Артуро Перес-Реверте – Остров Спящей Женщины (страница 6)
По его манере говорить – спокойно, с намеками, отсылками и оборотами, недоступными узнаванию Хордана, – было понятно, что он человек образованный. Хордан, однако, перестал злиться. Бобби Бомонт в самом деле производил приятное впечатление. По крайней мере, когда не мог дотянуться до бутылки.
– Крупное судно? – спросил радист.
Хордан сделал несколько шагов, молча прикидывая, насколько уместен был заданный вопрос. И наконец решился:
– Не очень. Но достаточно.
– Парусная шхуна, или моторная яхта, или что-то в этом роде?
– Примерно.
– И экипаж, стало быть, набрали, чтобы плавать в водах Леванта… Вести скрытные боевые действия. А это точно не контрабанда?
Хордан не ответил. Англичанин остановился, не выбросил, а выпустил окурок из пальцев и стоял над ним молча и неподвижно, покуда тот не погас.
– Насколько мне известно, – продолжал он, – война сейчас только одна: в Испании. И маршрут, имеющий к ней наибольшее отношение, пролегает в наше Средиземноморье из Черного моря… Я верно рассуждаю?
Хордан взглянул налево, где море уже слилось с темным небом. Неподалеку от берега медленно двигались к западу огни крупного корабля. Несомненно, это была «Альба Адриатика», которая в это время всегда брала курс на Александрию.
– Почитав газеты, – сказал Бомонт, – я понял, что занимаются этим, с одной стороны, германские корабли и итальянские субмарины, то есть союзники Франко. А с другой – русские.
– Знаете, Бомонт, что я вам скажу? – Хордан резко повернулся к нему. – Вы чересчур много говорите.
– Да, я знаю… Это мой главный недостаток. Но вы не беспокойтесь: в случае надобности я умею держать язык за зубами.
– Сейчас тот самый случай.
– Есть, ясно! Повинуюсь, покоряюсь, умолкаю. Простите еще раз. Все выяснится, не правда ли? Под божьим солнцем и в свой срок.
Двинулись дальше. Красноречие собеседника почти обезоружило Хордана. Он едва ли не пожалел, что был резок с ним.
– Мне вас хвалили как отличного радиста.
– Да неплохой, скажу без ложной скромности. Опыт немалый.
– Насколько я понял, служили на британском флоте?
– Ох, служил, служил. Что было, то было… – оживился англичанин. – Та война велась на старинный лад, обдуманно и благопристойно, поймите меня правильно… Я был вторым радистом на «Саутгемптоне», в Ютландии. Двадцать один год назад. И все еще…
– Говорят, вы много пьете, – прервал его Хордан.
– Ух ты… Неужели так и сказали?
Он произнес эту фразу задумчиво и почти страдальчески, а потом надолго замолчал. Потом заговорил снова:
– Видите ли, мой маль… – И осекся. – Простите, сэр. Вот уже четыре месяца у меня капли во рту не было.
Хордан остановился, тем самым задержав и радиста. Два темных силуэта застыли друг напротив друга. Зря, подумал Хордан, зря я затеял этот разговор.
– Не потерплю распущенности, уясните это себе! – сухо проговорил он. – Ни от кого. Слишком многое поставлено на карту, и дело нам поручено очень важное.
– Разумеется… Я понимаю. И заверяю вас, что…
– Первый ваш промах станет последним. И единственным. Я позабочусь об этом.
Последовало продолжительное и неловкое молчание. Когда же Бомонт вновь заговорил, в его голосе зазвучали виноватые нотки:
– Вы ведь военный моряк? Верно? Узнаю манеру. А еще и испанец вдобавок. Я только не знаю, кому служите – франкистам или республиканцам.
– У вас есть предпочтения? – резко ответил Хордан. – Один из вариантов вас может не устроить?
– У меня? Ни малейших. – Англичанин снова закурил. – Рехнувшийся мир, безумные властители, сумасшедшие союзы… – Прежде чем погаснуть, огонек спички высветил костлявое небритое лицо, глаза, уставившиеся в никуда. – Впрочем, издали Республика мне как-то милее. Однако, как известно,
Переборки и деревянный настил пола чуть подрагивали от работающей машины. Солнечный луч, скользнув в каюту через иллюминатор, касался плеча Хордана и двигался вверх-вниз от качки, то освещая, то оставляя в темноте документы, которые он читал, и морские карты, которые он изучал. Ему тщательно приготовили все, что нужно было знать. Капитан первого ранга Навиа-Осорио, организатор этой экспедиции, был дотошным начальником и человеком слова. Прощаясь, он пообещал, что все материалы будут ждать Хордана на борту «Акамаса», когда кипрское судно бросит якорь в порту Бейрута.
– Не надо вам таскать с собой такой компромат. У вас будет время ознакомиться со всем.
Луис Навиа-Осорио, уцелевший после расправы над старшинами и офицерами, прокатившейся по республиканскому флоту в июле и августе прошлого года, ныне успешно и прозорливо руководил оперативным управлением Главного морского штаба, который возглавлял вице-адмирал Сервера. В его присутствии в кают-компании крейсера «Канариас», стоявшего у стенки в Кадисе, и произошел решающий разговор вскоре после того, как Хордан вернулся из Германии. Там ему сообщили, что пора приступать к безотлагательному выполнению плана, благо его разработали на самом высоком уровне. И даже не позволили повидаться с женой и сыном, жившими в Ферроле.
– Транспорты, – объяснял тогда Навиа-Осорио, – продолжают выходить из Черного моря и, пройдя Мраморное море, Дарданеллы и греческий архипелаг, пересекают Средиземное море и берут курс на испанские порты, находящиеся под контролем красных. И республиканские, и русские «купцы» – законные цели, и мы уже потопили или захватили несколько единиц: спасибо итальянским и германским субмаринам и надводным кораблям и нашим вспомогательным крейсерам, которые каперствуют в Сицилийском проливе…
– Однако все это в прошлом, – добавил вице-адмирал, сидевший на диване между портретом генерала Франко, вделанными в переборку часами и образом Пречистой Девы дель Кармен. – Миновали
Сервере, седоголовому старику лет семидесяти с неспешно-размеренными движениями, темно-синяя форменная тужурка с золотыми пуговицами и широкими галунами на рукавах придавала еще более импозантный вид. Поднятый против Республики мятеж, заставший этого уважаемого на флоте моряка в вынужденной отставке, побудил его немедленно предоставить себя в распоряжение франкистов.
– Этого мы и опасаемся, – подтвердил Навиа-Осорио. – Англия и Франция планируют запретить боевые действия за пределами наших территориальных вод, ограничить нас пределами Балеарского и Альборанского морей, не давая нашим союзникам вмешиваться, а нам – патрулировать вне этих зон. Лига Наций созывает конференцию, чтобы достичь соглашения, которое приведет к тому, что и русские транспорты, и республиканский флот будут действовать безнаказанно. Кроме того, суда других стран, снабжающих красных, маскируются и ходят под британским флагом… В итоге нам все трудней ущучивать их…
– Законными методами, – уточнил вице-адмирал.
– Именно! Законными методами. Но мы должны выдерживать этот напор. Атаковать их суда, когда они лишены прикрытия красного флота, который ждет на траверзе мыса Бон и сопровождает вдоль побережья Северной Африки. Задача в том, чтобы нанести удар, прежде чем они дойдут туда, и тут сам бог велел действовать в Эгейском море. Отличное место для охоты, хотя теперь они маскируются под нейтральные суда – ставят муляжи труб, меняют профиль с помощью расписного брезента, поднимают другие флаги.
После этих слов оба помолчали, давая Хордану самому додуматься до невысказанного. А он не без растерянности уставился на вделанный в переборку круглый корпус часов, чье тиканье словно бы подчеркивало напряженную тишину.
– Виноват, – наконец выговорил он. – Я не понимаю, какая роль отводится мне… Что я должен буду делать?
– Как ваши курсы в Киле? – осведомился Сервера.
Хордан заморгал:
– Очень познавательны.
–
– Не то слово.
– И как, по-вашему, вы вполне освоили торпедные аппараты?
– Надеюсь, господин вице-адмирал. Я старался как мог.
Начальник Главного морского штаба обернулся к Навиа-Осорио, давая ему высказаться. Германия, объяснил тот, в официальном порядке и в качестве военной помощи передала нашему флоту две боевые единицы, которые под названиями «Рекете» и «Фаланга» действуют у Балеарских островов и в Проливе[8]. Ожидается передача еще двух. Корабли эти не последней, а, с позволения сказать, предпоследней модели. И после этих слов он с новым интересом устремил взгляд на Хордана и сказал:
– Вы с ними хорошо знакомы.
– Да, разумеется, – подтвердил тот. – Класс S, сокращенно от
– В Киле вы, насколько я знаю, ходили на «S-семь».
– Точно так. Это уже новые модели.
– Ну и как впечатления?
– Самые отрадные. Чудесная посудина. Скоростная, маневренная… дает тридцать пять узлов.
– Рад, что они вам нравятся, потому что на один такой кораблик вы назначаетесь командиром.
– Что?
– Что слышали.
– Но я ведь…
– Знаем-знаем. Вы всего лишь лейтенант запаса, однако обладаете необходимыми и весьма полезными сейчас качествами. – Навиа-Осорио холодно улыбнулся сбитому с толку Хордану. – Кроме немецкого и английского, говорите еще и по-гречески. А значит, можете сойти за эллина.
– Я?!
– Что вас так удивляет? – насмешливо осведомился вице-адмирал. – Разве там повывелись блондины?