Асахи Чанг – Белая Вселенная (страница 8)

– Смотрите сюда. Видите этот «шум» на поверхности астероида? Система пометила это как дефект отражения, как блики на неровном невероятно твердом камне, базальте-15. Кстати, судя по данным сканирования камни действительно прочнее, чем мы предполагали. И это не просто лёд и мусор. Если применить законы Пастера…

Я нажал пару клавиш, и хаос на экране выстроился в четкие, ритмичные спирали.

– Что-то инородное на поверхности, не базальт, – тихо сказала Инженер. – Угол вращения плоскости поляризации постоянный. И он левосторонний.

– Именно, – кивнул я. – Левосторонние аминокислоты. Земная жизнь.

– Подожди, – Навигатор отставил стакан. – Ты хочешь сказать, что этот астероид…

– Покрыт слоем прозрачного для света, но непроницаемого для радиации биогеля, – закончил я. – Кто его создал? Возможно!

Я поднял палец вверх.

– Возможно! Тихоходки не просто спрятались. Они каким-то образом осели на астероиде. И буквально заштукатурили свою колонию выделениями, создав некое подобие панциря. Для наших суперсовременных радаров это выглядит как камень, но для старой доброй физики девятнадцатого века эти следы сияют как новогодняя ёлка.

– Значит, симуляция была не совсем игрой? – спросил Навигатор, и в его голосе пропали веселые нотки. – Они действительно там? И они действительно пережили джет? Нет, бред это всё. Почти наверняка. В лучшем случае мы можем наблюдать результат их конца – чтобы там ни было, колония упала на астероид, оставив после себя этот гель. А космическое излучения сделало своё дело, затвердив то, что осталось от несчастных тихоходок. Нет их и всё на этом!

Навигатор махнул рукой.

– Квантовый компьютер не выдумывает, – ответил я, глядя на спирали биологической жизни посреди мертвого космоса. – Он экстраполирует. И, кажется, он пытался нам сказать, что мы здесь не одни.

– Интересные догадки, я думаю нам надо это отправить на Землю, пусть разбираются, – сказал Помощник и вернулся к своему занятию. – В конце концов, пришлют сюда новую миссию, изучат досконально их, заберут на Землю то, что от них осталось. Ведь если и правда был релятивистский джет и получилось сформировать радиационно-стойкий гель, то это можно использовать для защиты будущих космонавтов от космической радиации. Это может быть очень перспективно.

– Ага, будем обмазываться испражнениями тихоходок. Симбиоз человека и тихоходки, как величайшее достижение две тысячи тридцать девятого года! Получим с вами премии! Пойду как я обмажусь солнцепритягивающим гелем и немного полежу погреюсь, пока ещё не так далеко улетели от Солнца.

Навигатор ушёл. Мы остались втроём. Инженер подошла ко мне.

– Посмотрим, как там наши «пассажиры»?

Я открыл виртуальную доску и вывел на экран параметры.

– Живы, шевелятся, своими делами занимаются. Да, вот так смотришь и даже жалко становится. Всё-таки это достаточно развитые организмы, не какие-то там тихоходки. Жалко будет их отправлять на верную смерть.

– Ну у нас есть правила и Устав. Будем делать то, ради чего сюда прилетели, – ответил я и решил пойти в свою каюту отдохнуть.

Во время отдыха мне пришла мысль. Кажется, столько всего произошло, что нужно нам отдохнуть всей командой.

Запись №36: Бал в космосе

И вот мы решили устроить бал. На создание этого великолепия ушло немного времени.

Двери бального зала распахнулись, и перед нами предстал поразительно длинный холл с высокими колоннами, фресками на потолке и изящными французскими люстрами-гигантами. Паркет был до блеска натерт мастикой, а роскошное убранство навевало мысли об эпохе барокко. Заиграла веселая музыка – наверное, это была полька.

В зал повалили гости. Виртуальные герои нашего цифрового времени, одетые как в старые времена.

Инженер тоже вошла в залу, и многие присутствующие, что выстроились рядами вдоль колонн, поклонились ей, словно какой-то заморской принцессе. Облаченная в воздушное вечернее дымковое платье с открытыми плечами, она была прелестна, грудь ее дышала волнением. Инженер поклонилась гостям в ответ и побежала вперед – встречать тех, кто еще прибывал на бал.

Следом за Инженером вошли я, Навигатор и Помощник Капитана.

Мы тоже были в приличествующих случаю парадных костюмах. Помощник был одет как дипломат, на мне был военный китель, а Навигатор выбрал себе костюм французского адмирала эпохи Наполеона. Перевоплощение нашей команды произошло успешно.

– Я все организовала, Капитан. Сейчас буду знакомить вас с гостями, – шепнула мне Инженер.

Она по очереди представляла мне каких-то вельмож, важных особ, советников, дипломатов, военных, руководителей, знаменитых торговцев и бизнесменов из разных эпох.

И Графа. У нас даже был свой Граф! Инженер в перерывах о чем-то шепталась с ним в сторонке, а потом потащила за руку к нам и представила нас друг другу.

Граф, который давно занимался космическими путешествиями, очень лестно отзывался о нашей замечательной и важной миссии, а потом признался, что это с его подачи «Вояджер-1» и «Вояджер-2» получили такие имена. Большая честь была для меня познакомиться пусть и с виртуальным образом, одного из авторов нашей серии космических зондов.

Инженер познакомила меня и со своими родителями. Они тут тоже были. Программистами в реальной жизни, но тут она их представила, как важничающих сенаторов, что были вхожи не только в правительственные, но и в академические круги. Мама её высоко задрала носик, как это любила делать и Инженер. А отец строго поправлял очки на носу, доставал платочек из кармана, а потом аккуратно его складывал на место. Они шли под руки и поприветствовали меня.

А потом мы с моей прекрасной дамой цифрового сердца, Инженером, танцовали вальс.

Я очень быстро научился этому, и мы кружились с ней в самом центре залы, ловя восхищенные взгляды наших гостей.

Потом она танцовала с Помощником Капитана. Он наверняка нашептывал ей старые шутки про моряков, или спецназовцев – я до конца не понял (или не придумал) его прошлого. Она смеялась как ребенок, поднимая подбородок вверх и приоткрывая свой милый ротик.

Она была сексуальна. Я знал это. Жаль, что не мог этого прочувствовать. Но в мыслях я знал, что мы могли бы быть вместе, что меня тянуло к ней. Как плюс тянется к минусу, или минус от минуса отталкивается.

Инженер успела потанцевать даже с неуклюжим Навигатором. Хотя для вальса, этого грациозного и воздушного танца, он, конечно, не годился – скорее, для какой-нибудь польки или гопака.

Музыка играла громко, столы ломились яствами, шампанское и вино текло рекой. Милые официантки и вышколенные официанты весь вечер сновали со своими подносами среди гостей, чтобы никто не испытывал недостатка в закусках и напитках.

Я немного утомился от нескольких туров вальса с Инженером и другими гостьями и отошел в сторону, где Навигатор, стоя между колоннами у окна, молча глядел вдаль.

Он был странно задумчив. Так бывает, когда люди размышляют о чем-то грандиозном, что касается их в первую очередь, и смотрят так будто ничего не видят перед собой. Я видел это в кино. Казалось, Навигатор сейчас даже заплачет – то ли от радости открытия, то ли от великого горя, настолько тяжелым был его взгляд.

Около меня стояла Инженер.

– Навигаторы так не смотрят без причины, – сказала она.

– Он просто видит траектории, которой ещё нет! – ответил я и посмотрел на неё. – Прокладывает нашу судьбу!

К нам подошёл Помощник Капитана.

– Если Навигатор так долго молчит, – заметил Помощник, – значит, впереди либо чудо, либо катастрофа.

– Между ними порой разница чисто эстетическая, – заметил я.

– Или символическая.

– Тогда выберем тот вариант, где больше шампанского, – сказал я.

Достал бутылку настоящего французского шампанского, разлил по бокалам и мы выпили.

Помощник и Инженер уши танцовать. А я наблюдал за гостями, и собрался уже было подойти к Навигатору. Но меня опередил Граф, они перекинулись парой слов, а потом Граф повернулся ко мне и поклонился. На его груди я успел заметить небольшой значок с тремя буквами: ТОВ.

Инженер, выскочив из веселящейся под громкую музыку толпы, подошла ко мне. Она сказала, что идея с праздником была отличной, и что это надо обязательно повторить. Она давно так не веселилась – ей все казались одинаково добрыми и милыми, и хотелось верить, что это и есть то самое счастье и что оно будет длиться вечно, что можно и дальше танцовать и радоваться жизни. Не можно, а нужно, ибо зачем тогда жить, если нельзя устраивать таких балов?

– Благодарю тебя за то, что придумал все это, – Инженер склонила свою изящную головку, а я взял ее тонкие пальцы и нежно поцеловал, не касаясь их губами и не сдавливая в типичной мужской манере, как будто от моего прикосновения они могли тотчас же рассыпаться.

Я вообразил, что дамам нравятся мои легкие аристократические рукопожатия.

Инженер была и настоящей, и ненастоящей одновременно. Свет начал гаснуть, и ее платье, похожее на дымку, растворялось и исчезало, сменившись костюмом Инженера Первого Космического Флота Земли.

Свет гас медленно, а зал будто колебался, не решаясь отпускать нас. Люстры меркли по одной, и каждая уходила в темноту не торопясь. Кто-то считал секунды. Музыка оборвалась не финальным аккордом, а внезапно. В зале наступила тишина.

Я вдруг понял, что гости расходятся без слов, без смеха, без прощаний – они просто исчезают, растворяются между колоннами, как плохо сохранённые воспоминания. Полированный паркет потускнел, фрески на потолке поблекли, лица стерлись, будто их никогда и не было.