Ася Петрова – Предатель. Брачный договор (страница 39)

Вытирает большими пальцами дорожки слез с моих щек и скул, прикусываю губы, смотрю на любимого и не верю, что рядом. Целый и невредимый. Такой теплый, вкуснопахнущий. А глаза… Теперь я вижу в них все. И любовь вижу. Не врал, правда любит.

Целует коротко в губы, оставляя влажный след. Открывает дверцу машины и помогает мне сесть внутрь.

— Он точно меня отпустил?

Руслан заводит двигатель, поворачивается ко мне полубоком.

— Все хорошо, — кивает, — Поехали домой.

— Рус, стой…

— Что, малыш?

— Только отвези меня к себе, не к своим родителям, умоляю.

В моих глазах стоит страх, и он тут же его считывает. Прикасается своим лбом к моему, прикрывает глаза и просто дышит. Мы сидим так минут пять в полной тишине.

— Они примут тебя, Юль. У них выбора нет. Ты моя жена, у нас будет ребенок. И я тебя люблю.

— Твоя мать будет убеждать меня в том, что я должна сменить веру… Руслан, как бы я не любила, я не стану этого делать. И если для тебя это критично, давай сразу все решим на месте… Я не хочу никаких недомолвок, тайн и разногласий. Больше ничего такого не хочу.

— Для меня важно, чтобы у жены была моя вера, — отворачивается к окну, а у меня внутри все замирает. Он и раньше об этом говорил, я знала. Но для себя все давно решила, — Но больше всего для меня важна ты. Я уже понял, что если тебя к чему-то принуждать, то ты убежишь. А я, пиздец, как не хочу тебя терять. Поэтому и мне, и моей семье придется свыкнуться с этой мыслью. Жизнь иногда вносит свои корректировки.

— Ты уверен? — мне важно понимать, что это не просто красивые слова. Я не хочу через несколько лет услышать упреки в свой адрес.

— На все сто…

Он наконец выруливает на дорогу, и мы выезжаем на трассу, оставляя огромный особняк Брика позади.

— Как Саркис? В порядке? — решаю снова завести разговор. Я хочу понимать, что никто больше не пострадал, но Руслан, как самый настоящий ревнивец, тут же начинает злиться.

Он не показывает мне этого, но я вижу невооруженным взглядом, поэтому тут же спешу успокоить мужа. Кладу руку поверх его ладони, глажу ласковыми движениями.

— Я люблю тебя и только тебя… Не стоит ревновать, родной. Я просто хочу понимать, что больше не пролилась кровь… Кроме Елены.

— Он в больнице, но жить будет. Я надеюсь, ты понимаешь, что больше вы никогда не увидитесь?

— Понимаю.

И не спорю. Потому что не хочу больше ссориться. Я знаю, что для Руса это принципиальный момент, поэтому я просто принимаю его как факт.

Я плохо поступила с Саркисом. И с Русланом. Очень сильно корю себя за это, но что сделано, то сделано.

— Брик сказал, что ты отдал весь долг… Руслан, откуда такие деньги?

— Я все продал. Весь бизнес. Юль, первое время может быть затруднительно с деньгами, не обещаю тебе бриллианты, но ребенка и тебя точно прокормлю… Прсто нужно время.

— Ты все продал? Ради меня? — сердце сжимается от трепета и любви к этому мужчине. Все-таки тогда, еще в подростковом периоде, когда я влюбилась в настоящего мужчину. И мое сердце не ошиблось при выборе.

— Разве могло быть иначе? Юль, ты пойми одну вещь… Я никогда никого не любил, я циник, характер у меня тоже так себе, ты это и так знаешь. Но с тобой все по-другому, все перевернулось… Я почувствовал острую необходимость быть всегда рядом, защищать и оберегать. Полюбил. Сильно. Впервые. И да, бизнес для меня играл большую роль, но я знаю, как его строить. Я делал это уже однажды с нуля, сделаю еще раз. А если бы потерял тебя, то уже навсегда. Чаша весов перевесила.

— Мне не важны твои деньги, Руслан. Я полюбила тебя не за то, что ты был красив и богат.

— Кстати, а почему?

— Потому что ты хорошо относился к моему отцу, всегда ему помогал. И хоть и сторонился меня, я знаю, что мне тоже помогал. Отец рассказал, что ты стажировку в Италии, о которой я мечтала, оплатил ты. Папа случайно проболтался.

— Я просил его не говорить.

— Он не специально.

— Я просто хотел, чтобы сбылась твоя мечта. Знал, как это важно для тебя. У Виталика тогда уже начались проблемы с бизнесом, а он сильно переживал, что не может оплатить стажировку. Ты была для него самым важным человеком в жизни.

Мы заворачиваем во двор, я даже не заметила, как быстро мы доехали до дома.

— Ты самый лучший… И не потому что оплатил мне стажировку, не потому что женился на мне, пытаясь спасти. А просто потому что ты такой и есть, Руслан. А еще сбылась моя самая большая мечта.

— Все-таки влюбила меня в себя?

Усмехается по-доброму. Стучу ему кулачком по плечу в шутку.

— Нет. Хотя это тоже. Но главное, что здесь, — кладу руку на живот, мягко поглаживая, — Ребенок именно от тебя.

И вижу, как теплеет его взгляд. Как бережно он смотрит на еще плоский живот.

— И я рад, Юлька. Рад, что он мой.

— Только твой и мог быть.

Глава 52

— Я переживаю, — мы приехали к родителям Руслана. Его мать меня тогда не приняла, вероятность того, что это произойдет сейчас повторно велика. Правда Рус меня успокаивает, и все дни, что мы провели дома, в его спальне, в перерывах между сексом, он обещал, что все будет хорошо. Поэтому я согласилась поехать и повторить нашего знакомство.

— Котенок, я переговорил с матерью. Не должно быть проблем.

— Я делаю это ради тебя, Руслан. Надеюсь, ты оценишь.

Он целует меня в висок, прижимая к себе. Выдыхаю, ожидая, когда дверь откроется. Не проходит и минуты, как на пороге появляется статная женщина, Гульнара Исламовна.

— Это мы, — Руслан улыбается и разряжает обстановку, обнимает мать и берет меня за руку, заводя внутрь дома. Я так и не нахожу в себе сил поздороваться, потому что изучающий взгляд женщины давит. Правда не вижу в ней то строгости и отчужденности, что были тогда. Но это ничего не значит. Она может специально скрывать свою неприязнь при сыне.

— Русик! Юля! — Азиза вылетает из-за угла и бежит к брату. Руслан по обычаю ловит ее на руки, целует в макушку, она смеется заливисто и тянет руки к моей шее, прижимая нас троих всех вместе, — Я так скучала.

— И я крошка моя.

Руслан отлично ладит с детьми, эта мысль греет мне сердце. Кладу инстинктивно руку на живот, поглаживая. Там бьется сердце нашего ребенка. Я знаю, что он будет самым лучшим отцом.

— Юлия, — Гульнара Исламовна отмирает и едва улыбается. Замираю, превращаясь в статую, сглатывая вязкую слюну, что стекает вниз по горлу. Ладошки потеют, а сердце бешено стучит, — Как ваше самочувствие?

— Вполне. Спасибо.

Просто киваю ей. Я не могу скрыть свою обиду на эту женщину и теплых чувств совсем не испытываю. В этом доме мне неуютно, и я отсчитываю минуты, когда это все закончится. Мне хочется обратно в квартиру Руслана, снова в нашу постель, в его объятия. Там спокойно и хорошо. А здесь нет.

— Юлия, я должна перед вами извиниться, — вдруг ее голос заставляет меня широко распахнуть глаза. Я не верю, что слышу это от властной женщины, что пыталась меня выжить из своего дома. Издевалась надо мной и пыталась подчинить, — Я не видела в вас достойную партию для своего сына. Мне и сейчас трудно принять, что девушка не нашей веры и традиций рядом с Русланом. Но кое-что изменилось.

— Что? — шепчу тихо, а сама внутри вся трясусь.

— Мой сын вас полюбил. Я не могу пойти против любви, а то, что я вижу в его глазах, это точно она. Да, я не обещаю, что буду милой, но я точно не стану больше вас донимать своими нравоучениями, Юлия. И примите мои соболезнования, пожалуйста.

Ее речь меня впечатляет. Не настолько, чтобы я кинулась в ее объятия. Да и не уверена, что это возможно. Но сердце успокаивается, а внутри меня появляется больше уверенности.

— Когда вы сказали, что Руслан не будет счастлив со мной…

Вспоминаю тот подслушанный разговор.

— Я оказалась неправа, — ей нелегко дается признаться в этом, но все же ее мудрость берет верх.

Она любит сына, очень. И понимает, что он меня теперь не оставит. Разжигать огонь будет глупой ошибкой, потому что Руслан окажется потерпевшим и ему придется быть между двух огней. Так что она выбирает верную стратегию, а я ее принимаю.

— Спасибо, мам, — Руслан кивает, и я вдруг осознаю, что он на самом деле тоже переживал, что для него ее одобрение тоже было важно, — Юля потрясающая. И ты права, я ее люблю.

Кидает на меня свой нежный взгляд, которым только он может так на меня смотреть. Мне даже слов не нужно, чтобы понять, как я важна и как мною дорожат.

И разве я могла мечтать о большем? Любимый мужчина рядом, у нас взаимно, и у нас будет ребенок. А еще я его жена. И больше между нами нет никаких договоров, брак настоящий.

— Мам, у нас еще одна новость.

— Какая же? — она жестом приглашает нас в гостинную, — Чего же мы на пороге…