, – ответил я, включая воду.
– Вот так бы сразу, – обрадовалась она.
Я вернулся в комнату и достал из холодильника шампанское. Словно прочитав мои мысли, Гладкова уже наводила в ванне пену, держа под струей душа пару маленьких бутылочек, которые стояли на раковине.
Я с громким хлопком открыл бутылку шампанского и разлил в два бокала искристый напиток. Когда мы все-таки залезли в ванну, я наконец-то расслабился. Моя подруга лежала на мне спиной, я обнимал ее одной ногой и пил шампанское.
– Пашок, а где сценарий?
– Я тебе разве не присылал?
Она обернулась и покачала головой. Я включил циркуляцию воды, и пузырьки нежно окутали нас. Затем я приласкал ее грудь и уперся членом в спину, а она прогнулась от удовольствия.
– Хочу тебя…
Ее полные губы дрожали, и я закрыл их поцелуем. Я немного развел ее накачанные ляжки и потрогал рукой киску. Она была скользкая, а клитор увеличился в размере.
– Давай!.. Прямо здесь…
Я тоже хотел ее, но еще больше я хотел сделать все, как положено. Я настолько устал от секса на диване игрового клуба или заднем сиденье машины впопыхах, что от одной мысли об этом у меня пропадала эрекция. Может, позже, мы и займемся этим в ванной, но не сейчас.
– Где твой шампунь? – спросил я. – Тебе надо помыть голову.
Моя подруга потянулась за косметичкой, немного поискала, но тщетно.
– Ой… Я знала, что что-то забыла.
– Как маленькая! Обо всем должен думать я!
Мокрые пряди ее волос лежали на мне, я взял свой шампунь, вспенил его в руках и нанес на волосы. Я массировал ее голову, собирая волосы на макушке. Потом я намылил свою голову тоже.
– Еще шампанского, крошка?
– Да… – ответила она, подставляя фужер.
– Вкусное?
– Угу… Пашок, а почему ты называешь меня крошкой?
Я рассмеялся. Это была очень давняя история.
– Серьезно, почему ты всю жизнь зовешь меня крошкой? У меня есть имя, между прочим!
– Не всю жизнь, а только с начальной школы…
***
Я сидел на уроке рисования. Рисунок был готов, и я просто смотрел на ровные каштановые косички девочки, которая сидела передо мной. Судя по движению ее правого локтя, она торопливо что-то заштриховывала. В начале года мы сидели за одной партой, но нас рассадили из-за того, что мы постоянно болтали на уроках.
Прозвенел звонок. На большой перемене все обычно доставали контейнеры с едой и ели прямо на своих местах. Из-за перегруженности столовой, первоклассники туда не ходили.
Забавно, с какой креативностью родители относились к сбору контейнеров. Содержимое многих из них порой было комичным и неподходящим к школьным условиям приема пищи.
Девочка достала из рюкзака апельсин и обернулась ко мне, протягивая его.
– Пашок, помоги почистить апельсин! – попросила она.
– Тебе снова дали апельсин?
– Маме было некогда, – ответила она, сидя вполоборота и глядя на мой бутерброд с колбасой и сыром.
Кожура не поддавалась, и я подковырнул ее линейкой.
– Смотри, у него курица!.. – шепотом произнесла девочка, показывая на соседний ряд.
Через проход от нас сидел крупный мальчик. Крепко держа в руке куриный окорочок, он с аппетитом откусывал от него. А я начал очищать апельсин, с неудовольствием осознавая, что забыл сказать Хисон, чтобы сделала два бутерброда.
– У них макароны! – крикнул кто-то.
Мы невольно посмотрели на источник шума. Близнецы на задней парте накрыли целую поляну, у них были даже столовые приборы.
В течение перемены девочка выменяла у подружки шоколадную конфету на четвертинку апельсина, а я отдал ей половину своего бутерброда. Она протянула мне половину апельсина, но я оторвал только одну дольку и вернул его обратно.
– Хватит бегать по рядам, Гладкова! – сказала учительница. – Все едят на своих местах.
Следующим уроком была ритмика. Тут нам с Гладковой достался один талант на двоих, а может, и на десятерых. Изначально мы стояли в паре и пытались повторять за всеми, но лишь отдавили друг другу ноги. Поэтому нас поставили в пару к более умелым танцорам, но мы и там не хватали звезд.