Артур Газаров – Чуда не жди – сделай сам! (страница 8)

– Вы что там шепчетесь? Сейчас Эльвира выйдет, а вы мотайте отсюда. Ещё и собаку с собой привели. Будете плохо себя вести – внучку на улицу вообще не выпущу.

Первым поделился наработанными идеями Серёжка:

– Мечтаю выкопать потайной ход в пещере, закрыть его снаружи и там спрятаться. Представляете, никто нас не найдет. Сделаем лазейку. Как раз за месяц-два выкопаем большую и глубокую яму, там мы будем тайно собираться и никому не помешаем. Оборудуем всё, старые вещи натаскаем. Нужны только лопаты да вёдра.

Сережка стоял довольный и улыбался, бросил взгляд на часы. От него исходил яркий внутренний свет. На лице всегда искренняя и добродушная улыбка. Ни разу никто не слышал от Сережки ничего плохого и казалось, что он из какого-то параллельного измерения, где живут святые. Настоящий эталон – именно таким должен быть герой, положительный персонаж. Из доброй сказки, где нет места злости, унынию, негативу. Сережка необыкновенный светлячок, не устающий излучать радость. Это большое счастье, что у меня такой замечательный сосед. Гармоничная внешность, правильные и красивые черты лица – мировой кинематограф многое упустил, в свое время что не пригласил его на съемки детских и юношеских фильмов.

Посмотрел на бледного, худощавого Серёжку и добавил про романтический водоём с птицами: предложил сделать островок с постройкой для пернатых.

– Так, классно, уже две идеи есть, давайте остальные колитесь, – Эльвира серьезно оглядела всех.

– Вот замечательно. Мне кажется, что всё нам подходит, давайте выберем что-то одно. С озером вообще отлично, – Аркадик заулыбался и потёр ладони.

– А мне яма понравилась, это же здорово, сделаем тайный ход, представляете, настоящая глубокая пещера, натаскаем туда всякой всячины, коврик можно постелить, скамейку принесем, приёмник из дома притащим, еду будем носить. Никто и знать не будет, где мы, – добавила Нателла, покусывая ногти.

– Всё? Выдохлись? Мысли закончились? – командирским голосом спросила Эльвира.

– Нет. А что, если мы сделаем плот? Вот! – выпалил неожиданно Аркадик.

На него посмотрели с недоумением.

– Плот – это хорошо, но где? До моря такую тяжесть явно не дотащим, – рассмеялся Сережка.

– Отвезём, – пробурчал Аркадик.

– Да ты что? Это же целый грузовик нужен и подъемный кран. Не представляешь, как это трудно, сложнее, чем есть острый перец, – с усмешкой возразил Сережка.

– Может, попросить кого-то? – поддержала Гаяна.

– Нет. До моря слишком далеко, плот надо сколотить прямо на берегу, – пояснила Нателла.

– Ага! Замучаемся каждый день пешком чапать до моря, туда на автобусе ехать целый час. Куча проблем. Не, не получится, слишком долго и нудно, – решительно выдала Эльвира.

– Какой час? Больше! Правильно, надо придумать что-то другое, – нахмурился Олег.

– Думайте, думайте, время ещё есть…– подбодрила Эльвира, наморщив невысокий лоб.

– Что-то все мысли закончились. Может, громадную яму выкопаем и сделаем глубокий колодец, – подняла голову Нателла.

– Хе! Ты представляешь, сколько придется копать? Руки же отвалятся, экскаватора у нас нет, – захохотала Эльвира.

– Оставим до завтра? – предложил Аркадик.

– У нас так лето закончится, если всё время будем откладывать, – помотала головой Эльвира.

– Не, давайте еще один день подумаем, – настаивал я.

– Хорошо, Никитос, договорились, только взаправду давайте. Думайте все и не отлынивайте. Никакие отговорки не считаются, чтобы завтра каждый что-то обязательно придумал, – скомандовала Эльвира и строго посмотрела на всех как учительница на учеников.

На завтра у нас ничего не получилось, так как весь день лил дождь, и никто носа не высунул из дома.

Как всегда, в дождь крыша у нас протекала, особенно в последней комнате – та, что примыкает к балкону. Сколько бы ни ремонтировали крышу, в дождь она постоянно текла. Приходилось подставлять под часто капающую воду тазики и вёдра.

В девять вечера дождь прекратился на полчаса. Мне не сиделось дома, и я не выдержал и вышел во двор. Никого не встретил, затем увидел Алису. Вместе вышли на горку, постояли немного, поболтали. Снова начался дождь, и мы вынуждены были пойти домой.

Встретились через день. Все как один пришли вовремя: не терпелось поделиться новыми идеями.

– Сделаем самый большой костёр. До небес, – азартно выдал Аркадик с блеском в глазах.

– Умно, просто невероятно умно. Ты что, две ночи об этом думал? И как ты себе это представляешь? – с иронией спросила Эльвира.

– Соберём отовсюду ветки, палки, натаскаем за лето и зажжём вечером, сделаем огонь до неба. Представляете, как будет здорово! – с неподдельным восторгом выдал Аркадик.

– А что? На самом деле хорошая идея! – эмоционально поддержал его Серёжка, у него была привычка не заправлять рубашку, он её часто завязывал снизу узелком.

– И картошку пожарим, – обрадовалась Алиса, вскинув тоненькие брови.

– Опять костёр! Я категорически против! – Гаяна внимательно посмотрела на Аркадика, хлопая длинными красивыми ресницами.

– Объясни, чем ты недовольна, – Аркадик наклонил голову, приготовившись внимательно слушать.

– Ладно, когда пекли картошку. Но когда в костер ради эксперимента вы бросали всякий хлам и смотрели, как он будет гореть.

– Ну сжигали и что? – возразил Аркадик.

– Чего только там не было! Куски резины от автопокрышек, аккумуляторы, смола, асфальт. А какой густой и едкий дым валил от ваших костров! Приходилось убегать во двор, чтобы не задохнуться или не получить по шее за такие дела, – возмущалась Гаяна.

– Да скучно это, все каникулы таскать дрова, чтобы за один час все спалить и на следующий день забыть, – Эльвира наградила всех пронзительным как укол рапирой взглядом.

– Почему бы нет? – встрял я.

– Не, давайте придумаем что-то другое, поинтереснее, – возразила Эльвира.

– Вот. Давайте думайте, от каждого хотя бы по идее, – добавила Нателла.

Она была нарядно одета – белые брючки, белая кофточка и пёсик Тотошка на ручках, тоже белый и, как всегда, с грязными лапками. Как выразилась Алиса, ухоженная и избалованная болонка. Мы всегда удивлялись, как Тотошка ориентируется в пространстве. Ведь глаза у него практически полностью закрыты длинной челкой.

Гаяна пояснила:

– Болонкам стричь шерсть над глазами нельзя, это вредно для них.

– Сколько можно думать, спорить, выбирать, вы всё отметаете, не можем же мы всё лето так и просидеть, – отвернулся Серёжка.

– А что, если мачту или вышку сделать. С лестницей, – внезапно предложил Аркадик.

– И что ты там будешь делать – торчать как флюгер? – усмехнулась Эльвира.

– Поднимемся, будем стоять, смотреть, – терпеливо пояснил Аркадик.

– И много ты там углядишь? – спросила Эльвира.

– Бинокль возьмем. У меня есть, театральный, – с радостью предложил я.

– Не, театральный ерунда, у старшего брата в ящике стола лежит настоящий, морской. Аркадик залезет и будет смотреть на любимый вокзал, все поезда встретит и ни один не перепутает, все таблички увидит, – улыбаясь добавил Серёжка, затем перевел взгляд на часы.

– Отлично! – потёр руки Аркадик.

– Ещё мысли есть? – Эльвира окинула всех требовательным взглядом.

– Есть, ещё как есть, – подняла руку Нателла, выпустив Тотошку.

– Тогда говори, – потёрла курносый носик Эльвира.

– Шалаш.

– Ну, так себе идея… – протянула Эльвира.

– Из веток, досок. Сварганим огромный шалаш на всех и будем там собираться, от дождя прятаться, и не придется по домам сидеть. Лавки притащим, – оживленно проговорила Нателла.

– Думаю, надо построить крепость. Что там твой шалаш – ерунда, мелочь, а вот целая крепость – это да! – глаза у Эльвиры загорелись.

– Из песка, что ли, будем строить? – звонко рассмеялась Нателла, поправив длинные шелковые волосы.

– Какой из песка! Из досок. Частокол вокруг выставим, в середине будет стоять замок.

– Не получится, – нахмурилась Нателла и отвернулась.

– Это ещё почему? – возразила Эльвира, наклонив голову.