Артур Кларк – Венера Прайм (страница 65)

– Убирайся. – Клифф   говорил решительно, твердо.

Посыльный выглядел таким расстроенным, словно оплакивал потерю друга, он уже похвастался перед корешами своим успехом и теперь предвидел проблемы.  Бросив на Клиффа последний пораженный взгляд, медленно пошел прочь.

Клифф прошел в свою обитель – светлые квадратные комнаты  экспериментальных теплиц и занялся делом. К тому времени, как он посадил нежные побеги нового сорта риса, уже было семнадцать часов и он проголодался. Приведя себя в порядок, отправился в столовую.

Клифф ел в одиночестве за столом на четверых. Скатерть и свечи, парчовые и бархатные стены, глубокий ворсистый ковер, потолок из красного дерева и теплый свет должны были помочь Клиффу забыть, что он заперт под землей в чужом мире.

После легкого ужина он отправился в свою крошечную квартирку и принялся набирать письма Майре и детям. Он бы поговорил с ними по видеосвязи, если бы мог себе это позволить, но семейные ресурсы были ограничены. Поэтому он мучительно составлял фразы, которые появятся на экране в квартире Клиффа и Майры. В Каире, на далекой земле.

Моя дорогая Майра. Я совершил еще одну успешную поездку на Л‑5 и обратно. Там разработали высокоурожайный сорт риса, который хорошо зарекомендовал себя, и мы собираемся попробовать его здесь. Поездка прошла без происшествий, хотя надо признать, что, совершив уже много  поездок , я к ним так и не привык. Одинок, как всегда. Люблю тебя и нашего малыша, скучаю, жду не дождусь встречи.

Привет Брайану и Сьюзи!

Брайан. У меня для тебя есть несколько хороших образцов камней из разных районов Луны. Некоторые районы ты можешь видеть с Земли, когда Луна полная, но то место, где я живу сейчас, ты видеть не можешь.

Сьюзи, когда я вернусь домой, а это будет скоро, я привезу тебе немного лунного шелка, который делают шелкопряды, живущие здесь, на Луне, такого шелка на Земле не найдешь.

Я очень люблю вас обоих, пройдет совсем немного времени и мы снова будем вместе. Заботьтесь о маме. Ваш отец.

Клифф нажал кнопку «Отправить» и откинулся на спинку стула. Сейчас бы отдохнуть, но он обещал Катерине заглянуть на ее вечеринку. Тем более, что заснуть все равно не удастся. Все эти метания в пространстве совсем разладили его внутренние часы. Разладилось внутри и еще кое‑что. Его беспокоило, что он не мог думать о своем новорожденном с чувствами, которые должен испытывать отец, и вообще привязанность к семье как‑то ослабла. И эта Катерина. Приходилось убеждать себя, что он не должен, что было бы лучше остановиться. Но…

Он выскользнул из кресла и направился в крошечную ванную. Посмотрел на себя в зеркало. В последний день своего долгого путешествия на Л‑5 он даже не побрился. Бледная, как у всех лунных подземных жителей, кожа, сохранившая остатки былого африканского загара. Тем не менее из зеркала смотрел симпатичный тридцатичетырехлетний, темноволосый, стройный мужчина, следящий за своей внешностью. Он долго возился с бритвой, пока его кожа не заблестела. Достал из шкафа хрустящую пластиковую куртку, надел ее и вышел.

К астрономам предстоял долгий подземный путь на метро. Клифф проделал его в глубоком раздумье. Не успел он опомниться, как оказался у дверей квартиры Катерины Балакян. Постоял, помолчал, потом глубоко вздохнул и постучал.

Дверь открылась:

– Клифф! – На ней было короткое черное облегающее платье, высоко сидящее на бедрах, ожерелье из матового алюминия и обсидиана покоилось на ее гладкой искусственно загорелой груди. Она ухватила его за рукав и втащила внутрь.

На столе горели свечи. Бутылка шампанского «Луна» потела в ведерке, рядом стояли только два бокала.

– А где все остальные?

– Для банды, с которой я тусуюсь, еще слишком рано. Давай мне твою куртку. – Она была позади него, уже снимая ее с плеч. – Могу я предложить тебе выпить?

– Сегодня лучше бы это была сельтерская. Что‑то я не в форме.

– Попробуй это. – Она сняла пробку с игристого вина. – Гарантированно обойдется без похмелья. – Она налила и протянула ему. Он поколебался, но все же взял. Улыбаясь она налила себе и чокнулась с ним:

– Вот видишь? Тебя можно убедить.

Он отхлебнул шампанского, – кислая шипучая дрянь, не привык он к такому, причмокнул губами:

– Не плохо.

Убегая от широко раскрытых серых глаз Катерины, оглядел ее квартиру, вдвое большую, чем та, которую он делил с другим временным холостяком. Стены были увешаны большими цветными голограммами мест, где она работала раньше. Был хороший снимок сдвоенных цилиндров Л‑5 с расстояния пяти километров, с полной Землей, поднимающейся позади них. Был снимок аппаратуры в казахских степях. Ни одного стула, единственным местом, где можно было сесть, был диван. «Я не должен этого делать», подумал Клифф, садясь. Мгновение спустя она уже была рядом с ним, не сводя с него гипнотических глаз, ее голое колено почти касалось его. Очевидно, она хорошо знала о действии своих глаз.

– Ты была на Л‑5? – громко спросил он, стремясь ослабить их влияние.

– Да, меня туда направили из Ново‑Актюбинска, помогать устанавливать УЛБ‑антенны, да так и застряла с тех пор в глубоком космосе. Давай не будем говорить о делах, Клифф. Спасибо, что пришел. – Она положила руку на его колено.

– Спасибо, что пригласила. – Ему было очень неловко и повернувшись к ней лицом и слегка отодвинувшись, он постарался, чтобы ее рука соскользнула с его колена.

– Клифф, ты говоришь, что появляешься здесь уже полгода, а мы ни разу не встречались. Как тебе удалось так умело меня избегать? Ты очень скучаешь по Земле?

Ему хотелось сказать, что он скучает по Майре и детям, но почему‑то вместо этого:

– Да, я там участвую в увлекательном проекте «Сахара», это такой масштаб, вряд ли такое обновление ландшафта удастся осуществить где‑либо еще, кроме Земли.

– Ну, почему же, Марс – сплошь пустыня и мы ее преобразовываем. – Она рассмеялась. – Видишь, ты все‑таки заставил меня говорить о делах. – Она отхлебнула из бокала. – Возможно, я переберусь на Марс, возможно стану пионером науки в новых землях. – Ее глаза блестели в свете свечей. – Я не из тех, кто занимается домашним хозяйством и заботится о детях. – Она быстро, отработанным движением в условиях низкой гравитации, встала, оставив бокал на спинке дивана. – Прошу прощения, я заставляю тебя нервничать.

Взгляд Клиффа был заворожен видом длинных, крепких бедер Катрины под развевающейся юбкой.  Он немного помычал, чтобы прочистить горло, затем выдавил:

– Что такое ты говоришь?

Она легко подняла его на ноги, положила голову ему на плечо, ее груди нежно коснулись его груди:

– Да, да я знаю, ты женат, у тебя маленькие дети, и ты дорожишь своей семьей. Ну и какие сложности. На днях я отправляюсь на Марс, ты возвращаешься в Сахару. Мы будем очень осторожны, никто не узнает, а ночи будут прекрасны, поверь.

Клифф покраснел:

– Послушай я… Ведь сейчас придут твои друзья.

Ее смех был похож на мурлыканье:

– Не будет никаких друзей, ты – вся компания. Не будь таким наивным.

Он взял ее за руки и отступил назад:

– Не думаю, что нам следует продолжать этот разговор, ты действительно очень красивая женщина, Катя, просто я не хочу усложнять свою жизнь.

Она улыбнулась своей ослепительной улыбкой:

– Ладно! Все ясно, расслабься. Садись, допивай свое шампанское. Приставать больше не буду. – Она, сдаваясь, подняла перед собой руки.

– Спасибо… и все же мне нужно идти. – Он пересек комнату и взял свой пиджак.

Ее улыбка исчезла:

– Неужели ты на самом деле такой болван, каким выглядишь?

– Наверное, так и есть. – Клифф обнаружил, что все еще держит шампанское. – Возьми пожалуйста… – он протянул ей бокал и неловко влез в куртку. – Счастливо оставаться.

– Почему бы тебе не сломать себе ноги? – Она яростно швырнула бокал на пол. Капли жидкости разлетелись по комнате, бокал ударился не разбившись и подпрыгнул вновь. К тому времени, как бокал снова опустился, дверь за Клиффом уже закрылась.

Катрина пожала плечами и подняла бокал. За несколько минут она успела привести квартиру в порядок – никаких признаков того, что у нее был посетитель, не стало.

Голова Клиффа была так полна смятения и вины, смешанных с неудовлетворенным желанием, что он не замечал ничего вокруг и не сразу обратил внимания на двух мужчин, которые следовали за ним, а только когда на перекрестке они повернули следом. Конечно, это могло быть просто совпадением, но место было вдали от оживленного центра, вокруг не было ни души, и он, почувствовав тревогу, ускорил шаг. Когда на следующем перекрестке он увидел, что они повернули вслед за ним и быстро приближаются, он в панике бросился бежать. Догнали его в считанные секунды. Эти люди привыкли к Луне, их движения были быстрыми и точными, в отличие от неуравновешенного барахтанья Клиффа. Один из них схватил его за воротник и дернул назад. Другой сделал ему подсечку и  Клифф упал. Ему натянули куртку на голову, ослепив совершенно, и его сопротивление было бесполезным. Словно мешок с рыбой его втащили в какое‑то помещение и стали молча избивать. Один держал его за руки, другой, усевшись ему на ноги, старательно обрабатывал кулаками его живот.  Наконец Клиффа оставили в покое. Он лежал и его рвало.

– В следующий раз, когда мы попросим тебя сделать что‑нибудь для нас, не говори «нет». Или это будет последнее слово в твоей жизни.