Артём Скороходов – Рассказы 30. Жуткие образы ночных видений (страница 17)

– Где ты раньше была, маленькая рыбка?

– Вас искала. Вы обещали!

Рыбак пронзил ее тяжелым взглядом. Наконец ответил:

– Попробую, девчонка. Но они уже почти до тебя добрались.

Ника сглотнула. Представила зубастые пасти, чешую, блестевшую при каждом движении… Откуда эти монстры, вообще, взялись? Или они всегда плавают, охотясь в сумерках, просто дети и взрослые этого не замечают? Неужели она погибнет? Нет, им ее не поймать. Ника выпалила:

– Что случилось с Димкой?

– Его достали. Спасать таких сложно.

– Ну уж нет! Ему вы тоже поможете, – с нажимом на «ему» сказала Ника.

– Командирша какая, – усмехнулся Рыбак, но почти сразу посерьезнел. – Я дам тебе кое-что. Это вернет его к жизни, но ненадолго. Потом приведешь мальчишку ко мне. Если повезет, мы его вызволим. Иди за мной. Только быстро.

Рыбак зашагал в сторону заброшки. Ника вприпрыжку побежала за ним. Она храбрилась, хотя переживала до ужаса. А вдруг Рыбак притворяется? Что, если Димкина бабушка права и на самом деле это ведьмак, наславший порчу? И сейчас она несется в пасть льва, сама себе злой буратино.

Ника сосредоточилась на дороге. Под ноги лезли мусор, пыль, опавшие листья. Тишину нарушали перекличка птиц в рябиновых ветвях, мяуканье кошек в подвалах. Ника перешагнула через спиленные деревья, свернула вслед за Рыбаком на узкую тропку вдоль гаражей. Жарко светило солнце, повиснув над головой золотой монетой. Градусов тридцать, не меньше. Несмотря на это, Ника зябла, хотя поверх футболки натянула кофту. Никогда в жизни она не чувствовала себя так странно. Не плохо, а именно странно. Словно бы она…

– Нам сюда. – Рыбак схватил ее за руку и потащил за собой.

Заброшенная многоэтажка подпирала небо. Ника осмотрелась: никого, кроме них, здесь не было. «У меня нет выбора», – напомнила себе строго.

Она поднялась вслед за Рыбаком на последний этаж по грязным ступеням, скользнула на бетонную крышу. Вид оттуда открывался такой, что дух захватывало. Их провинциальный городишко был как на ладони. Дымили вдалеке трубы, дома утопали в зелени. Вон виднеется детский театр, а недалеко от него – пятая школа, которая у Ники в печенках сидела. Если повернуть голову вправо, то за футбольным стадионом можно разглядеть окна родной квартиры. Ветер на крыше дул сильнее, чем внизу, и зубы у Ники застучали.

– Выпей. – В ладонь ткнулась фляга. Сделав неуверенный глоток, Ника закашлялась.

– Лекарство пьют до дна.

Ника послушно осушила флягу, утерла губы. Напиток отдавал горечью.

– Теперь ляг.

– Что?

– Помощь. – Во рту Рыбака мелькнули острые зубы. – Ты хотела ее получить. Не спорь, а делай. Времени мало.

Ника с сомнением подчинилась. Рыбак достал из кармана пакет, полный ила. Его ладони коснулись ее кожи, острый речной запах ударил в нос. Вскоре Ника была покрыта липкой субстанцией с головы до пят. Она терпеливо лежала на спине и смотрела вверх. По синему небу плыли овечки-облака. Теплый ветер обдувал со всех сторон.

«Сумасшедший, он все-таки сумасшедший…»

Силой воли Ника заставила себя не шевелиться. Через какое-то время она почувствовала, что дрожь, поселившаяся внутри, ушла. Ей стало легко и хорошо, словно все, что случилось, было затянувшимся кошмаром. Сейчас она проснется в своей комнате, а за окном будет обычное лето. Придет Димка, и они отправятся гулять куда глаза глядят. Все будет правильно и здорово. Обычный год, ничем не отличающийся от остальных.

Веки тяжелели. Проваливаясь в прорубь сна, Ника успела увидеть, как Рыбак вытащил из рюкзака палку с леской и закинул куколку в белое пространство за крышей. Впервые за очень долгое время она уснула без кошмаров.

Сердце сжалось, и Ника открыла глаза. Темнота окутала город, в небе висел месяц, а со всех сторон на него наползали тучи.

«Проспала весь день!»

Ветер усилился и завывал в выбитых окнах заброшки, гудел в хлипких перекрытиях. Поднимал столбы грязи и пыли на крыше. Что она здесь делает? С незнакомым стариком, совершенно беззащитная… Ника резко приподнялась. Рыбак сидел рядом, собранный и сосредоточенный. Он кивнул и сказал:

– Готовься, маленькая рыбка. Призраки уже близко.

– Что я должна делать? – Страх перед Рыбаком отступил.

– Подпусти их поближе и не двигайся. Сейчас ты в безопасности. Возьми это для друга. – В Никину ладонь опустился мешочек с илом. – Он такой же, с границы. Не просто обмажь илом мальчишку, а заставь его попробовать хотя бы немного. Тогда мальчишка придет в себя. Потом сразу приведешь его ко мне, и я завершу ритуал. То, что на тебе, смоешь утром.

– Димка поправится?

– Все в руках судьбы, маленькая рыбка. Я уже не тот, что раньше. Призраков слишком много. Они рвутся на свободу. Границы открываются, а впереди мрак. Темнота.

– Что они делают с детьми?

– Превращают в живых мертвецов. Пленяют. Остается оболочка. Напитываются. Потом уничтожат полностью.

Ника промолчала, засунув мешочек в карман джинсовых шорт. Ил затвердел и броней покрывал тело. Она справится. Спасет себя и Димку. Друг вырастет и станет военным летчиком, как мечтал. Ника же поступит на ветеринара, а может, на врача.

В воздухе пахнуло водорослями, чешуей и тиной. Над головами разлилось свечение. Из него, словно из порванной сети, скользнули в ветреную ночь призраки. Щук было десятка два. Гигантские и опасные, они закружились над сидящими людьми, хвосты взбивали воздух, как масло. Паника подступила к горлу. Тело покрылось липким потом. Дыхание перехватило, и Ника забилась, как в лихорадке. Ей было так плохо, что она чуть не рванула прочь, позабыв слова Рыбака, но жилистые пальцы окольцевали запястье.

– Так и думал, что обряда недостаточно. – Рыбак потянулся к вороту, снял с себя черный шнурок с висящим на нем амулетом, и в Никину ладонь ткнулось что-то острое. – Надень на шею и не снимай. Сильнее оберега не существует, девчонка. Если бы ты знала, каких трудов мне стоило добыть его на границе… Береги, он такой один.

Ника опустила взгляд: «Рыбья кость». В сумеречном свете она издавала ровное белое свечение.

Стоило дрожащими руками надеть амулет, как в следующий миг призрачная стая рванула вниз, зубы защелкали в миллиметре от Никиной кожи. Девочка лежала – ни жива ни мертва – и смотрела, как беснуются рыбины, не в силах ей навредить. Ил с оберегом защищали от призраков. Ника сжимала амулет до боли в пальцах и не смела пошевелиться. Щуки плавали вокруг, блестели злыми глазами, касались чешуей, рассерженно открывали мощные пасти, полные игл-зубов. Рыбный запах забил ноздри.

Проходили минуты, стая бесновалась, но ничего не могла сделать. Им ее не тронуть! Ника обернулась на спасителя. Рыбак отгонял призраков сучковатой палкой. Потом сорвал с палки леску и накинул ее сразу на трех рыбин. Те застыли, словно замороженные.

Рыбак виртуозно расправлялся с соперницами, удерживая щук на расстоянии. Ника взглянула на старика в ветровке и берцах новыми глазами. Бабуся Димки все-таки была права. Если он не ведьмак, то кто же? Защищаться сразу от десятка призрачных щук – обычный человек на такое не способен.

Три последние рыбины перестали кружить вокруг и устремились прочь. Остальные щуки застыли в воздухе, обмотанные красной леской. Ника возликовала – победа за Рыбаком! Но тут в небе разлилось уже знакомое свечение, из которого вынырнула щука размером с автомобиль. Ника завизжала. Клацая челюстями, щука устремилась к Рыбаку. Увидев рыбину, он запнулся, и щука вцепилась ему в ногу. Кровь плеснула на берцы, Рыбак коротко вскрикнул. Его фигура была почти не видна за чешуйчатым телом. Щука яростно оттеснила Рыбака к краю крыши, он дышал хрипло и часто-часто, словно после бега. Ника вскочила, не зная, что делать, но желая помочь.

– Оставайся на месте! – не своим голосом гаркнул Рыбак. – Глупая девчонка.

– Но как же.… – Ника закусила нижнюю губу, во все глаза наблюдая за схваткой. Она молилась о том, чтобы Рыбак отогнал мерзкого призрака и все стало хорошо. Ведь в историях добро всегда побеждает зло, правда?

Молитвам Ники не суждено было сбыться. Щука распахнула громадные челюсти, а потом сделала обманный маневр и резко толкнула старика под колени. Ругнувшись, он упал, правда, успел накинуть моток лески на спинной плавник соперницы. Рыбина приподнялась выше, леска натянулась до предела. Приподнялась – а потом со всей силы нырнула вниз, в непроглядную черноту. Леску старик не отпустил.

Ника закричала. Ее крик полетел в летнюю ночь вслед за упавшим с крыши Рыбаком. Застывшие щуки как по команде ожили, стряхнули с себя мотки лески и поплыли прочь. На мир свалилась оглушающая, тревожная тишина.

Ника подбежала к краю крыши. Непроглядный мрак. Ее защитник исчез вместе с призраком.

Рыбака выловили из реки на следующий день, и надежды Ники рухнули. Старик был мертв. Димкина бабуся суеверно крестилась и утверждала, что во всем виновата черная магия. Насчет магии Ника не была уверена, но призраки никуда не исчезли. Их становилось все больше. Как только сумерки окутывали город, рыбины появлялись тут и там и охотились на детей. На Никиных глазах щука укусила близняшек в шею, и те рухнули как подкошенные. Родители переполошились, быстро привели малышек в чувства и увели со злополучной площадки.

Рыбак умер, значит, остановить призраков больше некому. Нике было плохо. Она не знала, что делать. А Димка угасал на глазах.