Артем Оноприенко – Заметки на полях твоей жизни (страница 16)

Мы шли рядом. Не держась за руки. Но плечи почти касались.

В столовой было шумно. Запах котлет и компота. Очереди у касс. Мы взяли подносы. Сели за столик у окна.

– Расскажи о себе, – сказал Алексей, когда мы начали есть.

– Что рассказать? – я удивилась. – Ты же всё знаешь. Из тетради.

– В тетради ты писала о чувствах. – Он помешал чай ложкой. – А я хочу знать факты. Где ты родилась. Что любишь. Чего боишься.

– Я родилась в Томске, – начала я. – Маленький город. Все знают всех. Мой отец – учитель математики. Мама – библиотекарь.

– И ты пошла на филолога, – он улыбнулся. – В маму.

– Да. В маму. – Я вздохнула. – А ты?

– Я родился в Москве, – сказал он. – Отец – строитель. Мать – домохозяйка. У меня есть младшая сестра. Ей десять лет.

– Ты любишь её?

– Очень. – Его лицо смягчилось. – Она единственная, кто понимает меня без слов.

– Как и я, – сказала я тихо.

Он поднял глаза. Посмотрел на меня. Долго.

– Да, – сказал он наконец. – Как и ты.

Мы ели молча. Но это было не неловкое молчание. Это было молчание понимания.

– Чего ты боишься? – спросил он вдруг.

Я замерла. Ложка застыла в руке.

– Чего?

– Ты написала в тетради: «Боюсь темноты. Боюсь одиночества». Но это не всё.

– Я боюсь не оправдать ожиданий, – призналась я. – Мама верит в меня. Папа гордится. А я… я просто учусь. Пишу стихи. Не знаю, кем буду.

– Это нормально, – сказал Алексей. – Мне тоже страшно.

– Тебе? – я удивилась. – У тебя всё есть. Талант. Деньги. Семья.

– Деньги не дают уверенности, – он отодвинул тарелку. – Отец хочет, чтобы я работал у него. Строил торговые центры. А я хочу проектировать дома. Для людей. Не для денег.

– И ты боишься сказать ему?

– Боюсь. – Он посмотрел в окно. – Вдруг он скажет, что я неудачник. Вдруг лишит поддержки.

– Но ты же выбрал архитектуру, – напомнила я.

– Выбрал. – Он повернулся ко мне. – Потому что понял: если не сейчас, то никогда.

Я протянула руку. Положила свою ладонь на его руку.

– Ты не неудачник, – сказала я. – Ты художник.

Он перевернул ладонь. Сжал мои пальцы.

– Спасибо, – прошептал он.

В этот момент мимо прошла Даша. С подносом. Она посмотрела на нас. На наши сцепленные руки. Её лицо осталось невозмутимым. Но глаза потемнели.

Она прошла мимо. Не сказав ни слова.

– Она видела, – сказал Алексей, когда Даша ушла.

– Пусть видит, – ответила я. – Мне всё равно.

– Мне тоже, – он улыбнулся. – Но она может создать проблемы.

– Пусть создаёт, – я пожала плечами. – Мы справимся.

– Мы, – повторил он. – Мне нравится это слово.

После обеда мы пошли в библиотеку. Не для тетради. Для книг.

– Мне нужно найти материал по курсовой, – сказал Алексей. – Поможешь?

– Я же филолог, – рассмеялась я. – Что я могу в архитектуре?

– Искать слова, – он подмигнул. – Описания. Метафоры. Чтобы текст не был сухим.

– Это я умею, – кивнула я.

Мы прошли к нужному ряду. Энциклопедии. Альбомы. Чертежи.

Алексей взял толстую книгу. Открыл на странице с чертежом старого здания.

– Вот, – показал он. – Это дом Мельникова. Конструктивизм.

Я посмотрела на рисунок. Геометрические формы. Круглые окна. Строгие линии.

– Красиво, – сказала я. – Похоже на космический корабль.

– Именно, – он оживился. – Это и есть идея. Дом как машина для жилья.

– А ты бы хотел жить в таком?

– Нет, – он задумался. – Слишком холодно. Мне нужно тепло. Уют.

– Как в деревенском доме, – предположила я.

– Да. – Он посмотрел на меня. – С печкой. С садом. С тишиной.

– Это будет твой проект?

– Может быть, – он закрыл книгу. – Когда-нибудь.

Мы стояли близко. Между нами было расстояние в десять сантиметров. Я чувствовала его запах. Кофе. Краска. Что-то ещё. Необъяснимое.

– Аня, – сказал он тихо.

– Да?

– Спасибо за сегодня.

– За что?

– За то, что ты есть.

Я почувствовала, как щёки горят.

– Это мне спасибо, – прошептала я.

Он наклонился. Медленно. Я не отстранилась.

Его губы коснулись моей щеки. Легко. Нежно. Как прикосновение крыла бабочки.