Артём Мичурин – Ренегат (страница 76)

Наблюдая эту картину, Стас прищурился. Одна из теней возле дороги двигалась явно быстрее восходящего солнца. Он встал и, подняв автомат, заглянул в окуляр прицела.

По левому краю пустыря, вдоль улицы Жданова, шел человек. Впрочем, человек ли? В этом трудно было разобраться с такого расстояния. По крайней мере, этот кто-то перемещался на двух ногах и не предпринимал попыток зарыться в землю. Пройдя еще метров пятьдесят, он свернул в сторону от остатков тротуара и взял курс на высотки.

– Сержант! – крикнул Стас вполсилы, опасаясь, что незнакомец внизу может каким-то образом его услышать. – Эй! – Он поднял с пола кусок кирпича и, забежав в коридор, швырнул через площадку.

Увесистый осколок разбился о противоположную стену, наполнив этаж гулким эхом.

В дальнем дверном поеме появился Бакаюров.

– Ты что?! – крикнул он, так же опасливо сбавив громкость.

– Сигналь! У нас гости!

Стас вернулся к окну и снова посмотрел через прицел на движущуюся внизу фигуру.

Человек – сейчас в этом уже не было сомнений – торопливо семенил промеж двух курганов бетонного лома, неуклюже перебираясь через преграждающие путь завалы. Небольшого роста, полноватый, в длинном болотного цвета плаще, он то и дело озирался, крепко сжимая в руках АКС-74У.

– Что за…? – шепнул Стас, присматриваясь к выглядывающему из-под капюшона лицу. – Валя? Ах ты пидор жирный. Куда тебя черти понесли?

Бережной тем временем остановился и замер метрах в ста пятидесяти от высотки, будто прислушиваясь, после чего сделал шаг назад, еще один, развернулся и шустро заработал ногами в противоположном направлении.

– Какого ты творишь? – Стас вжал приклад в плечо. – Вот зараза.

Скрадываемый ПБСом звук выстрела разлетелся над пустырем и, не успев стихнуть, повторился вновь.

Первая пуля ушла мимо цели. Вторая – пробила Валентину правое бедро.

Стас прицелился и снова нажал спуск.

На земле, в считаных сантиметрах от левой ноги упавшего Бережного, взвился пыльный фонтанчик.

Валентин, не издав ни звука, поднялся на четвереньки и припустил за ближайший обломок плиты, с поразительной скоростью перебирая конечностями.

– Бля! – Стас опустил автомат и набрал в легкие воздуха. – Сержант! Зови наших, пусть вытащат крысу!

– Не стреляйте! – донесся снаружи душераздирающий вопль.

«Ксюха» вылетела из-за плиты и упала на землю. Следом показалась поднятая трясущаяся рука.

– Я без оружия! Не стреляйте!

– Заткнись и выходи! – крикнул Стас.

Поднятая рука двинулась влево, за ней появилась голова, втянутая в плечи, насколько позволяло строение скелета, и округлая тушка, опирающаяся на три конечности.

Наконец Бережной полностью выполз из своего укрытия и остановился, шаря глазами по этажам. Опорная рука, влекомая инстинктом самосохранения, попыталась оторваться от земли, дабы поддержать напарницу в капитуляционном порыве, но все тот же инстинкт не дал ей этого сделать, чем уберег нежное лицо Вали от встречи с колотым бетоном.

– Умоляю, не стреляйте! У меня пятеро детей! – запричитал «отец-герой» в своей обычной манере. – Я простой труженик…

– Закрой пасть! – раздался голос капитана.

Стас подошел к проему балконной двери и глянул вниз.

На звуки выстрелов и крики к месту происшествия уже успели подтянуться Репин, Павлов и Дьяченко. Лейтенант обошел незваного гостя слева и подобрал брошенный автомат, после чего пинком сориентировал Бережного в нужном направлении. Тот кое-как поднялся на ноги и с охами-ахами поскакал к базе.

– Капитан, – окликнул Стас, – я знаю этого типа.

Репин остановился и задрал вверх голову:

– Спускайся, поговорим. Павлов тебя подменит.

Валентин с влажными от слез глазами жалобно поскуливал, сидя на нарах в одной из комнат первого этажа, пока Дьяченко обрабатывал ему прострелянную ляжку.

– Ничего серьезного, – сообщил медик присутствующим Репину и Коллекционеру. – Кость цела, пуля прошла навылет, посторонних предметов в ране нет.

– Что-то он бледный, – нахмурился охотник, глядя на подрагивающие щеки Бережного. – Как бы не сдох.

– Потеря крови не велика, – ответил Дьяченко, пропустив иронию Коллекционера мимо ушей. – Это скорее шок виноват.

– Говорить можешь, карапуз? – обратился охотник к Валентину.

– М… могууу. – Валины глаза моргнули, вытолкнув скопившиеся слезы, и округлились при виде появившегося в дверях Стаса. – Как? Станислав?! Здесь? Но… – пухлый палец, все еще охваченный дрожью, указал на Коллекционера.

– Это долгая история, – улыбнулся охотник.

– Так вы оба с ним знакомы? – приподнял бровь Репин.

– Оба, – ответил Стас.

– Если вам интересно, – взбодрился Бережной, обратив полные готовности к сотрудничеству глаза в сторону капитана, – вот этот субъект, – снова указал он на Коллекционера, – разыскивал Станислава с целью убийства.

– Да, – развел руками охотник. – Так и познакомились.

– Занимательно, – нахмурился Репин. – Но мне сейчас интересно другое.

– Конечно-конечно. – Валентин немедленно сунул руку за пазуху и достал небольшой бумажный конверт с сургучной печатью на клапане. – Вот. Только ради этого я сюда и пришел. Меня попросили… приказали доставить письмо Александру Дмитриевичу Прокофьеву.

– Дикому, – пояснил Коллекционер, отреагировав на вопросительный взгляд капитана.

– Да-да, – закивал Бережной, – этому самому бандиту. Негодяй! Если б вы только знали, сколько я от него натерпелся. Он ведь уже… Мертв?

– С чего бы это? – пожал плечами Стас. – В соседней комнате чай пьет. Сейчас позовем.

Подрагивающая улыбка моментально сошла с Валиного лица, а посттравматическая бледность усилилась до такой степени, что начала отливать синевой.

– Шутка, – оскалился Коллекционер. – Прими наши поздравления.

Застывшая кровь вновь побежала по венам, возвращая щекам Бережного робкий румянец.

Капитан тем временем прочитал письмо и убрал его вместе с конвертом в карман.

– Что пишут? – поинтересовался Стас.

– Велят бдительность усилить. Сообщают о возросшей активности навашинских бригад и предупреждают о возможных диверсиях. Подписано Буровым.

– То ли муромские шпионы зря свою пайку жрут, то ли к Александру Дмитриевичу в последнее время доверие упало, – предположил охотник.

– От кого получил письмо? – повернулся Репин к Валентину.

– От эсэсовца какого-то, – вздрогнул Бережной и рефлекторно приподнял руки в попытке защититься, хотя капитан даже не шевельнулся. – Мне, думаете, представляется кто из них? Вызвали на проходную и всучили, неси, дескать, бегом. А я что? Я человек маленький. Мне все эти их записульки вот уже где сидят, – похлопал он себя по загривку. – У меня, между прочим, астма бронхиальная и ревматизм, а теперь вот еще нога испорчена. Ни здоровья, ни денег. Чем семью кормить?

– Жопой, – выдвинул предложение Коллекционер. – Уверен, ты найдешь немало клиентов.

– Зачем вы так? – состроил Валентин обиженную гримасу. – Я со всей душой, а…

– Что еще от тебя требовалось, помимо доставки письма? – перебил его Репин.

– Да ничего больше, – шмыгнул носом Бережной. – Что от меня может требоваться? Пришел, передал, вернулся, доложил.

– Тааак, – капитан с хрустом размял пальцы, – с этого места давай поподробнее. Кому и когда доложить нужно?

Валентин всхлипнул и подобрался, готовясь принять удар:

– На проходной, тому же эсэсовцу, в полдень.

– Через три с половиной часа, – резюмировал Репин, одернув манжет куртки. – Ты, – указал он на Бережного, – сиди здесь, остальные – за мной.

– Я хочу знать ваше мнение об этом типе, – продолжил капитан, когда все переместились в соседнюю комнату. – Можно его завербовать?