Ася Петрова – Паутина измен (страница 6)

— Ну, конечно, Ев. Что за вопросы? Мы с ним были в одном отеле, на всех переговорах вместе. В баню с партнерами ездили, — он начинает подробно рассказывать, ловя мой недоуменный взгляд, — Ну если что, в бане были только мужики. Пиво там, серьезные мужские разговоры. Ничего лишнего.

Он тут же начинает оправдываться, но я его успокаиваю. На баню мне плевать, а вот то, что Андрей действительно был в командировке — сбивает с толку. Теперь я совсем ничего не понимаю. Как так? Я же видела его своими глазами в ТЦ.

Официантка ставит заказ на стол, я делаю жадный глоток кофе, и мы продолжаем разговор.

— У вас все хорошо, Ев? Я имею ввиду с Андреем. Ты прости, может я лезу не в свое дело, но он злой как собака все эти дни.

— Правильно, Костян, ты лезешь не в свое дело, — голос сбоку заставляет встрепенуться. Я резко поворачиваю голову, замечая мужа. Он стоит у соседнего стола, скрестив руки на груди. Испепеляет Костика взглядом, недобро хмуря брови. Выглядит как всегда с иголочки: серый костюм, под ним черный бадлон и идеально начищенные туфли от Берлути, на руке очень дорогие часы , сделанные на заказ прямо в Швейцарии. Аромат моего любимого парфюма заполняет все пространство. Ловлю носом нотки мускуса и древесины, напоследок запоминая, как пахнет некогда любимый мужчина.

— Да я просто поинтересовался, Андрюх. Ничего такого, — Костя тушуется под испепеляющим взглядом босса.

— Мне не нравится, когда с моей женой пьют кофе другие мужчины. Впредь так делать не нужно.

Я вспыхиваю от гнева за секунду. Надоел он со своими приказами. Мало ли, что ему не нравится.

— Костя, ты прости за его невежество, спасибо за кофе, — встаю из-за стола, мило улыбаюсь мужчине, — И да, Андрюш, почти с бывшей женой. Не стоит запугивать мужчин вокруг меня.

Не знаю, откуда берется смелость, но появляется азарт. Хочется уколоть его, сделать больно. Засунуть нож в самое сердце и провернуть его по кругу. И это месть. Пусть не только мне будет хреново.

Я отмечаю бешеный огонь глубоко внутри глаз Андрея, его красивые зеленые глаза начинают темнеть. Он опускает руки вниз, сжимая кулаки. Бросаю взгляд на Костю, тот в ужасе пялится на Андрея. Я ненароком создала проблемы невинному человеку.

— Ева, — он надвигается в мою сторону, — Что ты себе позволяешь?

Он хватает меня за локоть, уводя в сторону. Захват его руки оставляет болезненные отпечатки, я пищу, прося отпустить руку. Но он не слышит.

— Ты хотела меня опозорить перед подчиненными? — рычит в лицо.

— Ты же меня опозорил. Почему нет?

— Какая же сучка стала. Где моя Ева? Где та ласковая девочка?

— Андрей, — смеюсь прямо в лицо, — Ты себя слышишь вообще? Какая ласковая девочка? Ты ее растоптал и уничтожил.

— Ева, — снова приближает свое лицо. Его рука опускается мне на щеку, начиная поглаживать, я на мгновение теряюсь. Вижу как загораются глаза мужа, он тянется ко мне, — Ты же моя, ты это знаешь?

— Нет, Андрей. Больше нет. И не прикасайся ко мне, мне противно, — уворачиваю лицо от поцелуя. Его губы мажут по моему виску.

— Это пройдет, Ев.

— Не пройдет. Ты обещал развод. Не говори только, что передумал.

Набираю в грудь воздуха, молясь про себя, чтобы скорее подписать эти бумаги и сбежать. Его присутствие плохо на меня действует. Мозгом то я все понимаю, ненавижу и презираю. А тело вот самый главный предатель, зачем-то тянется к мужу. Но я одергиваю себя. Полный бред снова довериться тому, кто уже единожды втоптал твое искреннее сердце в грязь.

Глава 9.

— Нет, не передумал, — хмыкает муж, — Пошли.

Он протягивает руку, я скептически смотрю на его ладонь. Он действительно думает, что я возьму его за руку? Да уж, самоуверенности не занимать. Огибаю тело Андрея и следую к лифтам. Слышу сзади себя смешок, но не реагирую. Посмотрим, кто еще будет смеяться последним.

В лифте я также игнорирую его, вставая максимально поодаль. Рассматриваю отражение в зеркале, свой свежий маникюр с бежевым лаком. Все вокруг, лишь бы не смотреть в его сторону. Поездка в лифте длится так долго, что я начинаю нервничать. Ощущаю его взгляд на своей щеке, и единственное желание, которое я испытываю — это спрятаться. Да что ему нужно то от меня?

Вот, пожалуйста, я без истерик и скандалов ухожу. Даю ему возможность быть с той, от кого у него ребенок. Быть счастливым. А он продолжает играть в игры, которые понятны только ему. Взгляды эти, касания. Для чего? Чтобы сделать мне еще больнее? Знает же, как сильно на меня это действует, и бесстыдно пользуется.

— Ты такая хорошенькая, когда злишься, — говорит он, и створки лифта как раз открываются. Оттягиваю воротник кофты, потому что становится невыносимо душно, и выбегаю из тесного помещения.

— Пошли в мой кабинет, — указывает на дверь справа. Ну, конечно, я в курсе, что это его кабинет. Вернее он занял целый этаж для себя любимого. Кроме него и его секретарши Лиды больше на этаже никого нет.

Хм, а интересно, Лида тоже его обслуживает? Скажем так в нерабочее время. Теперь всех женщин, что крутились вокруг Андрея, я воспринимаю, как его любовниц.

Мы проходим мимо стойки Лиды, она приветствует нас, натягивая самую широкую улыбку, которую я только видела. Андрей ей просто кивает, открывая мне дверь, я же коротко здороваюсь, юркая внутрь кабинета.

— Так, давай скорее свои документы, я подпишу и разойдемся? — сжимаю сумку в руке, теребя кожаный ремешок.

— Не так быстро, Ева. Для начала изучи договор, — он подходит к столу и кладет черную папку ближе к краю. Стучит пальцем по ней, приглашая меня присесть.

— Какой еще договор, Андрей? — начинаю нервничать. В закрытом с ним помещении находиться намного труднее, чем я предполагала ранее.

— А ты думала я просто так дам тебе развод? Просто позволю подписать бумажку и убежать?

— Да, — честно отвечаю. Я ведь правда так думала.

— Читай, — кивает на кипу бумаг в папке.

Падаю на стул, дрожащими руками беру листы в руки и начинаю читать. Внимательно вчитываюсь в каждое слово, чтобы не упустить ничего важного. С каждой строчкой мое лицо все сереет и сереет, становясь подобием маски. Эмоций никаких, опустошение и непринятие.

— Это что? — еле выговариваю я, поднимая листы на уровни лица, — Это шутка?

— Какая шутка, Ев? Это договор. Только при его подписании, я дам тебе развод.

Его тон такой будничный и спокойный, что я на секунду думаю, что он шутит. Но нет. Не шутит.

— Тут написано, что после развода, на период всей беременности я должна жить в твоем доме и быть под присмотром, а также не имею право заводить никакие серьезные отношения с другими мужчинами. Это прикол такой?

— Нет. Но надо сделать поправку, конечно. Речь не только о серьезных отношениях, Ева. Никаких отношений с мужчинами, пока ты носишь под сердцем ребенка.

— Ага. А дальше что? Я могу уйти, а ребенок?

— Ребенок останется с тобой. Я же не урод моральный, — вижу как неприятен ему этот разговор, — Но на выходные я буду забирать его. И в отпуск тоже.

Ага, классно. Он будет ездить со своей любовницей и сыном в отпуск, а мой малыш будет все это видеть. Хотя так многие живут...

— Тогда к чему эти условности? Зачем мне жить с тобой?

— Потому что я хочу, чтобы ты жила в комфорте, хорошо питалась и заботилась о себе, пока носишь малыша. Где ты собралась жить Ева? На какие деньги?

Я планировала устроиться на работу и снять квартиру.

— Малышу нужна любящая и спокойная мама. В твоем доме я буду чувствовать себя как на войне. А твой сын? Он тоже будет жить с нами?

Вскакиваю со стула, ходя по кругу.

— Да, Дима останется. Но он тебя не потревожит, он спокойный мальчик. Насколько я знаю.

Что это значит? Насколько он знает...

— А любовница твоя?

— Какая?

— А! Так у тебя их много? Ну круто.

Слезы предательски рвутся наружу, но я сдерживаюсь. Не хочу, чтобы он видел меня слабой, хватит с меня жалости и слез.

— Ева, прекрати нести чушь. Нет никаких любовниц и не было никогда.

— Я видела тебя! Ты целовал ее!

— Да мало ли что ты видела, — он повышает голос, раздражаясь.

— А сын? Через воздух появился?

— Диме пять лет, — рычит он, — И он был зачат до нашего брака, чтоб тебя налево. И узнал я о нем в тот же день, когда привел его домой. Еще вопросы есть? Подписывай давай.

Я застываю, словно меня облили холодной водой. Все. Голова окончательно перестает функционировать, я теряюсь в пространстве. Чувства захлестывают с головой, крутя вереницу мыслей по кругу. Я в каком-то кино, это точно не может быть моя жизнь.

— Андрей, — шепчу я, — А Оля? Ты целовал ее там... Она трогала тебя.

Мне так важно, чтобы он объяснил. Что Оля случайно вернулась в его жизнь, что он не искал с ней встречи. Что он ее не любит больше. Ну скажи это, пожалуйста. Не дай мне умереть внутри до конца.