Аша Лемми – Пятьдесят слов дождя (страница 59)
У нее перехватило дыхание. Лицо пылало, но руки не дрожали. Она не потерпит унижения.
Звук флейты пронзил до самого сердца.
Нори открыла глаза.
А потом раздался другой звук, совершенно незнакомый.
Это были аплодисменты. Оглушительные аплодис-менты.
Нори покачнулась. Они не прекращались целых три минуты.
Ее грудь тяжело вздымалась и опускалась.
– Бис! Браво! – крикнул кто-то.
– Да, еще!
Краем глаза на нее глянул Акира. Традиционно между частями делали перерыв. Нори уже запыхалась, но кивнула, показывая, что готова продолжать. Следующая композиция была ее мелодией. «Аве Мария» прозвучала идеально, как в глубине души Нори всегда знала, и будет. Она была продолжением самой Нори.
В зале заплакали.
А потом снова раздался рев. Толпа была ненасытна.
Нори почувствовала руку Акиры на своем плече, когда он наклонился, шепотом спрашивая:
– Если тебе нужен перерыв…
– Нет.
– Прошел почти час. Ты ослабла.
– Я хочу закончить.
Если она сейчас остановится, то уже не сможет начать заново. Ее держал адреналин.
Невидимый остальной толпой, Акира легонько поцеловал сестру в затылок.
– Верь, – прошептал он.
И вернулся к фортепьяно. Ропот в зале стих. Нори могла поклясться, что какое-то небесное существо заморозило гостей.
Акира позволил упасть первой ноте. Затем второй. Третьей. Каждая нота звучала ниже и зловеще, чем преды-дущая.
Даже не задумываясь, Нори ответила на зов. Звуки скрипки вплетались в звуки фортепьяно, они были половинками единого целого.
По щеке Нори скатилась слеза.
Весь ее страх, вся ее боль, вся ее ненависть вылились в музыку.
Аудитория была забыта. Здесь имели значение только два человека.
Они кружились все быстрее и быстрее, пока не начали танцевать в безумном красном тумане.
А затем, когда музыка в последний раз угасла, послание стало ясным как день.
Нори сложилась, как бумажная кукла, и закрыла глаза. Скрипка с грохотом упала на пол.
Она не слышала аплодисментов. Лишь почувствовала, как Акира взял ее за руку и потащил через холл, потом через парадную дверь в холодную зимнюю ночь. Холодный воздух коснулся ее лица.
– Все в порядке, – сказал он. – Ну, ну.
Она продолжала дышать короткими, отчаянными рывками.
– Я смогла, – прохрипела Нори.
Акира сел прямо на снег, чтобы она могла уткнуться лицом ему в грудь.
– Смогла. – В его голосе прозвучало тихое, но всеобъемлющее удовлетворение.
– Я справилась?
Акира фыркнул.
– Небрежно на трелях. Как обычно.
– А остальное?
Акира долго молчал.
– Я… рад, что вернулся.
Нори уложила эти слова в священный тайник души.
– Пойду заберу вещи, – сказал Акира. – Засвидетельствуй наше почтение Хиромото. Или хочешь остаться на вечеринку и насладиться триумфом?
Она отрицательно покачала головой.
– Поехали домой.
За рулем был тот же водитель. Открывая дверь, он улыбнулся Нори. Однако, прежде чем сесть за руль, бросил на Акиру короткий озадаченный взгляд. Акира приехал на такси прямо из аэропорта и имел при себе только маленький чемоданчик.
Извилистая дорога пустовала, ночь была совершенно тихой под черным беззвездным небом. Акира задремал.
Нори подышала на свое окно и вывела мизинцем:
Когда-то это было все, что она могла написать.
Она пихнула Акиру ногой.
– Акира.
Он повернулся к ней лицом.
–
– Как думаешь, я могла бы поехать с тобой в Вену? Мы могли бы снова сыграть? Вместе?
Нори ожидала, что он усмехнется или закатит глаза, но взгляд, который он бросил на нее, был ясным и честным.
– Ты еще не готова.
Нори склонила голову.
Акира двумя пальцами приподнял ее подбородок и потянул за локон.