Арнольд Беннет – Как все успевать за 24 часа (страница 20)

X. В жизни нет места банальности

Искусство – это великое явление. Но не величайшее. Самое главное из всех восприятий – это постоянное восприятие причинно-следственной связи – восприятие постоянного развития Вселенной, или восприятие эволюции. Когда человек по-настоящему осознает истину: ничто на свете не происходит без причины, – он превратится не только в человека широко мыслящего, но и глубоко чувствующего.

Тяжело пережить кражу часов, но можно порассуждать, что вор стал таким из-за наследственности и окружения – это интересная, заслуживающая научного исследования теория. И в конце концов вы можете купить новые часы, и даже если обрадуетесь, то правильный философский настрой не даст вам огорчиться. Изучая причинно-следственные связи, люди способны избавиться от нелогичности, или абсурдности, внутри себя. Абсурдные люди – те, кого огорчают и потрясают странности жизни, – считают, будто человеческая природа – иностранное государство, полное ужасных чужеродных традиций. Но ведь зрелому человеку должно быть стыдно считать так: быть чужестранцем в незнакомой стране!

Понимание причинно-следственных связей, смягчая болезненность жизни, одновременно делает ее более живописной. Человек, для которого эволюция – всего лишь слово, смотрит на море как на грандиозное, монотонное зрелище, на которое можно полюбоваться за три шиллинга в августе, купив билет в вагон третьего класса. Человек же, проникшийся идеей развития, постоянного взаимодействия причины и следствия, воспринимает море элементом, который позавчера в геологическом смысле был паром, вчера кипел, а завтра неизбежно превратится в лед.

Он понимает, что жидкость – всего лишь промежуточная ступень на пути к твердому состоянию, его пронзает ощущение огромной, изменчивой живописности жизни. И ничто не может доставить больше удовольствия, чем знание и понимание законов природы (человеческой, в том числе). В этом и заключается конечная цель всех наук.

Причины и следствия можно обнаружить где угодно. В Шепердс-Буш поднялись цены на аренду недвижимости. Конечно, повышение цен на аренду в Шепердс-Буш очень болезненно и неприятно. Но мы в той или иной степени стремимся изучать мир с научной точки зрения, поэтому и не было ни одного клерка, который, обедая в ресторане Лайонса, не заметил бы закономерностей. Когда-то двухпенсовый проезд в метро стал причиной повышенного спроса на вигвамы в Шепердс-Буш, а повышенный спрос на вигвамы – причиной увеличения их стоимости.

«Но это совсем просто!» – презрительно заявите вы. Все сложные процессы во вселенной оказываются настолько простыми, когда вы удачно складываете два и два. И, мой дорогой сэр, возможно, вы работаете в агентстве недвижимости, ненавидите искусство, хотите совершенствовать свою бессмертную душу, не можете заинтересоваться бизнесом, потому что он такой банальный.

Однако же не бывает ничего банального.

Даже в офисе агентства недвижимости можно увидеть живописную, огромную, изменчивую жизнь. Что? Из-за вечных столпотворений на Оксфорд-стрит люди начали передвигаться под подвалами и канализацией – я имею в виду, в метро, конечно же, – в результате чего выросла арендная плата на Шепердс-Буш! И вы еще говорите, что это не живописно! Представьте, что вы можете в течение полутора часов три раза в неделю в том же духе рассуждать об устройстве Лондона. Разве это не придаст остроты вашему бизнесу, не преобразит всю вашу жизнь?

Вы дойдете и до более сложных вопросов. И сможете объяснить нам, почему самая длинная прямая улица в Лондоне составляет примерно полтора ярда в длину, а в Париже тянется на мили, определив естественные причинно-следственные связи. Думаю, вы согласитесь, что, приводя в пример клерка из агентства недвижимости, я не самым удачным образом проиллюстрировал свои теории.

Вы банковский клерк и еще не читали этот захватывающий роман (замаскированный под научное исследование) «Ломбард-стрит» Уолтера Бэджета? Ах, мой дорогой сэр, если бы вы читали ее по девяносто минут три раза в неделю, каким захватывающим стал бы ваш бизнес, настолько яснее вы видели бы человеческую природу!

Вы «заперты в городе», но любите вылазки в сельскую местность и наблюдение за дикой природой – несомненно, очень душевное занятие. Тогда почему бы вам не выйти вечером в тапках из дома с сачком для ловли бабочек и не понаблюдать за дикой жизнью обычных и более редких мотыльков возле ближайшего газового фонаря? А после почему бы не упорядочить полученные знания, не сформировать собственное мнение и наконец-то не узнать что-то о чем-то?

Чтобы жить полной жизнью, совсем необязательно любить искусство и литературу.

Множество привычек и повседневных событий способно удовлетворить любопытство, которое означает жизнь, это подарит вам понимающее сердце.

Я пообещал разобраться с вашим случаем, о человек, который ненавидит искусство и литературу, и я с ним разобрался. Теперь я перехожу к тому типу, к счастью часто встречающемуся, который и правда «любит читать».

XI. Серьезное чтение

Романы не входят в «серьезное чтение», поэтому, если человек, настроенный на самосовершенствование, решит посвятить девяносто минут три раза в неделю полному погружению в работы Чарльза Диккенса, ему настоятельно рекомендуется изменить планы. Причина заключается не в том, что романы сами по себе несерьезны – многие художественные произведения по праву считаются великими, – а в том, что плохие романы читать вообще не стоит, а хорошие никогда не требуют от читателя особых умственных усилий. У Мередита только плохие части романов сложны для восприятия. Хороший роман несет вас вперед, словно лодка по течению, и вы прибываете к его финалу, возможно запыхавшись, но точно не утомившись. Лучшие романы требуют меньше всего напряжения. А в тренировке разума один из самых важных факторов – как раз ощущение напряжения, преодоления сложностей, работы над заданием, которое одна часть вас стремится выполнить, в то время как другая отчаянно желает уклониться. Этого ощущения не достичь в процессе чтения романа. Вы не сжимаете зубы, чтобы прочитать «Анну Каренину». Таким образом, пусть вам и стоит читать романы, не нужно этого делать в специально выделенные девяносто минут.

Богатая образами поэзия заставляет напрягать ум гораздо сильнее, чем романы. Возможно, сильнее любой из форм литературы. Это высочайшая ее форма. Она доставляет наивысшее наслаждение, учит вас глубочайшей мудрости. Другими словами, ничто не сравниться с чтением поэзии. Я говорю это с печальным осознанием того факта, что большинство людей стихи не читает.

Я убежден в том, что множество прекрасных личностей, если предоставить им выбор: либо прочитать «Потерянный рай»[7], либо в полдень проползти на коленях в мешковине по Трафальгарской площади, – выберут публичное унижение. И все равно я никогда не устану советовать моим друзьям и врагам читать поэзию.

Если поэзия для вас – книга за семью печатями, возможно, имеет смысл начать со знаменитого эссе Хэзлитта о сути «поэзии в общем и целом». Это лучшее из того, что есть на эту тему на английском, и после чтения этой книги никто не продолжит думать о поэзии как о средневековой пытке, или о сумасшедшем слоне, или о ружье, которое способно выстрелить само и убить с расстояния сорока шагов. В самом деле, сложно представить себе человека, который после чтения Хэзлитта не захотел бы срочно приступить к чтению поэзии, не дожидаясь ужина. Если эссе действительно вас вдохновит, я бы посоветовал вам начать свое знакомство с чисто повествовательной поэзии.

Есть гораздо более утонченный английский роман, написанный женщиной, нежели все, что писали Джордж Элиот, или сестры Бронте, или даже Джейн Остин, которых вы, возможно, не читали. Он называется «Аврора Ли», его написала Э. Б. Браунинг. Он написан в стихах и содержит немало по-настоящему прекрасных строф. Настройтесь на то, чтобы дочитать эту книгу, даже если вы опасаетесь умереть в процессе. Забудьте о том, что это поэзия. Прочитайте ее просто ради самой истории и вложенных в нее общественных идей. А когда вы закончите, задайте себе вопрос: действительно ли вы до сих пор ненавидите поэзию? Я знаю не одного человека, которому книга «Аврора Ли» показала, как он ошибался, когда думал, что терпеть не может стихи.

Конечно, если после эссе Хэзлитта вы все равно убедитесь в том, что ваш антагонизм к поэзии пошатнуть невозможно, вам придется довольствоваться историей или философией. Я пожалею об этом, но не буду безутешен. Конечно, «История упадка и разрушения Римской империи»[8] не дотягивает до «Потерянного рая», но тоже очень неплохая вещь. А что касается «Основных начал» Герберта Спенсера: в работе высмеивают тех, кто высказывает претензии по поводу поэзии, и требуют, чтобы поэзию считали величайшим творением человеческого разума. Я не утверждаю, что любая из этих книг подходит для тех, кто еще не привык напрягать разум. Но не вижу никаких преград для любого человека средних интеллектуальных способностей после года регулярного чтения попробовать одолеть величайшие шедевры в области истории или философии. Замечательное удобство шедевров заключается в том, что они так поразительно ясны.