Артур Арапов – Сказки для инопланетян — 3 (страница 1)
Артур Арапов
Сказки для инопланетян — 3
Лужа, говорите? Ну-ну!
— Ну вот, опять! — орал Федя. — С утра!.. Спозаранку!..
— Что опять? Лужу сделала? — пробубнила Федина жена спросонья.
— Лужу! У порога, прямо под мои ботинки! — бесновался Федя, потрясая половой тряпкой. — Где она, зараза? Я ей счаз голову оторву!
— Она всё равно не поймёт, — зевнула Федина жена.
Кошка Машка сидела тихонечко под кроватью.
"Ну и пусть кричит, — думала она. — Пусть ругается. Он же не ведает…"
— Ах, вот ты где, зараза! — прерывал ход кошкиных мыслей Федя. И половая тряпка, которой он только что вытирал Машкину лужу, летела в её кошачье лицо.
— Шшшшш! — инстинктивно шипела Машка, срываясь с места и прячась куда подальше.
— Я тебе голову оторву! — кричал Федя вдогонку.
Но это были просто угрозы, и кошка об этом давно знала.
"Вот она, благодарность! — вздыхала Машка. — Эх, понимал бы ты, Федя, для чего я это делаю! Ты бы тогда не кричал, не грозил, а благодарил бы меня за мои труды. Но ты ведь ничего не понимаешь, потому как не сведущ в делах потусторонних. Опять всё вытер. Зря только старалась, терпела весь день, чтобы эту лужу ночью сделать... Но, ничего, я сейчас потихонечку к миске подкрадусь, водички побольше напьюсь, и опять постараюсь!"
Да, задача перед Машкой стояла серьёзная, и она была совсем не виновата в том, что люди её не понимают. Сама-то она прекрасно понимала, что своими важными действиями — еженощным орошением порога святой кошачьей мочой — она спасает хозяйскую квартиру от нечисти.
Да, кошка Машка была потомственной спасательницей от злых сил. Ох уж эти тёмные, вернее прозрачные, потому что невидимые, силы! Каждую ночь они норовили проникнуть в квартиру к Феде и его жене Люсе, чтобы извести их, бедных. Ладно хоть кошка Машка останавливала их своими лужами у порога.
"Ну вот, ёлки-палки! — слышалось чуткой кошке порою, когда она крепко спала, — Опять мы зря сюда пришли! Опять тут лужа на пороге, такая, что не обойдёшь! И вонь несусветная! Идём отсюда подальше. К соседям лучше завалимся".
Кто-кто, а потомственная спасательница Машка прекрасно знала, что это голоса нечисти, от которой она стойко защищает своих подопечных — Федю и Люсю. Своими хозяевами мудрая кошка их, разумеется, не считала, и не считала даже хозяевами квартиры. Нет, и ещё раз нет. Вот неразумными подопечными — да. И значит, их надо защищать от злых духов. Ещё её кошачья прабабушка ей как-то раз (возможно, в прошлой жизни) говаривала, что хозяин в доме всегда один — это кошка.
"Слышу-слышу, опять в подъезде дверь хлопнула, кто-то крадётся, — настораживала частенько уши Машка. — Не иначе тёмные силы. Но у нас так просто не проскочишь! Но пасаран, как говорится. Агент Машка всегда начеку!"
И, пока Федя был вне зоны видимости, Машка бежала к порогу, бороться с нечистью.
— Зараза! Снова лужа! — неистово орал спасённый от неведомых злых сих "подопечный". — Голову оторву! И лапы! И хвост!.. Люся!.. Сама вытирай за своей кошкой!
"На этот раз можно не прятаться, — говорила себе потомственная спасательница. — Люся не Федя, она женщина, она что-то интуитивно понимает... Эх, — мечтательно зевая, потягивалась на диване Машка, — вот если бы люди понимали от какого зла мы их оберегаем своими лужами, они бы нас к святым причисляли. Может, даже на картинах бы нас изображали и в храмах вешали, и молились бы на нас... Эх, хорошо всё-таки, что у людей есть мы — кошки, без нас бы человечество давно окочурилось!"
И с этими светлыми мыслями, честно исполнившая свой долг по защите человечества, кошка Машка сладко засыпала.
Однобокая правда
— Вась, вынеси мусор, — крикнула жена из кухни. — Полное ведро уже накопилось, воняет.
— Сама вынеси, я занят, — крикнул муж из комнаты.
— И чем ты занят? — крикнула жена ещё громче.
— Кино смотрю, — крикнул муж. — Не мешай!
— Что?! — ворвалась в комнату жена. — Кино?! — кулаки у неё надулись, грудь под фартуком бешено содрогнулась. — А я за тебя работать должна?!
— Оооох! — муж нехотя оторвался от экрана, повернул наглую морду к жене и быстро затараторил. — А ты что думала? Что так и будет ваш женский род висеть у нас на шее? — он демонстративно постучал себя ладонью по шее и тут же показал фигу. — Нет уж, хватит! Миллионы лет мы, мужики, на вас, баб, батрачили, теперь ваша очередь!
— Что?!!! — ошарашенные глаза жены упёрлись одновременно в пол и потолок, возмущённые губы сложились в утиный клюв, челюсть расползлась во все стороны.
— Да-а! — выкрикнул муж, подскакивая на диване. — И не надо на меня так пялиться, будто я не прав! Я прав! Сколько веков мы мучились, бегали за мамонтами под дождём и снегом, охотились, приносили в пещеру еду и одежду, которую сами сдирали с мамонтов, а ваше бабье племя сидело у очага, в тепле, отдыхало и развлекалось! Разве я не прав?
— Ты... Ты... — у жены просто все слова растерялись от шока. — Ты дикарь! Да если бы не мы, вас бы вообще не было! Это мы, между прочим, бабы, а не вы, мужики, вас рожаем!
— Ха-ха! — расхохотался муж. — Ха-ха-ха!.. А нашей заслуги в этом, по-вашему, никакой нет? Да если бы не мы, вы бы и не рожали бы! А думаете нам легко этой ерундой заниматься? Этим соитием там всяким? Да для нас это ещё похлеще, чем за мамонтами гоняться! Это, между прочим, тоже работа немалая!
— Ну... Ну... — жена прямо не знала чем возразить. — Ну это уж вообще!.. Пойду я лучше к маме, что ли, в гости съездююю...
— Давай-давай! — крикнул муж вдогонку. — И ей тоже передай наш мужской ультиматум!
— А не надо никуда ездить, — раздался вдруг голос из прихожей. — Я уже тута, — из-за двери показалась незваная голова тёщи. — Что ж ты, зятёк, на женский род набычился?
— А-а, здравствуйте, Софья Андроновна! — ехидно усмехнулся зять. — Вы, как всегда, вовремя! Пришла пора и вам, как представительнице слабого (в кавычках) пола, расплачиваться перед мужским родом!
— Чаво? — захлопала удивлёнными очами тёща. — У тебя, зятёк, чё, крыша поехала?
— А нечего вам, бабам, было издеваться над мужиками столько веков! Слабый пол, тоже мне! Знаем мы вас, хитро вылепленных! Только прикидываетесь слабыми, чтобы на наших шеях веками сидеть. Всё, хватит! Покатались, теперь наша очередь!
— Ах ты, ирод окаянный, — возмутилась тёща. — Это ты, значит, себе — бездельнику, тунеядцу — подвиги мужиков-предков приписываешь, а нам с дочкой решил все бабьи грехи приписать?
— Вы, Софья Андроновна, точно еврейского происхождения, — выпалил зять сгоряча. — Стоит вам напомнить, что вы Иисуса распяли, вы тут же обиженкой прикидываетесь.
— Я?.. Иисуса?.. — у бедной Софьи Ароновны даже брови от отчаяния побледнели. — Да что ты такое говоришь, Вася?!
— Я правду говорю! — Вася гордо стукнул себя в грудь кулаком. — Сначала вы, гады, из другой галактики прилетели и нашу планету захватили, потом всемирный потоп устроили, а теперь вот пахать на вас с утра до ночи заставляете.
— Мы?.. Женщины?.. Из другой галактики?.. — лицо у тёщи перекосилось, челюсть съехала в сторону, из глаз хлынули слёзы.
— Да не слушай его, мама, — крикнула дочка. — По-моему, он помешался. Пойдём лучше на кухню, я тебе валерьянки в коньяк накапаю.
— Правильно, идите, — поддержал муж. — Заодно мусор там вынесите, обед приготовьте, уберитесь и постирайте!
— Наглец! — не выдержала, наконец, жена и накинулась на Васю с кулаками.
Чтобы помочь дочке, тёща вцепилась зубами в уши зятя и заодно выдрала ему клок волос из затылка.
Через пять минут всё было кончено. Инцидент завершился.
Бедный Вася сидел на полу с обгрызенным ухом и клоком своих волос в руках. Васина жена сидела поблизости и прижимала к своему ушибленному кулаком глазу холодную курицу. Тёща, к счастью, не пострадала. Только причёска немножко скособочилась.
— А-а, теперь понятно, — услышал Вася обгрызенным ухом голос тёщи. — Вот, оказывается, в чём дело. — тёща ткнула пальцем в телик. — Кино-то, которое он смотрел, про матриархат болтало. Насмотрелся, зятёк, однобокой правды, вот и разгорячился.
— Разведусь, будет знать, — всхлипнула дочка, покосившись на мужа уцелевшим глазом.
Вася молчал. Он думал. И мысль его была верная, но запоздалая.
"И чего это я, в самом деле? — думал Вася. — Стоило из-за телика и из-за выноса мусора такой скандал устраивать? Мало ли, что там было в прошлом, пришельцы — аборигены, матриархат — патриархат, мы-то тут при чём?"
Ой, лучше не спрашивай!
Вернувшись из командировки, жена застала мужа... Заплаканным!
Он сидел на кухне за столом, перед его носом стоял остывший борщ, и слёзы стекали прямо на пол.
— Любимый, ты же соседей зальёшь! — испугалась жена.
— Ага, — всхлипнул муж, — соседей тебе жалко, а меня нет?..
— Но, что случилось, милый?
— Ой, лучше не спрашивай! — зарыдал муж, задетый за самое живое. — Меня... меня... меня...
— Ну, что?.. что?.. что?.. — на глаза жены тоже накатились слёзы.
— Меня, — наконец-то выговорил муж, — любовница бросила! Представляешь?!