Ася Виленица – Сердце Духа (страница 14)

– Здесь нет духов, сестренка, – усмехнулся парень. – Определенно стоило вывезти тебя из Индаая, ато, того и гляди, скоро от доставок откажешься.

Он укутался в полотенце и, очевидно, чувствовал себя гораздо спокойнее, чем я или Тни-жи.

– Поэтому дома на сваях?

– И поэтому тоже, да. А еще вокруг каждого дома есть собственный защитный купол. Не пропускает почти никого лишнего.

– Кстати, хотела спросить. Разве нельзя сделать купол более непроницаемым, как центральный? Чтоб не пришлось дополнительно защищаться от мелкой живности?

Сзади послышался шорох. Я обернулась и встретилась взглядом с выходящим из дома Йоши. Он откопал где-то сухую футболку и шорты, и еще на один пакет уменьшил наши запасы лапши, которые я теперь стала рассматривать как стратегические. На правой руке парня имелся браслет, уж слишком похожий на вчерашний браслет Коэра. Отметив для себя, что Йоши с ортанцем определенно больше чем просто знакомые, я отвела взгляд: еще пара минут настолько неприкрытого внимания, и меня могут не так понять.

Ан-жи тем временем удобно сел, и по его взгляду я осознала, что меня ожидает очередная лекция о балансе, которые у парня, в отличие от сестры, выходили довольно сумбурными.

– Представь природу внутри купола и природу вне как огромных боевых магов, которые сражаются за каждый шаг в сторону противника. Вот так действует баланс центрального купола. Жестко и четко. Это огромная ежедневная работа.

Я кивнула, сделав на всякий случай заинтересованный взгляд. Примерную схему работы купола мне как-то уже объясняла Тни-жи. Смысл был в том, что Центральный Юнцайес обладал своей экосистемой, которая очень нервно относила к вмешательствам как из других миров, так и со стороны Крайнего Юнцайеса. Поэтому все, что ввозилось под купол, жестко контролировалось. Однако существовал еще один вид баланса: баланс энергий внутри и извне купола. Сила давления потоков на купол должна быть равна силе давления потоков в куполе, и это не самая простая задача. Конечно же, нескольких защитных магов в Деревне не способны выстроить и поддерживать подобное.

– Но мы здесь сражаться с природой не можем – будем словно муравей против огромного сапога. Поэтому наш купол дырявый, – продолжил Ан-жи. – Он не пропускает только крупную опасную живность. Опасные растения мы научились выводить и не допускать обратно, а от мелких тварей нас защищает сетка. Благодаря этому мы не должны следить за балансом.

– Знаешь за чем было бы неплохо последить? – Тни-жи слушала лекцию с крайне скучающим видом. – За едой в доме. Если и завтра мы проведем на диете из заварной лапши, то я лично ограблю ваш склад с продовольствием.

– Кажется, это как раз то самое важное дело, про которое ты пытался вспомнить последние пару часов, – вдруг подал голос Йоши.

Ан-жи поморщился и кивнул.

– Ты, кстати, обещал сыграть мне мелодию для памяти, если я не вспомню.

– Ну ты же вспомнил, – Йоши впервые за все время нашего знакомства улыбнулся и извлек из кармана штанов реко-реко. – И не “для памяти”, а мелодию памяти. К слову, она как раз отлично подходит для дождя.

Я с интересом наблюдала за ним, позволяя себе надеяться, что он играет хотя бы немного лучше соседа Тни-жи, но, услышав первые звуки, осознала: «немного» здесь слово неподходящее. Я, наконец, поняла, что инструмент действительно не нуждался в дополнениях. В музыкальных дополнениях. Его отлично дополняли звуки дождя. Отрывистый стук капель, шум обрушивающейся стихии. Йоши закончил играть, но я не сразу заметила это, продолжая слушать саму природу Юнцайеса. И не одна я. Мы все притихли, наблюдая за стихией, которая и не планировала успокаиваться.

– А где Коэр? – нарушила тишину я.

– А разница? – от меланхоличного музыканта не осталось и следа, его снова сменил ядовитый Йоши, которого местная защита пропустила по какой-то нелепой случайности.

– Он еще утром уехал, – дружелюбия Ан-жи, к счастью, хватало на двоих, а-то и на нас всех. – Принес извинения за то, что ошибся вчера с двигателем, и уехал.

Тут же захотелось спросить, по какой причине остался Йоши. Вероятно, Коэр дал ему задачу извиниться тоже, но таких концепций в мире парня не существовало. Вот он и остался на острове, как заклинатель из старой Индаайской сказки в поисках духа, про которого он знал только лишь то, что он существует.

Я сделала себе пометку обязательно спросить у Ан-жи про Йоши и Коэра, а потом вдруг поняла, что можно и не спрашивать. Сегодняшняя ночь вполне располагала к путешествию в сон. А сон дружелюбного и не слишком заботящегося о защите Ан-жи отлично подходил для того, чтоб попробовать затащить туда и Нихила.

Ночь предстояла долгая.

Глава 6

Иным жителям Веера никогда не осознать свободы Банглаора. Не осознать, какого это – жить в мире, где для перемещений изобрели самолеты, настолько он был гигантским и свободным.

Эйрик полной грудью вдохнул свежий, по-утреннему прохладный воздух Катариса, страны, занимавшей большой кусок территорий на севере мира.

– Заскочим потом поесть гравлакса? – Мин тоже выглядел довольным.

Заклинатель, как и Эйрик, вырос в Катарисе и воспринимал его родным домом, хоть и провел последние годы преимущественно на Индаае, обучаясь искусству общения с духами.

– Я не буду есть вашу сырую рыбу, от нее пахнет водорослями, – Хан выразительно наморщился и в очередной раз поежился под порывом ветра с моря Гигантов. Он самоуверенно заявился на север Банглаора в одной лишь спортивной футболке и теперь упорно делал вид, что ему не холодно.

– Ну подожди, я же ел эти ваши рыбьи головы, а они, между прочим, тоже не цветами пахли. – Эйрик не то чтобы был фанатом гравлакса, но идея накормить им Хана показалась ему забавной.

– Так ты мне тогда проспорил.

– И за что же ты готов продать свою гравлаксовую невинность?

– За то, чтоб увидеть сегодня, как Хейм сражается на арене вживую.

– Это вряд ли, – Эйрик покачал головой. – Чемпионы вроде Хейма никогда не сражаются с кем-то из своих же школ, а никого другого в тренировочном центре и не будет.

– Не слышал об этих правилах, но в таком случае моя невинность пока в безопасности, – усмехнулся Хан.

– Это вроде особенность только северных боевых школ. Нельзя всерьез использовать магию против своих же братьев, – пояснил Мин. – Скит! Никогда не думал, что удастся пообщаться с чемпионом мировой арены. Хотя, признаться, за Хейма я никогда не болел.

– Только ему это не говори, а то, судя по всему, тип довольно противный? – Хан вопросительно глянул на Эйрика.

– Нет, – тот задумался. – Он хороший, но местами сложный.

Они подошли к остановке около портала. Эйрик быстро ввел нужный маршрут для такси на табло и приложил жетон.

– Знал бы ты, как меня бесили поначалу индаайские кнопки. Нажал и гадаешь: приедет к тебе машина, или таксиста по пути духи сожрали.

– А такое бывало? – хихикнул Хан.

Мин серьезно кивнул.

Крупнейший тренировочный комплекс боевых магов Катариса располагался в нескольких километрах от города. На территорию пускали далеко не всех: опасались и безумных фанатов, и шпионов из школ-конкурентов. На Банглаоре многое крутилось вокруг арены и ее чемпионов. Если родился боевым магом, то имелось лишь три пути применения силы: арена, заводы и, конечно же, армия. Последняя была крайне непопулярна, требовала почти полной изоляции в отдаленных спецчастях и вроде как прозябала при этом от скуки, учитывая, что внешних, а уж тем более внутренних войн Банглаор не вел. Да и само положение магов в армии уже давно не было столь престижным. Полезные лишь в рамках ближнего боя, они проигрывали в скорости и мощи многим видам современного оружия.

Эйрик в число доверенных лиц, коих пускали на территорию тренировочного комплекса, тоже не входил. К счастью, попадать внутрь он и не планировал. Засев с парнями в кафешке напротив он заказал кофе с апельсиновым соком и едва не застонал от наслаждения, когда впервые за пару месяцев вдохнул любимый аромат. Холодный Катарис с его морскими ветрами идеально подходил для этого напитка, так же идеально, как жесткость Ортана смягчалась благодаря какао.

– Я забыл, а что ты пьешь на Юнцайесе? – Мин заказал себе гору свежих булок и методично поглощал их под осуждающим взглядом Хана.

– Сок Саог’ба с с тапиокой.

– Ты хотел сказать, молоко, – выразительно посмотрел на него заклинатель.

– Пока я на Банглаоре и рядом нет Ан-Ёна, я буду называть это соком.

– Эй, а я, значит, не считаюсь? – возмутился Хан.

– Пока первым меня поправляет Мин – нет, – улыбнулся Эйрик.

В следующее мгновение заклинатель вскочил со стула, а Хан отдернул руку от стопки булочек. Это значило, что Хейм Морвисон, как и было предварительно оговорено, почтил их своим присутствием ровно в десять утра.

– Давно не виделись, мелкий.

– Давно, – Эйрик обнял человека, которого считал едва ли не вторым братом, радуясь, что тот за прошедшие три года приобрел немного сдержанности. Помнится, когда Марк покинул арену, тем самым поставив крест на участии школы в мировом чемпионате на пару лет вперед, Хейм проклял его, а Эйрику, который и послужил причиной ухода, пообещал при следующей встрече стереть наглую улыбку вместе с челюстью.

Хоть они и были примерно одного возраста, раньше Морвисон всегда звал его мелким и, пожалуй, имел на то полное право. В свое время Марк с Хеймом почти каждый месяц на вытаскивали Эйрика из неприятностей, в которые тот с завидной регулярностью совал голову.