Артём Артёмов – Ничего не бойся (страница 4)

– Вы упрощаете. Как же тогда вы объясните жуткие порядки в новых колониях? Почему одни люди имели наглость присвоить себе право считать других людей тварями низшими и не признавать их творением Божием?! Тысячи галер перевозили рабов из Африки в Новый свет, не признавая их за людей, часто ведя подсчёты в «живом весе», а не по головам.

– Это ужасно! Согласен с вами. Но приведённые вами примеры свойственны плохим людям вообще, а не только знатным по происхождению. Вы же не будете спорить, что самые отъявленные работорговцы имели происхождение простолюдинов. Посмотрите на Германию сейчас, там нет императора, нет правящего дворянского сословия. Но и без этого они успешно считают себя высшей расой, гоняясь с дубинками и револьверами за евреями и цыганами. Так что, извините меня, но рабство не зависит от того, кто во главе государства стоит, дворяне или буржуазия. Это от глупостей и мерзостей в голове. Я так считаю…

Мадам Легран, вздохнув, поднялась со своего места и разлила мужчинам вина из глиняного кувшина.

– Только не заводись, – сказала она мужу.

И, повернувшись к гостю, добавила:

– Он всегда переживает, когда видит, что где-то творится несправедливость. Сам не свой становится… Пейте вино! – остановила она Бернара, собирающегося возразить ей.

Вино было терпким, но вкусным, и неплохо дополняло рагу.

– Благодарю! – сказал Филипп, откинувшись на спинку стула, когда с обедом было покончено. – Вы прекрасно готовите!

– Ну что вы, право, – засмущалась довольная хозяйка.

– Теперь, наверное, можно приступить к делам? Я завтра вечерним поездом намереваюсь вернуться в Париж.

– Как завтра? – всплеснула руками Изабель.

– А как бы вы хотели?

– Мы бы хотели… – начала мадам, но Бернар её перебил:

– Хорошо, хорошо! Пусть будет завтра. Что вам от нас нужно?

– Мне нужно составить исчерпывающий список ваших владений.

– Но мы же его предоставили в банк?

– Банку надо удостовериться. Возможно, вы были где-то неточны или что-то запамятовали указать.

– Я – и запамятовал? – Бернар повернулся к супруге. – Нет, ты слышишь?

– Ну, а что? Ты всё время чего-нибудь забываешь. Вчера свечи в подвале забыл задуть…

Не получивший поддержки Бернар махнул рукой.

– Хорошо! Удостоверяйтесь. Что вам требуется для этого?

– Во-первых, купчие. Подтверждение на собственность. Во-вторых, увидеть всё своими глазами.

– Ну что же, нет ничего проще! После обеда прошу в мой кабинет, я предоставлю вам бумаги. А прогуляться по окрестностям будет удобно завтра, так как скоро начнёт темнеть.

Кабинет был мрачным. Стены и потолок из потемневшего дерева, давно не мытые окна пропускали рассеянный свет. Почти посередине стоял большой письменный стол, за которым был давно не топленный камин, облицованный гранитом.

– Садитесь за стол, – предложил месье Легран. – Так вам будет удобнее ознакамливаться с бумагами.

После этого он подошёл к одной из панелей стены, что-то там повернул, открылась потайная дверца. Бернар просунул туда руки и извлёк металлическую шкатулку. С глухим стуком он поставил её на стол.

– Здесь всё! Извольте видеть.

С этими словами месье Легран распахнул шкатулку и извлёк из неё десяток свитков. Именно свитков, перевязанных бечевой, и с сургучными печатями.

– Ч-что это? – оторопел Филипп.

– Как что? Это бумаги, подтверждающие вещные права.

Филипп развернул один свиток, постарался разобрать старинную грамоту, но безуспешно. Прописные слова выполнены были в каллиграфической манере, с завитушками, а подпись на документе стояла размашистая.

– Я не могу прочитать, что здесь написано…

– Ну что же вы… Всё очень просто. – Бернар аккуратно взял у него документ. – Вот, «Мы, Король-Солнце, король Франции, Герцог» … не важно… опять не важно… Ага! Нет, снова не то… Вот! «Желаем даровать герцогине Софии де’Скорат де’Руссиль замок и земли вдоль правого берега реки Луары, в предместье города Тур, с селениями Ланже и Кюэймино, а также право владения на триста пятьдесят душ крестьян тут же проживающих» … И подпись Его Величества!

Бернар положил свиток обратно в шкатулку.

– Пожалуйста! Всё очень доходчиво написано.

Филипп растерянно смотрел на него. Бернар взял следующий свиток, раскрыл его, пробежался взглядом и бросил его в шкатулку.

– Тут перечисляется ежегодная рента… Неплохая, доложу я вам, была рента, утверждённая лично королем! Ну да где сейчас эти короли… Последние сухари доедаем. А вот тут интересно. – Месье вертел в руках очередной документ. – Назначить управляющим Бернара Легран…

Филипп испуганно откинулся на спинку кресла.

– Да вы не волнуйтесь, – успокоил его хозяин. – Это мой предок. Такая традиция завелась, что мы все Бернары.

– А если девочка?

– Что? А!.. Девочек ещё не было…

– Но позвольте… – Филипп взял себя в руки. – Это, конечно, очень, э… интересные документы, и, я думаю, в каком-нибудь музее они будут востребованы, но… В 1810 году издали кодекс Наполеона, а это совсем иное вещное право! Феоды были упразднены! И вы, да и ваш отец, и дед, и прадед, вступая в наследство, должны были произвести перерегистрацию прав! Покажите мне эти документы!

– Наполеона?.. – переспросил Бернар. – Да, да, слышал, конечно! Это такой выскочка, назвавшийся императором!

Он отошёл к окну, заложив руки за спиной.

– У нас, к сожалению или к счастью, только такие документы. Нам этого вполне хватало, чтобы нас никто не трогал, ну а мы и подавно никого не трогаем.

– И вы хотите на основании закорючки этого Людовика…

– Не этого! А Людовика Великого! Короля-Солнце! – напыщенно перебил Филиппа Бернар.

– Хорошо. Этого короля-солнце! Чтобы на основании его закорючки на рассыпающихся от времени свитках наш банк предоставил вам кредит?

– Конечно! – проникновенно заговорил Бернар, обернувшись. – Нам обязательно нужен этот кредит! Вы даже не представляете насколько! Грядёт страшное! Надо всем уезжать. Но даже без этого – их же чем-то надо кормить!..

– Успокойтесь, любезный Бернар. Давайте по порядку. Кого кормить? И что грядёт?

Филипп, наконец, понял, что перед ним настоящие сумасшедшие, и он решил разговаривать с ними спокойно, чтобы ненароком не спровоцировать на припадок или, того хуже, на буйство.

– Я чувствую, уважаемый де Пентьевр, что в ближайшие дни произойдёт что-то ужасное… Можете мне верить, я в этом не ошибаюсь. А у нас кончились все сбережения, заканчиваются продукты. Нам, может, вообще придётся куда-нибудь переехать!.. Нам нужен этот кредит. И мы на вас очень рассчитываем.

– Это, конечно, нелегко, но я предприму всё от меня возможное, – тщательно подбирая слова, ответил Филипп. – Я бы хотел связаться с банком в ближайшее время. Скажите, где поблизости есть телефон?

– Телефон?.. – Бернар удивился.

– Телефон. Это такая чёрная штука с трубкой, куда говорят и слышат собеседника.

– Может быть, в деревне? – предположил Бернар. – По крайней мере, телеграф у них есть точно.

– Далеко ли туда идти?

В голове у Филиппа созрел план: незаметно собрать вещи и, под видом необходимости позвонить в банк, скрыться из этих мест.

– Всего два лье.

– Лье? – удивился Филипп. – Но, простите, это сколько? Я привык к измерениям в метрах и километрах, в них отсчитывают расстояние лет двести, не меньше.

– Смотря какое лье вас интересует. Морское или почтовое? Но я, само собой, имел в виду сухопутное, а оно, как известно, равняется примерно четырём с половиной километрам, – Бернар убрал бумаги обратно в шкатулку. – Сегодня уже поздно. Я провожу вас завтра, заодно можно посмотреть владения.

«Пусть провожает, – подумал Филипп. – Главное – оказаться в людном месте».

– Конечно, месье. Завтра так завтра, – сказал он вслух.

– А сейчас пора отдыхать. Мы, знаете ли, ложимся рано, но и встаём тоже вместе с солнышком, – сказал Бернар и захихикал над чем-то своим.

В комнате, куда его проводил хозяин дома, в серебряном подсвечнике горела свеча, а рядом, на столе, – блюдце с нарезанным вяленым мясом и бокал вина.