Артемий Сурин – 280 дней вокруг света: история одной мечты. Том 1 (страница 33)

Через два часа Настин автомобиль припарковался возле терминала № 5. Мы с Адамом уже дремали на лавочке, как бездомные, в окружении чемоданов, рюкзаков и тюков. Бывшая супруга разбудила меня легким щелчком по носу, а я подскочил на месте, совсем как в старые добрые времена, когда меня вырубало после изнурительного рабочего дня.

— Обалдеть, Тема! Ну ты и путешественник, — вместо приветствия сказала Настя. — Город не можешь правильно в гугл-карты вбить. Как ты вообще умудрился добраться до Штатов?

— Настюха, и я тебя рад видеть, — я обнял ее и чуть приподнял над землей. — Муж не заревнует?

— Ой, да ну тебя! — она прыснула и махнула рукой.

Поразительно, но за то время, что мы не виделись, она почти не изменилась. Те же миловидные черты лица, которые не исказили тяготы переезда, светлые чистые глаза, открытый взгляд и рыжие вьющиеся волосы. Адам, предчувствуя, что на эту девчонку лучше не пялиться, ограничился профессиональным рукопожатием и милой улыбкой. Мы отправились в Форт-Лодердейл, куда должны были прибыть еще пару часов назад.

Любопытно, что Майами — это не совсем город, а скорее цепь городков, расположенных вдоль побережья Тихого океана. Форт-Лодердейл расположен буквально в получасе пути от Оушен Драйв — самого центра, но разница была разительной.

Если бы я телепортировался в Майами прямо из Туниса — то обомлел бы. Даже по сравнению со старушкой Европой, с многолюдной туристической Барселоной, Майами похож на футуристический космопорт, разве что без рекламных голограмм или летающих такси. Вместо транспорта запредельными здесь были цены и самомнение стекающихся со всего мира миллионеров. Ты будто попадаешь в параллельную Вселенную, в некое свободное мини-государство, куда все съезжаются с шиком тратить бабки, кутить и веселиться. Широкая набережная, небоскребы, пальмы, дорогущие тачки и едущие в них загорелые мужчины с кубинскими сигарами в руках, женщины в платках, повязанных на манер Грейс Келли, роскошные пляжные клубы и спортивные тела — все эти элементы красивой жизни сливались в единую громкую симфонию, триумф счастья, которое, по местным правилам, таки можно купить за деньги.

Как и все приезжие, мы с ветерком прокатились вдоль набережной, наслаждаясь «заставкой». Полоска белоснежного песка, сменяющаяся лазурной гладью, — классические обои на рабочий стол. Как говорят местные, океан не надоедает первые двадцать пять лет. На столько мы, конечно, задерживаться не планировали, но окунуться в ласковую воду все же хотелось. Как назло, в тот день я не взял плавки. Поэтому решил проверить другой слух о Майами — что здесь есть обширное русскоязычное комьюнити. К счастью, с одной его представительницей я был хорошо знаком и заранее договорился о встрече и интервью.

Когда мы подъехали к Prestige Imports Miami — автосалону, больше напоминающему дворец, Даша стояла спиной к дороге и щурилась на солнце, подставляя лицо легкому бризу. Издалека она походила на всех этих красоток, выглядывающих из своих кабриолетов или потягивающих мохито в фешенебельных ресторанах. Впрочем, мы тоже выбрали не самое скромное место для встречи. Может, потому что скромных в этой части города просто не было. А может, потому что Даша теперь — не девчонка-гонщица на подержанном Subaru, а бренд-менеджер Pagani. Эти тачки баснословно дорогие, даже для Майами. Видимо, даже для Цукерберга, раз он держит коллекцию подобных авто в гараже, а сам ездит на заурядном массмаркете.

При этой мысли у меня даже немного закружилась голова. Нет, не от Дашиной головокружительной карьеры, хотя я был, конечно, счастлив и горд лично знать такого успешного человека. А от того, как далеко порой может забросить нас жизнь и как сильно мы меняемся ради этого «далеко». Мне было любопытно, изменилась ли Даша. Стала ли похожа на всех этих смеющихся, полных куража и жажды жизни обитателей Майами? Вошла ли в ее расписание привычка пить сельдереевый фреш по утрам, а в обед прогуливаться по Оушен Драйв? Осталось ли в ней что-то от той девчонки, с которой мы ели хот-доги на Киевском море, пачкаясь кетчупом и горчицей?

«Да, осталось», — вынес свой вердикт, как только она повернулась к нам лицом, услышав шаги. В темно-карих глазах Даши плясали такие искорки, словно она не меня увидела, а блестящий «Пагани Зонда». Она будто светилась изнутри. Обычно так говорят о беременных, но я знал, что подобный свет может исходить только от человека, который находится на своем месте и занимается любимым делом. И уж что-что, а машины Даша действительно любила.

— Тема, сколько зим, сколько лет! — Даша легко подалась навстречу и озарила меня типично американской белозубой улыбкой.

— Шикарно выглядишь, — совершенно искренне отметил я.

Она действительно практически не изменилась с того времени, как мы виделись в последний раз в Киеве. То ли надо благодарить умелые руки косметологов, то ли благотворный климат Майами, но на ее лице не было ни одной морщинки. Разве что в уголках глаз, но это, как я называю, от счастья. Даша была одета в классические брюки и черную майку, поверх которой небрежно набросила ярко-красный пиджак. Если бы не знал наверняка, в жизни бы не подумал, что она работает в Pagani. С другой стороны, а что я ожидал увидеть? Платье от «Гуччи» и «Ролекс» с бриллиантами? Глупость.

Адам сделал Даше самый искренний комплимент — он просто стоял рядом с отпавшей челюстью и даже руку не сразу протянул для приветствия.

— С ним все в порядке? — едва слышно уточнила Даша, когда мы повернулись к океану. Я только кивнул, усмехнувшись. Слава богу, с шуточками о гомосексуалистах с прибытием в Майами было покончено.

А я не мог оторвать глаз от всех этих великолепных экспонатов в шоу-руме Даши. Экспонаты — именно это слово приходило на ум, когда я с восхищением рассматривал идеальные изгибы и обтекаемые хищные формы автомобилей, чей глянцевый блеск как бы сообщал миру: «Мы слишком хороши, чтобы на нас ездить». И они действительно были невозможно хороши! Купить такую машину — как завести домашнего леопарда: нужно выделить для него целый закрытый сад и каждый день подносить лань или ягненка.

— Обалдеть, сколько это все стоит!!! — не переставал восхищаться я, блуждая между экспонатами. — Кстати, Даша, сколько? Вы считали?

— Ну-у-у, — она индифферентно обвела большой зал взглядом. — Миллионов пятьдесят-шестьдесят. Долларов, — зачем-то добавила.

— И так понятно, что не гривен, — нервно хохотнул я. — Пятьдесят миллионов баксов!

В этот момент Адам снял мое лицо крупным планом, и я постарался привести себя в более спокойный вид. Близость таких денег сделала меня на несколько минут чуть похожим на тех людей, которые в Майами фотографируются с чужими тачками. Я украдкой сделал пару фото и устыдился. С другой стороны — когда еще меня будет окружать пятьдесят лямов в железе?

И пока я пускал слюну на «Ламборгини» и «Пагани», блестевшие в сиянии солнца и софитов, оператор сопровождал взглядом Дашу и смотрел несколько плотоядно. Вот кто для него настоящий «экспонат»!

— Какая девушка! — тихо шепнул он мне, когда мы поравнялись возле желтого «Ламборгини Авентадор».

— О да, — истово согласился я, пожирая глазами изящный плавник на капоте.

Даша подошла, заметив мое внимание к «Авентадору».

— Каждый год мы устраиваем большое мероприятие для владельцев «Ламборгини» — «Булл фест». К нам прилетают люди, привозят свои машины со всех уголков страны, просто для того, чтобы всем вместе с ветерком прокатиться на них по Майами.

— Понтануться?

— Обладание такой машиной — это не совсем про понты. Вернее, не только про понты. Это стиль жизни, понимаешь?

— Еще бы!

Интересно, терялась ли она, как я сейчас, когда только начинала работать здесь? Волновалась ли, когда впервые показывала какому-нибудь миллиардеру «Феррари» или «Бугатти»? Прыгала ли до потолка, когда получила первые комиссионные?

— Я чувствовала себя букашкой, — призналась она. — Сюда заходили такие люди, знаешь… С виду — как все: две руки, две ноги, туловище, голова, — Даша неловко улыбнулась, — но для них отдать штуку баксов за завтрак — пыль. Тогда они казались мне инопланетянами.

— А сейчас?

— Сейчас это просто часть моей работы, ни больше ни меньше.

— Ты об этом мечтала?

— О счастливой и благополучной жизни. Понимаешь, я работаю в месте, где все очень материальное. И даже страна материальная, и особенно Майами. Но это не моя мечта, это чья-то мечта. И мне приятно смотреть, как она сбывается у кого-то.

— Когда кто-то из миллионеров покупает тачку? — ляпнул я прежде, чем успел задуматься над вопросом.

Неожиданно Даша мечтательно заулыбалась.

— На прошлых выходных я посадила ребенка в тот желтый «Авентадор», возле которого ты завис. Он просто проходил мимо с родителями, засмотрелся, и мне захотелось устроить ему маленький праздник. Я завела машину, и, Тема, ты бы видел его улыбку! Для меня она стоила миллионов!

Заоблачные автомобили, заоблачные цены на них, и все-таки искренняя детская улыбка намного ценнее. Даша посадила в желтый «Авентадор» и меня. Рычание раскатилось по всему салону, оттолкнулось эхом от стен и усилилось, будто мы находились не в шоу-руме, а в опере. Как тот мальчишка, я улыбался и радовался, едва взревел мотор. Радовалась Даша, наблюдая за моей реакцией. И радовался Адам, снимая крупный план Дашиного декольте, пока она сидела на переднем сиденье низкого спорткара.