Артур Романов – Отражение (страница 3)

–Добро. Я с тобой. Выкладывай, что хочешь. Какой план? – сказал я спустя несколько минут молчания. Я его поддержал.

Плана у брата не было. Была идея. Я бы даже назвал ее идеей фикс. Она поднималась им уже давно и не раз и касалась озонотерапии. Только теперь она приобрела совсем другой масштаб. У Артура была мечта об офисе в Москва-Сити, как у любого недалекого менеджера, и «рабочая» идея, как у любого горе-предпринимателя. Реализовать ее казалось очень даже просто. Мне так казалось… Мы четко представляли, что нам нужно и кто нам нужен, но, конечно, как и все зарвавшиеся дилетанты от бизнеса, ничего не просчитывали и не анализировали. Уже на следующий день мы ходили по башням Сити и выбирали себе квадраты. Выбор пал на одну из башень «Города Столиц».

–Эти квадраты подходят! – выпалил Артур, пробежавшись по помещению. – Да, место шикарное, а вид – просто сказка. Эй, ты видел, что там за ванна?! – он был явно счастлив видеть что-то большее, чем мы рассчитывали, за что не придется доплачивать.

– Их тут две! Еще прямо в офисе есть!.. – и он ринулся вглубь без пяти минут наших квадратов.

–Нам надо обсудить некоторые детали… – риелтор Кира мне не внушала доверия, и я старался выудить побольше информации о помещении, но не тут-то было. С самого утра, когда мы проходили по разным этажам и осматривали офис за офисом, она мне не понравилась. Это была среднего роста кареглазая брюнетка. Волосы у нее были завиты в кудри, плавно ниспадающие к плечам. Она была хоть и не очень высокого роста, но, казалось, с чересчур длинными ногами для ее пропорций. Девушка в теле, с острым, цепким и немного надменным взглядом, после которого остается впечатление, что тебя раздели, высмеяли и отправили на все четыре стороны. Она слишком уверенно ходила на каблуках. Точно. Именно это мне не понравилось. «Дайте женщине пару хороших туфель, и она покорит весь мир!» – вертелась у меня в голове цитата. Да, Мэрилин меня предупреждала загодя, я это точно знаю. Но это были только мои впечатления. Артур был от нее в восторге. Деловых людей она цепляла кротостью, разговором строго по делу и безупречным стилем одежды; молодых горе-предпринимателей, как мы, милыми глазками, пышными формами и легким налетом мнимой глупости, так обезоруживающим мужчин. Но я точно знал, что она та еще змея. Не знаю, почему я так за нее зацепился и в чем крылись причины этой мгновенно возникшей антипатии. Время показало, что я был прав.

«Наше» помещение оказалось неожиданно большим. Проход к лифтам был не через лабиринт разных бутиков, как проход к обычным лифтам в башнях Сити, а отдельный, сразу справа от поста охраны на входе. Так мы прямиком попадали на шестьдесят второй этаж и, повернув налево из лифта, могли пройти к большим тяжелым деревянным дверям офиса. Первым, что бросалось в глаза внутри, был улей маленьких, отгороженных друг от друга панелями кабинетов. Перегородки из пластмассы были выстроены вдоль рамы окон в пол, огибающих угол здания под прямым углом и выступающих в роли стен всего крыла. Эти перегородки делили одно помещение в шестьдесят квадратов на шесть почти равных частей; остальные сорок – общая зона.

Наш офис был с отдельным входом. Не очень приметная, даже дешевая на вид дверь скрывала небольшой коридор, ведущий в две комнаты. Первая, сразу налево от входа, была определена нами под личный офис; просторная, в белом цвете, неприметный серый линолеум и окна в пол, как и везде. Дальше по коридору вторая комната делилась на два помещения побольше. Первое из них сразу было определено основным, для озонотерапии; второе, узкое, но неожиданно большое по квадратам, оставлено для остальных нужд. Основное помещение требовало только нескольких звукоизоляционных перегородок и хитрых дизайнерских доработок, перекраски стен и мебели (уже был найден и дизайнер, и определен бригадир с рабочими. Последний вверен риэлтором как надежный человек). Нас все устраивало.

–Черт возьми, здесь вообще целый спа-комплекс вместится! – выпалил Артур, ощупывая взглядом второе помещение.

–Я вас оставлю. Осмотритесь. После я могу сразу подготовить договор аренды, – агент была тертым калачом и уже поняла, что Артур меня и сам «дожмет», эти квадраты были без пяти минут сданы. Она поспешно удалилась, оставляя нас наедине.

–Здесь поставим мини-ресепшен, глубже по коридору…

Я оставил его в полете фантазии, занимаясь бумагами.

За следующую неделю мы успели провернуть уйму дел. Заключили договор субаренды на три и три миллиона в год быстро и напрямую с собственником благодаря посредничеству Киры. Согласовали и наняли дизайнера помещений, которого оставили в творческом полете оформления наших квадратов, дав ему жалкую неделю времени. Загнали бригаду рабочих, начавших в эти же дни такие базовые и грубые вещи, как возведение перегородок между кабинетами и подготовку квадратов для мини-спа (которое Артур все же упросил влепить во второе помещение).

По рекомендации тех же врачей, которым я сбрасывал результаты Артура и коих беспокоил в последний раз, мы познакомились с врачом-анестезиологом Оксаной, работающей в одной из частных клиник на юге Москвы. Свежей и очень прыткой женщиной лет тридцати пяти. Она постоянно ходила по кабинету без видимой необходимости и все время разговаривала – слишком много для врача, но не сильно – для женщины. После декрета ей пришлось работать в клинике, где мы оказались, и она была явно недовольна своим финансовым положением. По последней модели телефона, достаточно броскому для рядовой смены врача макияжу и немалому количеству украшений из золота и камней стало понятно, что она любит тратить деньги и не против небольшой прибавки к зарплате. Мы сделали ей первое предложение, и сумма оплаты сразу показалась ей удовлетворительной. Обе стороны так остались довольны друг другом, что даже не вдавались особо в подробности.

Нужный врач-анастезиолог у нас появился. Так же, как и пара ее коллег. Вопрос с кадрами, казавшийся самым тяжелым, был очень быстро и неожиданно решен. Необходимая документация для учреждения «ООО», пакет документов для проверяющих инстанций, самое важное для нас – медицинская лицензия – все это было отдано нужным людям для оформления. Дорого, но это экономило кучу времени. Ведь его – то у Артура как раз и не было. Мы даже нашли медицинский ксенон по выгодному предложению от одной закрывающейся клиники; у нее же скупили сопутствующие элементы интерьера медицинских кабинетов и эту ужасную белую мебель, вызывающую у меня ассоциации не с чистотой, а с каким-то ледяным безразличием врачей к их пациентам, и вывезли все в арендованное складское помещение. В целом, все выходило просто. Даже слишком гладко. Единственной проблемой стало самое важное – оборудование. Установка для ингаляции медицинскими газами, нужная нам стационарная модель, одна стоила от миллиона до двух. Нам нужно было таких три штуки, по количеству кабинетов для ингаляций ксеноном. Четыре миллиона – это были почти все наши деньги на руках после аренды офиса, ремонта и оформления документов. Мы очень не хотели ввязываться в кредиты или искать инвестиции, так что вышли напрямую на производителя подобного оборудования в Москве. Сделал я это буквально через поисковик, к собственному удивлению, и мы как можно быстрее решили отправиться прямо на завод, решать вопрос с ценой и оборудованием.

Каждый божий день начинался почти с литра кофе и бешеной суеты. К вечеру мы, обычно только к восьми часам, садились ужинать или где-то в ресторане, или за обильно заставленный дома стол, сдабривая все большим количеством виски и компанией легкомысленных девиц. Постоянный недосып, литры алкоголя и вечная суета медленно подмывали фундамент здравых мыслей в голове…

Глава 2.

Синяя шапка.

Нужный нам завод оказался расположен в далеком глухом промышленном районе Подмосковья. Встав ранним утром, мы отправились на Ленинградский вокзал. Утро было по обыкновению серым и холодным. Я был в легкой ветровке и пытался спастись от холода стаканом горячего отвратительного привокзального кофе – безуспешно. Раннее утро августа мне показалось морознее обычного дня октября. Никак не проснуться… Глаза жутко чесались и сохли – то ли от пыли, взвешенной в воздухе, то ли от обезвоживания.

Наш поезд должен был отходить уже через пять минут, но он еще даже не подошел. Я стоял на перроне, весь трясся от, казалось бы, легкого ветра и бездумно озирался по сторонам. С братом мы почти не разговаривали. Мой взгляд уперся в статую Георгия Победоносца, знаменующую площадь трех вокзалов. Динамичный монумент: святой поражает коварного змея своим копьем. Если приглядеться, то на груди Победоносца можно увидеть герб нашей страны. Интересно, по замыслу Щербакова скульптура так и должна показывать скорее физическую силу, нежели святость? По мне, так это иронично. И еще кажется, что люди, ежедневно снующие мимо памятника из всех северных областей столицы, и не знают, кто это. Вот женщина прислонила к фонтану вокруг памятника сумку и продолжила говорить по телефону. Уверен, если сейчас спросить ее, что сзади за монумент, она не ответит, хотя ни одну сотню раз бросала беглый взгляд на статую, опаздывая на очередную рабочую смену. Голубь пролетел – виновник падения величия образа святого, который, весь в голубином помете вместе со своим конем, явно проигрывает змею, избежавшему такой унизительной участи…