Артемий Русов – Три года осени (страница 5)
И понимаю: навсегда тобой пленён.
Наконец-то замечаю улыбку, чуть тронувшую твои губы.
— Сам сочинил?
— Да.
Хочу взять тебя за руку, но вспоминаю уговор. Обхожу и просто обнимаю со спины.
Аромат духов… Закрываю глаза, чуть касаюсь губами твоего виска, потом щеки, шеи.
— Мурашки, — говоришь ты и, съёжившись, смеёшься.
А я всё думаю, как начать разговор, который пытаюсь завести вот уже третью встречу.
— Вик…
— Что? — шепчешь ты.
Я разворачиваю тебя и прижимаюсь к твоим губам. Поцелуй безответный, но в груди что-то…
Раньше со мной такого не было. Странное чувство, будто пробившийся сквозь асфальт росток. Я отодвигаюсь, смотрю тебе в глаза. И решаюсь:
— Вик, через две недели я уйду.
Ты глядишь на меня.
— Куда?
— Меня призвали в армию…
Молчишь, затем тихо:
— Вот оно что…
— Прости, что не сказал раньше. Просто я…
— Что?
— Мне очень хорошо с тобой. Я не хочу… оставлять тебя. — И задаю свой главный вопрос: — Ты будешь ждать меня?
Опускаешь глаза, отворачиваешься и медленно идёшь по берегу. Я — рядом.
— Ждать, как парня? — спрашиваешь, смотря вперёд.
— Да… — Набираю воздух. — Я хочу, чтобы ты была моей девушкой.
Тишина. Только ветер шумит кронами сосен.
— Я подумаю, Ром, — говоришь, когда подходим к мосту с вечно шныряющими автомобилями. Их шум рвёт и без того обрывочный разговор.
Держу тебя за плечи и чувствую, как ты вздрагиваешь под моей рукой.
— Что случилось?
— Он… — Ты оборачиваешься на дорогу, следишь за удаляющейся машиной.
— Кто?
— Тот, про кого я тебе вчера рассказывала.
Я смотрю вслед чёрной ладе. Звук клаксона эхом повторяется в ушах.
Подходим к твоему дому. Неожиданно останавливаешься, как-то странно — со смущением — смотришь.
— Что? — спрашиваю.
— Ничего. — Ты чуть дёргаешь плечами, скидывая мою руку, зачем-то тянешься себе за спину… и до меня доходит. Не могу сдержать улыбки.
— И часто у тебя так?
— Нет! — Ты ускоряешь шаг, пряча смех и румянец в ладони.
— Ничего, — говорю — Дома застегнёшь. Главное, чтоб сейчас лямочки не спали…
— Рома!
Мамы нет. Постояв у дверей и вновь проверив карманы в поисках ключа, выхожу из подъезда.
Из вечерних сумерек доносится детский смех вперемешку с недетской руганью. На площадке впереди кто-то возится. Рядом под клёном на лавочке сидят, мерцая угольками сигарет. Из открытого соседского окна на свежий воздух вырывается нетрезвая ссора. Всё, как обычно.
Достаю телефон, набираю.
— Алё, ма, ты где?
— Иду я. В магазин ходила.
— Ключей нет… жду.
Отключаюсь. Вспоминается, как точно так же лет десять назад стоял наперевес с рюкзаком, полном учебников и тетрадок, ждал. И вот уже школу окончил, универ, скоро — армия… время идёт, приближая меня к… я мыском сбиваю с поребрика горочку песка.
Слышу скрип двери — из подъезда выходит Алёна.
— Привет! — говорит она, улыбнувшись. — Гуляешь?
— Здравствуй. — Не смотрю на неё — чем-то о-очень занят в телефоне.
Она встаёт рядом, заглядывает в дисплей. Убираю телефон. Тогда спрашивает:
— С девушкой переписываешься?
— А что? И вообще, это не твоё де…
— Мне сделали предложение.
Только тогда смотрю на неё. Глаза сияют, м-да-а.
— Поздравляю.
Фыркает.
— Мог бы промолчать, чем цедить так!..
— А что ты хотела услышать?
Она переступает с ноги на ногу, скрещивает руки.
— Позвать тебя хотела на свадьбу, но ты ж не придёшь.
— Не приду.
— Ну и чёрт с тобой.
Отворачивается, собираясь уйти.
— Ты ждала чего-то другого? — говорю ей в спину. — После того, как со мной поступила?..
— Я не хочу снова это выслушивать!