Артур Алехин – Вундеркиндия (страница 1)
Вундеркиндия
Артур Алехин
© Артур Алехин, 2026
ISBN 978-5-0069-4347-6
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Вундеркиндия
Пролог
Друзья, слышали ли вы когда-нибудь о вундеркиндах? Вопрос, конечно, риторический. А, видели ли их?
«Вундеркинд», это немецкий термин, означающий «чудесное дитя», а по сути, «одаренный ребенок».
Совсем недавно возник общественный резонанс, после того, как одного из таких детей не приняли в университет, а после волны массового народного возмущения изменили решение и все-таки дали ребенку шанс.
Затем появилось еще несколько репортажей про других, таких же одаренных, «чудесных» детишек.
А на данный момент (на момент редакции этой книги), ту самую первую девочку, с которой началось общественное порицание университета, хотят отчислить. Никто уже и не вступается за нее. Все молчат. Никому уже нет до нее дела. Потому, что на волне резонансного события, СМИ не только стали подробно освещать учебу в университете 9-ти летней девочки, но также приглашать ее вместе с семьей на ток шоу, брать у них интервью, опрашивать сокурсников и т. д. Выяснилось, что учится она очень плохо, отец у нее, мягко говоря, странный. Сама девочка очевидно находится в прострации и не понимает, что происходит вокруг.
То множество людей, которые в первые моменты кричали, «дайте ей учиться!», теперь жалеют ее и говорят, «отдайте ей детство, оставьте ее в покое»…
В представлении обывателей, вундеркинд – это ребенок, который значительно опережает ровесников в интеллектуальном развитии. Ребенок, который в духовном, умственном и психическом сегменте развивается не по годам. Кажется, будто это взрослый человек, только в теле ребенка и, если завязать вам глаза, изменить ему голос, затем дать возможность пообщаться, возникнет ощущение будто перед вами равный собеседник. Затем вам снимут повязку, и вы воскликните, «Вау, не может быть! Сколько тебе лет, мальчик?!».
Всё иначе. В большинстве случаев, вундеркинд – это обычное, ничем непримечательное дитя. Коллизия в том, что ребенок действительно может обладать бОльшими знаниями, нежели его сверстники, но при этом он всё равно остается «маленьким», в широком смысле этого слова. Потому, что никуда не деться от физиологии. Его психика по-прежнему детская, мировоззрение, восприятие мира, осознание себя и все прочие атрибуты человека, они у него детские. А что до знаний, то тут тоже возникает много вопросов и мелочей, которые превращают привычный образ одаренного дитя в довольно приземленную и понятную схему формирования из ребенка вундеркинда, всё становится не таким загадочным, чудесным и интересным.
Никоим образом не говорю про всех. Наверное, есть на свете какие-нибудь мальчики или девочки, которые действительно в свои 12 лет знают физику университетского уровня, понимают ее и даже готовы вступить в дискуссию, доказывая ту или иную теорию; наверное, есть на свете мальчики и девочки, которые объяснят обывателю, почему нужно вкладывать деньги в те или иные акции и что ждет доллар через пять лет, а также как это всё привязано к нефти и к политическим шагам мировых лидеров.
Я расскажу о своем личном опыте общения с вундеркиндом. Наверное, многие мои читатели знают, что по образованию и профессии я врач (те, кто не знал, знают теперь). Так вот, мне довелось учиться в университете с ребенком по имени Артемий, ему было 14 лет, он поступил вместе со мной. И, пожалуй, я был одним из его двух настоящих друзей. Мы общаемся до сих пор. Он позволил мне в полной мере, по-честному рассказать, как давалась ему учеба, каким я его видел будучи стандартным студентом.
Он позволил рассказать реальное положение дел, как на самом деле чувствует себя «одаренный ребенок» во взрослой среде; насколько его действительно можно считать одаренным; к каким последствиям может привести нахождение ребенка во взрослом мире, в котором он становится равноправным членом; наконец, он позволил рассказать мне правду, как на самом деле неромантично и неоднозначно выглядит подобный опыт.
А в дополнение ко всему, согласился давать свои комментарии по ходу повествования.
– Может быть, родители, которые хотят ускорить взросление или обучение свих детей передумают, – сказал он.
Я спросил.
– По прошествии лет, все-таки, это хорошо или плохо, что ты поступил в 14 лет в университет и вышел специалистом в 22 года?
Он долго думал. Потом ответил.
– Не знаю. У меня нет ответа. И, да и нет. Я действительно начал карьеру раньше. Это очень здорово, когда в 22 года ты уже врач. Но, у этого самого молодого врача абсолютно изуродованная психика… Ты ведь видишь меня, знаешь меня… понимаешь, о чем я говорю, – вот такой он дал ответ.
……………………………………………………………………………………………………………………………………………….
Курс первый
Впервые я увидел его в университете на вступительных экзаменах, однако не обратил особого внимания. Ну, ребенок и ребенок. Там, кстати, было много детей. Обычно, это братья или сестры, которые приходят вместе с абитуриентами (поступающими). Причина проста: их не с кем оставить. Как правило, с будущими студентами, в само здание университета, приходят родители: для поддержки, для психологической мотивации, для того, чтобы подсказать куда идти и т. д. Потому, что для родителей очень важно, чтобы их чадо поступило в вуз. Сам абитуриент растерян, волнуется, сильно переживает. Особенно это касается женского пола. При мне одна девушка упала в обморок, когда вышла из аудитории. Видимо поняла – экзамены провалены.
Так вот, если есть маленькие браться и сестры, их берут с собой. Но, они, как правило, находятся рядом со взрослыми. Артемий же держался ближе к массе из поступающих. Неуверенно ходил за всеми, заполнял какие-то бумажки, абсолютно растерянный, с бледным, испуганным лицом:) Я тогда не придал этому значения. К тому же, не до анализа мне было, «почему ребенок стоит то с родителями, то со студентами?». Какое мне до этого дело, я сам находился в сильном стрессе. Кроме того, уже успел провалить предыдущие экзамены. Это действительно большая нервотрепка. Но, к моему счастью, через месяц открыли второй набор (прошли какие-то реформы и именно в Москве сформировали дополнительный факультет). Я решил попробовать снова. Уже обожженный, один раз непрошедший, я был очень напряжен и ни о чем не мог думать, лишь только постоянно зубрил слабые места в знаниях, которые могут мне попасться в билете.
А вот уже будучи в аудитории я позволил себе отвлечься на пару минут пока все рассаживались и задаться вопросом, «что это? Что за бред? Это что, мужчина с очень маленьким ростом? Не похоже. Может быть, мне кажется? Нет. Точно не кажется. Это же ребенок! Маленький, наивный, испуганный, дезориентированный ребенок. Он что, будет сдавать экзамен в медицинский университет? А как это…? А… он же… он же еще маленький…». Мое удивление прервал голос преподавателя, который начал разъяснять правила поведения во время экзамена, и я вновь переключился на свои информационные бреши.
Потом я видел Артемия еще два раза, т.к. для поступления требовалось сдать три экзамена. Каждый раз я шел отвечать раньше него. Потом, кстати, понял почему. Уже когда мы учились последующие годы, так было всегда. Детский страх. Попытка отсрочить. Непонимание банального закона, «перед смертью не надышишься». Уже в этом моменте можно подметить абсолютно явное отличие взрослого человека, пусть даже юноши, от ребенка, пусть даже и вундеркинда. Родители, наверное, этого не понимают. Они гордятся своим чадом, а он в свою очередь, испытывает сильнейший стресс, только не может этого озвучить. Он еще маленький. Ему кажется это нормально.
Взрослый человек воспринимает мир иначе. Вот сидит он и решает задачу. Решил. Идет отвечать. Или ждет, когда его позовут. Для взрослого очевидно, «мне всё равно придется отвечать, тогда какой смысл затягивать? Я что знал, то написал. Больше ничего дать в ответе не могу».
Ребенок же пытается отсрочить этот момент. Ему верится, будто может произойти событие, которое поможет ему: может быть преподаватель устанет; может быть его позовет коллега и учитель скажет, «ладно, все кто не ответил, тем зачет»; может быть, произойдет еще что-то, чего ребенок не может себе представить, но это «что-то», его выручит, избавит от переживаний и нервов.
Что очень важно уловить в этом эпизоде? Взрослый человек, стандартный среднестатистический студент, конечно же переживает, но, по сути, не боится преподавателя, как огня. Если он отличник, то будет переживать, за оценку 4 вместо 5-ти.
Если студент «средненький», то будет переживать, как бы ему не задали вопрос, ответ на который он знает хуже, нежели на другие, дабы потом не идти на пересдачу и не создавать себе «хвосты».
А тот, кто понимает, что не подготовился, тот просто ждет формальной попытки ответить, и переживает лишь за то, чтобы бы преподаватель его сильно и громко не позорил при всех.