Астра Вранеш – Зверинец (страница 5)

— Ещё лучше.

— Обычно.

— Дима, — сказала я.

— Что.

— Ты мог бы оставить «обычно» при себе?

— Мог бы, — согласился он. — Но ты спросила.

Это было справедливо.

Я посмотрела в экраны мониторинга. Восьмой коридор — движение. Что-то тёмное, быстрое, прошло через кадр. Я не успела рассмотреть.

Потом — тишина.

Потом — снова движение, в другом коридоре.

— Дима, — сказала я. — Он ходит по кругу.

Дима посмотрел на экраны.

— Да.

— Зачем?

— Изучает территорию.

— А потом?

— Потом либо успокоится, либо нет.

Я потёрла лицо ладонью. Объект одиннадцать тихонько переступил лапками у меня на плече. Потом сделал что-то совсем неожиданное — приложил одну маленькую лапу к моей щеке. Буквально на секунду. Как будто похлопал.

Я посмотрела на него.

Он посмотрел на меня большими жёлтыми глазами.

— Это жест поддержки? — спросила я у Димы.

Дима посмотрел на нас.

— Не знаю.

— Но выглядит как жест поддержки.

— Выглядит, — согласился он.

— Хорошо, — сказала я. — Спасибо, одиннадцатый.

Объект одиннадцать убрал лапу. Снова уставился в стену с тем видом, который я уже начинала читать как «я наблюдаю, я не сплю, всё под контролем».

Я не была уверена, что всё под контролем.

Но следующие семнадцать минут действительно прошли тихо.

А потом со стороны главного входа в корпус послышался звук — металлический, короткий — и в коридоре зажёгся свет.

Светлана Борисовна вошла именно так, как она всегда всё делала. Без спешки, в пальто, с сумкой, и с термосом кофе.

Она окинула взглядом комнату мониторинга. Меня. Объект одиннадцать на моём плече. Диму.

— Хорошо, — сказала она. — Докладывайте.

Я открыла планшет.

И именно в этот момент где-то в глубине корпуса — там, куда уходил восьмой коридор — что-то издало звук. Не шуршание. Не шаги. Что-то среднее между криком и металлическим скрипом, на достаточно высокой частоте, чтобы у меня заныли зубы.

Светлана Борисовна остановилась.

— Восьмой? — спросила она у Димы.

— Он.

— Понятно. — Она поставила термос на стол, расстегнула пальто и деловито полезла в сумку. — Тогда сначала с ним разберёмся, потом доклад.

Я смотрела, как она достаёт из сумки то, что я сначала приняла за обычный фонарик. Потом пригляделась.

Это был не фонарик.

— Светлана Борисовна, — сказала я.

— Что, Вика?

— Что это?

Она посмотрела на предмет в своей руке. Потом на меня.

— Это инструмент, — сказала она.

— Я вижу. Какой именно?

— Тот, который заставит восьмого вернуться в клетку.

— Он... издаёт звук?

— Среди прочего.

— А среди прочего — что?

Светлана Борисовна закрыла сумку. Посмотрела на меня поверх очков с тем выражением, которое у неё означало «перестань задавать вопросы и иди за мной».

— Вика, — сказала она.

— Да.

— Ты помнишь, что подписала о неразглашении?

— Да.

— Хорошо. Можешь добавить к этому ещё один пункт.

— Какой?

— Что бы ты ни увидела следующие полчаса — никому. — Она надела очки поудобнее. — Идёмте.

И пошла в коридор.

Дима двинулся следом немедленно.

Я стояла секунду. Смотрела на экраны. На пустые клетки. На тёмные коридоры. На точку на мониторе, где в восьмом коридоре снова мелькнула тень.

— Ладно, — сказала я вслух.

И пошла за ними.

Объект одиннадцать не слез с плеча. Крепче вцепился лапами в мой воротник и уставился вперёд с видом кота, который едет верхом и считает это нормальным.