Артём Варава – Записки старого мага (страница 6)

–Совсем глухой стал.– Склонившись над пантерой, улыбнулся эльб.– Ни черта уже не слышит.

Зверь лениво повел ушами и слегка приоткрыв золотистые глаза, уставился на коротышку. Узнав хозяина, вновь закрыл глаза и громко заурчал.

–Паршивец. И встать-то тебе лень…– По-доброму пожурил пантеру эльб.– И задницу свою облезлую, куда-то, с утра пораньше, тащить, тоже… Может, тогда, и от завтрака откажешься?

Догадавшись о чем идет речь, кот-переросток поднял голову и навострил уши.

–Пойдем-пойдем.– Улыбнулся эльб.– На кухне наверняка что-то есть. Я с вечера поросенка заказал…

Спустившись на первый этаж, Гроз вошел в просторную трапезную. Окриком разбудил управляющего.

–Чего изволите?

–Ячменной похлебки мне и сырого мяса ему.

Сев за стол, стал ожидать завтрак.

Не прошло минуты и вот, с подносом в руках, глазам Гроза явился осоловелый со сна халдей. Выложил на стол заказанные явства. После недолгих препераний со стариком, вынес из подсобки разделанного порося.

–Не нужно ли достопочтимому господину чего еще?

–Ничего не нужно. Можешь идти…

Оставив поросенка на расправу пантере, халдей спешно скрылся с глаз.

–Давай давай, разрешаю.– Улыбнулся старик, глядя как неуверенно потянулся к угощению зверь.– У тебя сегодня праздник…

Схватив поросенка в зубы, Бляха забрался под стол. Скрывшись там от сторонних глаз, с чуть слышным урчанием принялся за мясо.

Ячменная похлебка была жирной – на крепком курином бульоне. Как раз то – что нужно оголодавшему после долгой дороги старому эльбу. Нехотя отправив пару ложек в рот, коротышка покосился на пантеру. Быстро управившись с угощением, зверь вылизывал измазанный свежей кровью пол. "И как у него получается? Шестой десяток пошел… а аппетит еще ого-го. Хотя что удивляться? Его прадед тоже обжорой был. В последний свой раз медведя сожрал… а ему ведь тогда уже за семьдесят было… И если бы не тот Делиец за спиной, то был бы эот медведь не последним… Хороший был зверь…"

Закончив с едой, Бляха свернулся в клубок и задремал. – "Хотя этой не впример."– Улыбнулся самому себе старик.– "Этот котяра за мной и в огонь и в воду… Видать быть тебе для меня последним…"

Со двора раздался шум и в гостиницу ввалилась компания пъяных стражей. Хохоча и горланя, люди в разнобой повалилась на стулья. Громкими криками принялись звать хозяина. Тот мигом явился в паре с сонным вышибалой но, узнав кого-то из стражей, стремглав умчался обратно – наверное в погреб за вином…

Потеряв к людям интерес, Гроз вернулся к похлебке. Кампания, в ожидании выпивки, забавы ради, стала соревноваться между собой в острословии. Минутой спустя состоялся небольшой красноречивый мордобой. Ссору прекратил, вовремя подоспевший хозяин гостиницы. Прекратив возню, стражи с удвоенной силой налегли на вино… Мало по малу… релики стали громче и резче. Кто-то хныча жаловался на жизнь. В зарешоченое окно полетела кружка вина… Кампании для поддержания себя в приподнятом настроении требовались новые впечатления и кое-кто из присутствующих уже начал бросать хищные взгляды по сторонам.

Близились неприятности, но чувствуя странное – не унявшееся с утра раздрожение, Гроз не спешил вставать из-за стола. Кто-то должен был ответить: за его старость и беды со сном. Ответить за его деда и отца, за черную плесень и сломленное сердце хрустальной горы, за последний народ, за тихую погибель… Старик безразлично ковырял ложкой в своей похлебке и ждал… Наконец один из стражей заметил – кроме них в зале есть кто-то еще. Стая нашла себе жертву. Ждать осталось недолго…

Часть кампании о чем-то недолго совещалась между собой. Затем подозвала к себе хозяина гостиницы. Шепот на ухо и жест в сторону эльба. Хозяин сколько мог, отнекивался, но довольно скоро сдался и решив не перечить "господам", направился к столу старика.

–Простите за то, что отвлекаю.– С виноватой физиономией улыбнулся он эльбу.– Молодые люди – за тем столиком приглашают вас, присоединиться к ним… У молодого офицера сегодня день рождения и вот…

–Я со свиньями не пью.– Ухмыльнулся старик, оглянувшись на кампанию.– Так им и передай…

–Но как… Они посчитают ваш отказ оскорблением и… Это отпрыски старших фамилий… Господин Гроз…

–Пусть.– Пожал плечами эльб.– Я слишком стар для того, что бы быть вежливым. И если свора пьяных идиотов решит – что я наношу им "личное" оскорбление, то это их "личные" проблемы.

Не найдя, что ответить, хозяин огорченно развел руками. Что-то бессвязно проворчав себе под нос, поспешил обратно "К отпрыскам старших фамилий". Галдящая кампания на миг затихла. Затем, поодиночке потянулись к столу старика…

–Со свиньями не пьешь?– нависнув над Грозом и обдав эльба густым перегаром, спросил один из них.– Гордый?

–Какой есть. А пить с тобой я не буду. Брезгую…

–Слушай ты.– Страж качнулся на месте и едва сумев удержаться на ногах, тяжело оперся ладонью о край стола.– Урод… не знаю как у вас там… но у нас… за такие слова, кишки на вертел наматывают… Тебе жить надоело?

Из-за сильной близорукости Гроз сносно видел не дальше пяди. Все остальное тонуло для него в густом непронцаемом тумане. Прежде парень казался размытым в очертании силуэтом. Теперь юбиляр оформился в молодого упитанного аристократа… Не старше двадцати лет, тонкая козья бородка, шикарные рыжие усы… Наверное сынок одного из местных лордов. Пустой и неумный, обладающий завышенным самомнением кретин… "Одно и тоже…"– скривившись то ли от разочарования то ли от облегчения, откинулся на спинуку стула эльб.– "Вот уже триста лет как я нашел этот город и каждый раз здесь все по старому. Одни и те же люди одни и те же ошибки."

–Ты что? Оглох? С такими-то ушами…

Уши эльба были не больше человеческих, но на лысом сморщенном черепе они казались огромными. Уши старика привлекали внимание… и Гроз буквально шкурой чувствовал, как у парня зачесались руки их оборвать. Мгновение страж в нерешительности топтался на мсте, а затем, наконец, решившись выполнить задуманную пакость, протянул к коротышке открытую пятерню…

Оставаться с утра без ушей было глупо… Не делая резких движений, старик отвел руку стража от своего лица, затем крепче сжал в кулаке один из выхоленных пальцев… и выгнув его в обратном положении до упора, немного провернул вправо. Раздался хруст.

Отступив от эльба на шаг, страж уставился на искалеченную руку.

– Сука.– То ли удивленно, то ли с обидой произнес парень, понемногу сообразив как несправедливо поступил с ним старик.– Да я, тебя, падла…

Договорить мысль, стражу не дал Бляха. Выскочив из-под стола, словно демон из преисподней, зверь свалил человека с ног и подмяв того под себя тяжелым гутаперчивым пятном… аккуратно сцепил челюсти на хрупком, гладковыбритом кадыке.

–Тихо.– остановил прочих стражей старик.– Бляха шуток не любит. Еще один шаг и голова вашего друга отделится от тела.

Как бы там ни было, но стражи оказались не на столько пьяны какими казались сначала. Кровавой бани удалось избежать. "Хорошо…" Оставив оружие в ножнах, люди отступили от зверя, ближе к стене…

–Выпить значит со мной хотели?– Улыбнувшись во весь рот, выждав небольшую паузу, скривился старик.– Ну ну… Присаживайтесь…

Стремительно трезвея, стражи стали по одному опускаться на стулья. По наигранно любезной интонации старика становилось ясно, что происходит что-то плохое. Коротышка вел себя… как волк – оказавшийся в стаде молодых козлят. Слова его не терпели возражений, ослушание грозило неминуемой карой, а значит… – Когда сел последний человек, Гроз довольно хлопнул в ладоши. – А теперь, давайте немного поиграем…

Спустя пять минут, эльб плотно притворив за собой дверь, вышел на улицу и подозвав выскочившую за ним пантеру, шагом праздного горожанина направился к главной башне города. Только-только взошедше солнце, проникнув сквозь зарешеченные окна в обеденный зал харчевни, открыло перед собой странную картину. С десяток молодых стражей, мирно взявшись за руки, сидели за пустыми столиками и вперив в пустоту стеклянные глаза, в разнобой, монотонными голосами, повторяли один и тот же куплет…

Будь хорошим мальчиком

Слушай маму с папочкой

Или старый эльб придет

Твою душу заберет.

Твою душу заберет…

Глава. 4. Элина.

Утонув в лужице воска, зачадил остаток фитиля. Стало темно, и в келье запахло гарью. Стало трудно дышать, стальным обручем, сдавила сердце тоска. Слез уже не осталось и что бы хоть как-то облегчить тяжесть в груди, девушка негромко – по-звериному завыла.

За дверцей что-то скрипнуло и испугавшись собственного крика, Элина зажала кулаком рот. (Настоятельница терпеть не могла нытья, могла сурово за него наказать.) Тревожный звук не повторился, и торопливо поднявшись на ноги, цетра достала из ларчика новую свечу.

По традиции зажигать новый светоч следовало от прежнего, но так как тот потух, послушница в нерешительности остановилась перед образком. Затем сняла с шеи ремешок с оберегом. Направив оберег на свечу, по старой, оставшейся еще с детства традиции, загадав желание, зажмурила глаза. Раздался щелчок, от кулона отскочила голубая искра и черный фитилек расцвел теплым – веселым огоньком. Улыбнувшись, девушка торопливо спрятала камешек обратно за край воротника. "Теперь все в порядке. Никто не догадается, что молитва была прервана."