Арнольд Беннет – Как все успевать за 24 часа (страница 31)

«И вот я начал, – пресно замечает Франклин, – заводить знакомства среди молодых людей города, которые любили читать. Я очень приятно проводил с ними вечера и зарабатывал деньги трудолюбием и бережливостью». Или вот еще: «Примерно в это время я задумал смелый и трудоемкий проект достижения морального совершенства… Я завел блокнот, в котором выделил по странице на каждую добродетель. Я разлиновал каждую страницу красными чернилами, чтобы получилось семь колонок – по семи дням недели. Колонки я разделил тринадцатью красными линиями, отмечая начало каждой линии первой буквой одной из добродетелей. На каждой линии, в соответствующей колонки, я мог отмечать черными точками каждый промах, который я обнаруживал у себя относительно этой добродетели в тот день». Тень Франклина, где бы ты ни обреталась, это уже как-то слишком! Человека можно простить за такое презренное хвастовство, но зачем же это записывать, особенно для сына? И к чему эта деталь про красные чернила? Если сын Франклина не ступил на путь зла после изучения этой чудовищной «Автобиографии», он, должно быть, оказался человеком не менее выдающимся, чем его отец. Франклин мог написать свою «бессмертную классику» исключительно по трем мотивам:

1. Чистое самодовольство. Он был занудой, но не самодовольным человеком.

2. Желание, чтобы другие извлекли пользу из его ошибок. Он никогда не ошибался. Периодически он подчеркивает какие-то заблуждения по мелочам, но «это было всего лишь забавно».

3. Желание, чтобы другие извлекли выгоду из рассказа о его добродетельной мудрости и достигли такого же успеха.

Последнее и было, безусловно, его основным мотивом. Честный парень, который еще и оказался гением! Но дело в том, что его успех вовсе не проистекал из добродетельной мудрости. Я бы даже пошел дальше и осмелился утверждать, что она зачастую мешала его успеху.

Не бывает худшего учителя успеха, чем типичный успешный человек. Он крайне редко понимает причину даже своего успеха, а когда популярный журнал просит его поделиться своим опытом на благо молодежи всей страны, он просто не может быть естественным и искренним. Он знает, что от него ожидается, и, если он не приехал в прошлом в Лондон с половиной кроны в кармане, то, скорее всего, сделал какую-нибудь подобную глупость, и он обязательно упомянет об этом, задав тем самым тон интервью, – и все, прощай истина! Совсем недавно в одной ежедневной газете появилась автобиографически-дидактическая статья одного из самых богатых людей в мире, и это была самая «неадекватная» статья из всех, что мне когда-либо встречались. Успешные люди так многого не помнят о своих жизнях! Более того, нет ничего проще, чем объяснить достижение приятным, многим понятным способом. Все эти советы, как достичь успеха, не что иное, как гигантский заговор со стороны меньшинства для того, чтобы обмануть большинство.

Можно ли сказать, что успешные люди более трудолюбивы, бережливы и умны, чем неуспешные? Утверждаю, что нет, а я изучал успешных людей с близкого расстояния. Одна из основных характеристик успешного человека – его праздность, невероятная способность прожигать время. Я решительно утверждаю, что, как правило, успешные люди по обыкновению своему относительно ленивы. Что до бережливости: успешным людям она практически неизвестна, и особенно незнакома она финансистам. С умом тоже сложно: я не раз с изумлением наблюдал его нехватку у успешных людей. На самом деле они способны на глупости, которые могли бы разрушить жизнь обычному клерку. И многие разговоры в окружении успешного человека как раз о том, какие глупости он успел натворить. Еще одна деталь: успешные люди редко добиваются успеха благодаря порядку в жизни. Они абсолютно не методичны. Разумеется, когда они добираются до вершины, они непременно станут развлекаться и производить впечатление на большинство, утверждая, что с самого начала четко двигались к цели, тщательно планируя каждый шаг своего маршрута.

Нет! Большой успех никогда не зависит от осуществления более скромных добродетелей, хотя иногда он действительно может зависеть от более гордых пороков. Используйте на здоровье трудолюбие, бережливость и здравый смысл, но не ожидайте, что они приведут вас к успеху. Потому что этого не случится. Я не сомневаюсь, что мне скажут по этому поводу, мол, я только что написал совершенно аморальное утверждение, что я напрямую призываю людей к лени, расточительности и т. д. Один из наших главных национальных пороков – это лицемерное желание скрыть правду под предлогом того, что она поощряет грех, в то время как на самом деле мы просто боимся правды. Я отказываюсь разделять этот порок. Я люблю смотреть фактам прямо в лицо. Я полностью убежден в том, что в процентном соотношении у неуспешного большинства больше добродетели, чем у успешного меньшинства. В одном только Лондоне перед нами простираются на сотни миль улицы, наполненные трудолюбием, бережливостью и благочестием. Некоторые из самых блистательных людей, которых я знал, были полными неудачниками и не из-за слабохарактерности. А некоторые из наименее одаренных – невероятно успешными. Невозможно найти хотя бы одну сферу, в которой успех подчинялся бы общепринятыми принципами. Я уже слышу, как ты, о читатель, бормочешь себе под нос: «Все это замечательно, но он просто демонстрирует парадоксальность для собственного развлечения». Хотел бы я убедить тебя в своей крайней серьезности!

Я попытался показать, что не приводит к успеху. Далее я предприму попытку продемонстрировать, что к нему приводит. Но моя надежда тщетна.

Внутренняя сущность успеха

Конечно, успех объяснить не легче, чем симфонию до минор Бетховена. Можно сказать, в какой тональности она написана, можно уверенно размышлять о ее форме, перечислить темы, связать ее с предшествующими и последовавшими симфониями, но в конце концов все приходят к тому, что эта симфония прекрасна, потому что это так и есть. И в той же манере мы можем сказать, что единственное реальное различие между успехом и неудачей заключается в том, что успех преуспевает. Откровенно признав это в самом начале, я позволю себе утверждать, что существует три типа успеха. Успех А – произвольный. Он происходит лишь благодаря тому, что мы называем случаем. Мы все очень суеверны, и капризность случая оказывает на нас большое влияние. Представим, что я нахожусь в Монте-Карло, делюсь с другом сомнениями в том, что в следующий раз выпадет красный, а после чего ставлю на красный максимум, и он действительно выпадает. Мой друг, каким бы он ни был умным, все равно хотя бы слегка, но наделит меня мистической силой. А ведь мой успех был основан исключительно на случайности. Если же я повторю этот трюк шесть раз подряд, все игроки за столом мной заинтересуются. Двенадцать раз – и все игроки в казино будут смотреть на меня, открыв рот. А ведь во всем опять-таки будет повинен исключительно случай. Восемнадцать раз – и мое имя появится в каждой европейской газете. Исключительно благодаря случаю. На этом поприще я буду считаться исключительно успешным человеком, и огромное количество людей инстинктивно наградит меня свойствами, которыми я не обладаю.

И если даже там, где случайность признана и допускается всеми, возникают суеверия, то что говорить о тех ситуациях, когда человек добивается успеха там, где случайность не ожидается, где ее даже выгодно скрыть?! Однако же для людей, которые наблюдали успех вблизи, нет никаких сомнений в том, что есть определенный процент историй, в которых успех был достигнут исключительно волей случая. В наше время процветают успешные люди, как процветали они и в прошлом, которые не обладают никакими качествами, отличающими их от толпы. Просто им определенное количество раз выпал красный, и всеобщая суеверность – нежелание верить в случайности – сделала их в глазах общественности успешными и загадочными. Совершенно смехотворно утверждать, как это делают некоторые, что успех никогда не приходит исключительно благодаря случайности. Потому что практически каждый лично сталкивался с достаточно убедительными доказательствами противоположного: в мелочах или чем-то крупном.

Второй тип успеха, тип Б, достигается людьми, которые, пусть и не одарены какими-то выдающимися талантами, тем не менее, без всякого сомнения, имеют талант быть успешными. Я бы описал таких людей, сказав, что, пусть они чего-то и заслуживают, они не заслуживают ослепительной награды, известной как успех. Они кажутся нам переоцененными. Мы встречаем их во всех областях и профессиях и на самом деле не очень-то их уважаем. Они возбуждают в нас любопытство и, возможно, зависть. Они могут подняться очень высоко, но при этом они, должно быть, хорошо осведомлены о том, как скептично к ним относятся окружающие. И если бы они могли прочитать свои некрологи, они бы определенно заметили в них некоторую холодность, насколько бы рьяно общество не придерживалось национального лозунга: De mortuis nil nist bunkum[12]. Это тот тип успеха, который озадачивает человека, изучающего общественные науки. Как так получается, что люди без особых талантов, тем не менее обладают удивительным и не подверженным определению талантом преуспевать? Что ж, мне кажется, что такие люди всегда обладают определенными свойствами. И главное из этих свойств – постоянная, ненасытная жажда преуспевать. Эти люди одержимы идеей успеха. Другие не настолько ею одержимы. Мы мечтаем об успехе периодически, но не обладаем настоящей страстью к успеху. Мы не лежим по ночам без сна, постоянно об этом думая.