Арт Лант – Кощей. Путь к силе (страница 35)

– О, очухался произнес! – Весело произнес незнакомец. – Как раз вовремя, вставай лежебока, вода почти нагрелась, тебе надо бы привести себя в порядок.

– Чем так воняет? – Вытирая рот рукой вымолвил юноша.

– Лекарством, вон головешка твоя уже совсем почти не кровоточит, знатно тебя конечно по ней вдарили, как жив то остался, не иначе как чудо. – Все так же весело произнес неизвестный. – Сам встанешь или тебе помочь?

– Справлюсь! – Стиснув зубы произнес больной и схватившись за край кровати сделал пару робких шагов.

Только сейчас он смог более-менее осмотреться вокруг. Это был достаточно просторный шатер, с парой рабочих столов, на которых лежали разнообразные банки-склянки с разноцветными жидкостями неясного назначения, а также пара походных деревянных нар. Полог шатра был откинут и за ним уже виднелись сгущающие сумерки.

– Это ж я почти весь день провалялся! – Подумал про себя удивленно Лукьян, а сам же произнес. – Мне надо идти!

– Я конечно рад, что тебе стало лучше, но сдается мне, ты свалишься с ног едва выйдя за порог, так что будь добр, отмойся как следует, там на улице стоит ведро чистой воды, и возвращайся назад, мне тебе надобно еще повязку наложить, чтобы не загноилась рана.

И тут мальца словно молнией прошибло. – Вещи! Где моя сумка!

Но собеседник лишь покачал головой. – Прости, паря, но я их не видел. Мужики принесли только твоё бренное тело.

– Твари! – от досады и обиды схватив себя руками за слипшиеся волосы прокричал паренек. – Да я их из-под земли достану!…

– Деточка, ты чего такой буйный? – спокойным тоном перебил его мужчина. – Ты, видимо, не понимаешь, как тебе повезло, что ты жив остался, а уж вещи – дело наживное.

– Наживное-то наживное, вот только от этой книженции зависит жизнь многих. – подумал про себя мальчуган и сказал: – Что правда, то правда, спасибо вам, просто в той сумке была вся моя жизнь, оттого меня это так задело.

– Какие твои годы. – меланхолично произнес лекарь. – Кстати, пока ты был в отрубе, заходили стражники, сказали, коли оклемаешься, чтобы я дал знать. Ты чего натворил-то такого?

– Да ничего, просто искал сокольничего, а один из ратников знакомцем его оказался, вот и пообещал меня к нему отвести, да вот только не сложилось. – предположил паренек.

– А я уж подумал… А ладно, мне тут отойти надо, травок набрать, вскорости братец мой вернется, тебе не скучно будет, а пока отдыхай, набирайся сил.

– Постой! – спохватился Лукьян. – А вы вообще кто такие? И почему меня спасли?

Незнакомец расплылся в лучезарной и открытой улыбке. – Так юродивые мы. – коротко ответил тот.

Кто??? – не поняв ответа переспросил юнец.

– Люд мы ученый монашеский, скитаемся по миру, помогаем честному народу чем можем, я вот травник да плотник, а брат мой лекарь и инженер знатный. Оба мы из монашеского ордена новой веры. Помогаем заблудшим душам встать на путь истинный. – гордо ответил мужчина.

– Я и слыхом не слыхивал про таких. Да и признаться пока от ваших я ничего хорошего и не ждал. – коротко ответил малец, тяжело вздохнув. – Из-за вашей веры целый город сожгли. Никого не щадили, ни стариков ни детей.

– Такова человеческая природа. Некоторые из наших братьев слишком яро воспринимают свои обеты, отчего порой идут на настоящие зверства ради достижения высшего блага. Но не надо судить обо всех по горстке фанатиков. Плохие люди есть везде, главное, чтобы в сердце горел огонь надежды и веры. Остальное приложится, всеотец поможет. – ответил монах и перекрестился. – Ладно, хватит лясы точить, идти мне надобно, отдыхай, да братца моего дождись, я думаю ему будет что тебе сказать. И с этими словами скрылся из виду.

– Так, кое-что все же проясняется, но как мне теперь найти книгу, да и что я смогу сделать, коли найду этих разбойников. Мало того, что я не найду их в таком огромном городе в одиночку, так еще и сгину по глупости. Этого я допустить отнюдь не могу. Надо найти прислужницу Мары, может быть она сможет мне чем-нибудь помочь. – с этими невеселыми мыслями мальчуган уселся, свесив ноги с койки.

Ходить все еще было тяжко, его то и дело потряхивало, голова кружилась, и с непривычки было непросто даже стоять, но вскоре все же смог хоть и с трудом, но обрести полный контроль над своим телом и двинулся к выходу. Хоть на улице уже вечерело, но свет заходящего на небе солнца больно ударил по глазам с непривычки. Зажмурившись и ожидая, пока глаза привыкнут, прикрыл глаза рукой и не заметил, как некто из-за спины звонким молодцеватым басом гаркнул прямо на ухо.

– Посторонись, малой, а то встал посреди дороги, не пройти, не проехать!

Сердце в пятки ушло мгновенно и вернулось обратно в мгновение ока. Чуть не подпрыгнув от неожиданности, крутанулся на месте и с ошалелым видом, срывающимся от натуги и возмущения голосом просипел.

– Да ты!!! Ты чего, совсем что ли сдурел? Я тут чуть от страха кони не двинул!

Звонкий смех раздался по поляне. Перед ним стоял молодой мужчина в таких же приметных одеяниях, как и монах, с курчавыми и черными как смоль волосами, еле пробивающейся бородкой и голубыми как небо глазами. Улыбнувшись во все зубы самой дружелюбной улыбкой, тут же ответил.

– Да не дрефь ты! Живы будем – не помрем, ты вон, гляжу, уже ходишь на своих двоих, хотя, признаться, все же думал, что дурачком на всю жизнь останешься, но, как видишь, Бог миловал. Братец мой уже ушёл?

В ответ на этот вопрос парнишка лишь нервно кивнул и снова встал как изваяние.

– М-да, видимо, ты еще долго в себя приходить будешь, ладно, бывает, пойдем со мной, тебе отвар принять надобно, может, он развеет туман в твоей головушке.

Поначалу юноша, но на плечах пришедшего был большой баул, туго набитый чем-то, казалось, того и гляди тот лопнет и содержимое разлетится по всей поляне. Но, на удивление Лукьяна, заплечный мешок с честью переносил все тяготы и невзгоды своей службы.

– Ты чего там такое тащишь? – робко поинтересовался мальчуган.

– Запасы, кое-какие травы, так, на первое время. – весело отмахнулся монах.

Скептически осмотрев сначала собеседника, затем поклажу, переспросил: – На первое время? Да тут половина соседнего луга, судя по объему.

Звонкий мужской смех разлетелся по шатру. – Да нет, тут на самом деле не так много, просто наши запасы в последнее время сильно поизносились, и как же нам повезло, что тут в соседнем лесочке растет все необходимое, и дабы потом не метаться впопыхах и не искать, решено было сразу запастись впрок.

– Умно, конечно, но ежели вы потратили столько? Вы чего, весь город тут вылечить пытались? – удивился юнец.

– Да если бы! – Вдруг вмиг погрустнел молодой лекарь. – Ты, видимо, не местный и не знаешь, какая хворь тут приключилась. Мор прокатился по стольному граду, много людей погибло, еще больше удалось спасти, хвала всевышнему, мы с братцем были неподалеку, да и туташний лекарь не чета многим, своё дело знает и за здоровье горожан взялся основательно. Сначала, со слов местных, заболело пару пьянчуг, праздно шатающихся по самым злачным уголкам неприветливых улиц. Но оно и не мудрено, образ жизни обязывает. И поначалу никто не обратил на это внимание. Затем заразилась служанка в одном из купеческих домов. Но на это тоже никто не обратил свой взор. Мало ли где эта дуреха могла хворь подхватить, подумали хозяева, но все же от греха решили огородить её от прочих, дабы та остальных не позаражала. Затем стали массово заболевать старики и дети из бедных кварталов. Но и до этого вельможи закрывали глаза, мало ли чего чернь там учудила, всякое бывает. Но вот когда уже заболел кто-то из городской знати, то те тут же зашевелились, словно пойманные в углу крысы. Весь люд, у коего были замечены признаки болезни, сослали в один большой дом, а врачевателям, всем, кто в городе в тот момент был, дали строгий наказ с хворью разобраться да как можно скорее. Стража денно и нощно приводила всё новых и новых больных, пока временное пристанище для бедолаг не переполнилось и не начались склоки за место, быстро переросшие в ожесточенные бои с погибшими. Более сильные выкидывали на улицу более слабых и немощных, дабы те сдохли на улице, как безродные собаки. Городская дружина особо не вмешивалась в происходящее, все боялись подцепить невиданную болезнь.

– А что за хворь-то? От чего люди помирали? – непонимающе спросил Лукьян.

– Да струпьями покрывались да волдырями, жутко чесались до тех пор, пока не расчесывали всё тело в одно большое кровавое месиво. Жуть, одним словом. И что самое страшное, всё произошло за считанные дни, даже слухи по округе не успели разойтись, глядишь бы желающих посетить град было бы поменьше. Но куда уж там, мы сами-то случайно узнали, когда в город пришли, дабы запасы пополнить да работу какую-никакую найти. Путешествовать на пустой желудок такое себе удовольствие, знаешь ли. Поведал нам о заразе один из витязей, что площадь торговую охранял, через него и связались мы с врачевателем городским, да помощь свою посильную предложили. Тот и ног сбивался от усталости и с радостью принял наше предложение. Осмотрев пару больных и опросив их, удалось всё же выведать, что могло послужить причиной распространения. Как оказалось, первые заболевшие посещали один сомнительный трактир, где разливали дешёвое пойло и не были особо требовательны к посетителям. Оттуда и начали поиски причин эпидемии. Когда мы посетили сие славное заведение и трехнули хозяина как следует, оказалось, что тот взял зерно по дешёвке у одного из недавно прибывших купцов по бросовой цене, что, как ты понимаешь, того несказанно обрадовало. Из этого зерна было сварено пойло, коим он решил поить своих завсегдатаев и не особо требовательных постояльцев. Как ты понимаешь, там и появились первые заболевшие.