Ася Петрова – Развод. Его бывшая жена (страница 11)

Диван, который мы когда-то вместе выбирали с Лерой, оказывается жутко неудобным для сна. В голове тысяча мыслей, которые не дают покоя, кручусь из стороны в сторону, так и не найдя место.

На часах четыре утра, через два часа прозвенит будильник, но сна ни в одном глазу. Смысл носиловать свой организм.

Встаю, разминаю шею и спину, делаю серию коротких прыжков, разгоняя кровь по венам. После следует контрастный душ, два стакана теплой воды и эспрессо.

Заглядываю в спальню, где у нас располагается гардеробна. Лера спит на своей стороне, при это подтянув мою подушку к себе. Видны только глаза, а вся остальная часть лица прячется за ортопедической подушкой.

Вздыхаю, рассматривая жену. Наши отношения сейчас нестабильны, и мне это чертовски не нравится. Больше всего бесит, что Лера не доверяет, хотя повода я не давал. Ни разу за все время нашего брака не было и случая, который мог бы дать ей возможность усомниться во мне.

Но стоило бывшей жене появиться, как вся Леркина уверенность куда-то исчезла.

Присаживаюсь на край кровати, аккуратно глажу ладонью шелковые каштановые волосы жены. Она красивая и она другая. Мне это нравится.

Лола… Это сложная история, первая любовь — это почти всегда про страдания. К Лоле испытываю чувство жалости и просто душевную теплоту, когда-то эта женщина была для меня центром мира, но сейчас уже нет. Слишком много мы пережили, пока она отсутствовала.

Пускай и не по своей вине.

Мне жаль, что с ней случилась беда. Но я давно бывшую похоронил в своем сердце, ошарашен был ее появлением. И точно не собирался бежать в ее объятия, бросив Лерку.

Я глубоко женатый человек и не предатель.

Именно поэтому так злюсь. Нет, уже бешусь. Я ненавижу, когда мне не доверяют.

Еще какое-то время любуюсь Лерой, после быстро надеваю костюм и уезжаю в офис. Работа кипит с самой первой минуты, как я переступаю порог кабинета. У меня на самом деле уйма проблем по бизнесу, я стараюсь не тревожить своих по этому поводу, но есть нюансы.

Приходится много пахать, хотя мне не привыкать. Сам не замечаю, как проходит часа три моего корпения над бумагами, отвлекаюсь, когда шея затекает, а еще в эту же секунду открывается дверь.

Сначала на порог ступает тонкая изящная ножка в босоножках, потом я узнаю открытые колени, которые когда-то ласкал. Веду взглядом выше, изучая талию и небольшую грудь. Ничего в ней не поменялось. Словно и не было этих семи лет, она все такая же красивая, такая же живая. Только глаза грустные.

— Лола, — удивленно восклицаю, — Какими судьбами?

— Я просто шла мимо, решила заглянуть… Поздороваться так сказать. Чувствую себя не очень хорошо, Макс, если честно. Мне кажется я задела как-то Леру своим появлением, — она вопросительно приподнимает брови, спрашивая разрешения, чтобы зайти внутрь.

Привстаю с кресла, поправляя рубашку и приглашая Лолиту внутрь.

Она быстро прикрывает за собой дверь, опираясь на нее. В одной руке картонный стакан, а в другой крафтовый пакет.

— Это тебе, — она подходит ближе к столу, — Здесь сендвич с ветчиной и сыром и каппучино.

Вежливо улыбаюсь ей, но говорю прямо, потому что юлить не умею, а врать и подавно.

— Спасибо, но я пью только черный кофе. И не ем ветчину.

Она хмурится, явно оскорбляясь, но лучше сказать сразу как есть, чтобы повторного раза не случилось.

— Окей, — быстро оттаивает, — Тогда я сама съем. Можно немного у тебя посидеть?

— Валяй, я все равно скоро на совещание.

Она садится напротив, тут же начиная завтракать. Мы молчим, я снова погружаюсь в работу.

Так странно, у нас была большая любовь, бешеные чувства, искрило так, что можно было всю улицу осветить. А сейчас нам даже нечего сказать друг другу.

Лолита стучит длинным ногтем по столу, явно желая привлечь мое внимание. Я отвлекаюсь от работы во второй раз.

— И все же, Максим, я хотела вернуться к тому, что сказала тебе… Лера злится?

— Лол, не думаю, что правильно обсуждать мою жену с тобой.

— Почему?

— Ей бы это не понравилось… Лерка добрая, просто сейчас немного ведет себя как ёжик.

— Ну вот, — она наклоняется вперед, — Я же говорю, мне не показалось значит. Это все из-за меня, зачем я пошла к ней в магазин… Просто хотела больше узнать про Еську, не думала, что вызову такую негативную реакцию.

— Она просто не ожидала, это было глупо, Лол. Я тебе говорил уже об этом. Я сам с Лерой разберусь, с Есей… Там тоже сложно, не буду ходить вокруг да около, она не особо горит желанием с тобой видеться.

— Это Лера ее накрутила?

Вопрос повисает в воздухе. Он отчего-то очень сильно меня раздражает.

— Лера бы не стала! — чуть повышаю голос, но тут же успокаиваю себя. Я не должен срываться, — У Еси сложный характер.

— Прости, Максим, но ты не можешь срываться на меня. Я тоже пострадавшая сторона, я рожала ее, если ты помнишь… Это были тяжелые роды. И неужели я не имею права увидеть собственного ребенка?

— Имеешь. Я не запрещаю.

— Но Лера…

— Хватит, Лол! Не трогай Леру, пожалуйста. Не нужно. Черт, — бросаю взгляд на часы, — Мне пора на совещание. Пойдем, я провожу тебя.

— А можно я доем свой завтрак и сама уйду? Буквально десять минут, на ходу как-то неприятно есть.

Оставлять ее одну в своем кабинете… Да не, она же ничего плохого не сделает. Зачем ей это.

Киваю, убегая к акционерам. Придется снова распинаться перед ними, рассказывая почему сейчас убытки. Устал чертовски.

Через пятнадцать минут совещания понимаю, что забыл телефон и планшет в кабинете. А там у меня все графики и цифры.

Извиняюсь перед коллегами, убегая за гаджетами. И тут же нарываюсь на пустой кабинет, в котором уже нет Лолы, зато мой телефон разрывается громкой трелью.

Я никогда не сбрасываю звонок от Леры или дочери. Поэтому беру, чтобы быстро выслушать Еську, пока возвращаюсь к переговорной комнате.

Только вместе вопросов на меня обрушивается волна претензий и истерики.

Глава 14.

— Папа, скорее! Останови ее! — голос Еси на надрыве, слышу как она разговаривает с Максимом за дверью, умоляя его остановить меня.

Надо же! И правда приехал! Сорвался от нее?

Усмехаюсь дурацким мыслям, смахиваю слезы, продолжая аккуратно упаковывать вещи в специальные вакуумные пакеты.

Я очень люблю носить платья, но каждый раз когда мы куда-то едем, у меня уходит большое количество времени на то, чтобы сложить все аккуратно, потому что утюжить в отеле неприятное занятие.

И сейчас трачу уйму времени на складывание одежды, хотя желание одно… Бросить все это в кучу и закрыть чертов чемодан. Должна ли я уходить из дома?

Нет. Наверно так делать не нужно. Проблема в том, что изначально это был дом Максима и Еси. И выгнать его отсюда я не могу, да и муж не из тех, кто горделиво уйдет.

Поэтому единственное, что остается — это собрать вещи и уехать к матери.

Еську бы с собой взять, но она вряд ли поедет. Будет сейчас пытаться нас помирить, бегать и крутиться юлой. Умолять и плакать.

Клянусь, ее истерики всегда работают, потому что мы мягкие и понимающие родители. Но я настолько зла, что лучше ей даже не начинать. Прилетит всем.

— Я разберусь, Есь, — голос мужа совсем близко. Рычу предупреждающе, в надежде, что он услышит и не посмеет сюда войти, — Иди к себе в комнату.

— Нет! Я с тобой, пап!

— Я сам! — он прикрикивает, чувствую, как закипает.

Это все не про нашу семью, мы сейчас обнажаем наши самые некрасивые стороны. Но по-другому выйти из конфликта не получается.

Дочь молчит, по обиженному топанью ног понимаю, что она злится. Ничего. Дети тоже должны понимать, где субординация и где стоит промолчать.

— И что ты делаешь? — вопрос вполне спокойный.

А я уже на грани, чтобы схватить тяжеленный, доверху наполненный чемодан, и запульнуть прямо в Максима.