Артем Котельников – Кома. Добро не побеждает… (страница 4)
– Помню, конечно. Ты что-то придумал?
– Да! – Миша оживился, доставая из рюкзака потрепанный блокнот. – Я тут нашел в интернете статью про компьютерное зрение и подумал, что можно использовать камеру от старого телефона…
Илья слушал восторженный монолог раскрасневшегося мальчика с горящими глазами. Таким же был когда-то и он сам, увлеченный новыми идеями, готовый тратить все свободное время на их воплощение.
– …и тогда манипулятор сможет различать предметы по форме и цвету, – закончил Миша, глядя на учителя с ожиданием.
Илья заставил себя улыбнуться. Как бы ни было паршиво на душе, срываться на ребенке он не имел права. Миша не виноват, что система образования превратилась в конвейер отчетности. Не виноват, что его учитель выгорел и разочаровался в профессии.
– Хорошая идея, – произнес он с деланным энтузиазмом. – Давай сегодня набросаем план и посмотрим, какие компоненты нам понадобятся.
К 14:30 в кабинет подтянулись остальные ученики. Двое семиклассников, хихикая, обсуждали какую-то игру. Тихая девочка Аня из параллельного класса Миши. Еще трое ребят разного возраста.
Семеро из тридцати двух. Семеро из всей школы, кому было хоть немного интересно то, чему он мог научить. Но интерес постепенно угасал, вытесняемый компьютерными играми, соцсетями, первой влюбленностью – всем тем, что составляло повседневную жизнь подростков.
– Добрый день, ребята – Илья поднялся, оглядывая небольшую группу. – Сегодня мы продолжим работу над вашими проектами. Миша, ты продолжаешь работу над своим манипулятором. Костя и Денис – как продвигается ваш робот-уборщик?
Мальчишки переглянулись.
– Илья Андреевич, мы тут подумали… – начал Костя. – Может, нам лучше сделать боевого робота? Ну, как в "Трансформерах", их еще по телеку показывают?
– Чтобы с пилой и огнеметом! – подхватил Денис.
Илья почувствовал раздражение. Сколько раз они уже меняли направление? Сначала это был робот-доставщик, потом сортировщик мусора, теперь им подавай боевого робота. Типичное проявление синдрома дефицита внимания – неспособность сосредоточиться на одном проекте дольше нескольких недель.
– Ребята, мы уже обсуждали это. В рамках нашего кружка мы не можем делать боевых роботов. У нас нет ни соответствующего оборудования, ни разрешения на подобные проекты.
– Но это же круто! – не сдавался Денис.
– И опасно, – отрезал Илья. – Возвращаемся к уборщику. Вы хотя бы базу собрали, как мы договаривались?
По виноватым лицам мальчишек было понятно, что они даже не приступали к работе. Конечно, зачем делать что-то самому, когда можно погрузиться в виртуальность, часами рубиться в игры или смотреть ролики про чужие успехи.
Илья подавил вздох. Полтора часа. Ему нужно продержаться полтора часа, потом педсовет и он сможет отправиться домой.
– Хорошо, давайте сегодня определимся с конструкцией базы и соберем ее, – он старался говорить спокойно. – Аня, как твой проект умного цветка?
Девочка подняла глаза от телефона, который прятала под столом.
– Я… я не очень поняла, как программировать датчик влажности.
– Я же объяснял на прошлом занятии, – у Ильи напряглись желваки. – И дал тебе ссылку на инструкцию.
– Я забыла посмотреть, – тихо призналась Аня, опуская глаза.
– Хорошо, сейчас еще раз объясню.
Занятие шло своим чередом. Илья переходил от одного ученика к другому, объяснял, помогал, подсказывал. Механические действия, отработанные за годы. Он помнил, как раньше заряжался от этого процесса, как радовался каждому успеху учеников. Сейчас он чувствовал только нарастающую усталость и головную боль.
В 15:45, за пятнадцать минут до окончания занятия, в дверь постучали. На пороге стояла Марина Викторовна.
– Илья Андреевич, извините за вторжение. Можно вас на минутку?
Он вышел в коридор, оставив ребят заниматься своими проектами.
– Что-то случилось?
– У меня к вам просьба. Сегодня привезли новое оборудование для кабинета информатики. Коробки выгрузили на первом этаже, а грузчиков не предоставили. Вы не могли бы помочь поднять их на третий этаж после занятия? Я попросила еще физрука и охранника.
Илья внутренне застонал. Еще полчаса физической работы – это было последнее, чего ему хотелось после такого дня. Но отказать он не мог.
– Да, конечно, помогу.
– Спасибо огромное! – Марина Викторовна с облегчением улыбнулась. – Кстати, совещание переносится на завтра – из управления приехала комиссия, это надолго…
Это была хорошая новость. Хоть что-то положительное в этом бесконечном дне.
– Хорошо, без проблем.
Марина Викторовна ушла, а Илья вернулся в кабинет. До конца занятия оставалось десять минут. Миша пытался что-то собрать из конструктора. Аня уже явно скучала, то и дело поглядывая в свой телефон. Костя и Денис спорили над грудой деталей, пытаясь собрать базу для своего робота. Остальные трое вяло копались в конструкторах, периодически поглядывая на часы.
Илья опустился на стул и потер виски. Голова раскалывалась. В кармане пискнул телефон – сообщение от Наташи:
"Буду у тебя в 7. Купить что-нибудь на ужин?"
Он посмотрел на часы. Сейчас почти четыре. Если быстро разгрузить оборудование, то к пяти он уже будет дома. Останется целых два часа до прихода жены. Хотя какая разница? Не то чтобы у него были силы на какую-то подготовку.
"Как хочешь", – набрал он и отправил.
Телефон тут же пискнул снова:
"Все в порядке?".
"Все нормально. Просто устал. Буду ждать".
Илья убрал телефон и поднял глаза. Миша смотрел на него с каким-то странным выражением – то ли сочувствие, то ли любопытство.
– Что-то случилось, Илья Андреевич?
– Нет, все хорошо, – Илья попытался улыбнуться, но вышло криво. – Давай посмотрим, что у тебя получилось.
Оставшиеся минуты занятия он провел, склонившись над проектом Миши, стараясь сосредоточиться на технических деталях и не думать о предстоящем разговоре с женой. О том, что он скажет ей. О том, что она скажет ему.
***
– Ну что, приступим помолясь?! – скомандовал физрук, поднимая первую коробку с системным блоком.
Илья взял свою коробку, чувствуя, как ноют мышцы спины. Впереди была длинная лестница, три пролета. Он глубоко вдохнул и поднял коробку.
Физрук и охранник уже поднимались по лестнице, переговариваясь о чем-то своем. Илья последовал за ними, прижимая к груди коробку с монитором.
Каждая ступенька давалась с трудом. Илья проклинал этот день, эту школу, эти коробки. Хотелось бросить всё и просто уйти домой, завалиться на диван и не вставать до утра.
Настроение было откровенно паршивым. И словно этого было мало, вспомнился разговор с отцом. Они сидели на кухне родительской квартиры, мать хлопотала у плиты. Отец, как обычно в последнее время, осторожно спрашивал о работе.
"Как дела в школе, сынок?"
"Нормально," – стандартный ответ, чтобы не вдаваться в подробности.
"А этот твой кружок… робототехника? Дети интересуются?"
"Некоторые," – снова уклончиво.
Отец помолчал, потом сказал тихо: "Знаешь, я горжусь тобой. Я в твои годы только о себе думал. А ты детей учишь, будущее строишь".
"Да какое будущее? Гроши получаю, перспектив ноль, дети через одного дебилы. Нечем тут гордиться".Илья тогда разозлился. Принял отцовскую гордость за жалость.
Отец не стал спорить. Только посмотрел как-то грустно и сказал: "Зря ты так… Ты просто не видишь всей картины, сынок. Иногда одно доброе слово, один урок может изменить всю жизнь!"
Три года он вкладывал душу в этих детей, и что? Большинству плевать на его предмет, на его знания, на него самого. Даже Миша со своим энтузиазмом к робототехнике – наивный ребенок, который еще не понял, что в реальной жизни его таланты никому не нужны. Система перемелет его, как перемолола самого Илью.
Третий этаж казался бесконечно далеким. Пот заливал глаза, рубашка противно липла к спине. Физрук и охранник уже давно скрылись где-то наверху – у них дело спорилось куда лучше. Оба крепкие мужики, привычные к физическому труду. Не то что он – кабинетный червь с пивным животом и отвыкшими от нагрузки мышцами.