Арно Штробель – Игра в месть (страница 37)

— Только мятая салфетка.

— Не годится. Майка на тебе? Нижняя?

— Да, но…

— Выдерну отвёртку — понадобится прижать что-то к ране. Относительно чистое.

— Может, сперва поискать бинт?

— Столько он не протянет.

Мануэла замерла. Холод. Каждый слой одежды — спасение. Франк это понимал.

— Одна полоска. Майка станет чуть короче. Не смертельно.

Пауза. Кивок.

— Ладно.

Она задрала балахон, свитер, поло. Вытянула край майки из-за пояса и протянула ему.

— Рви.

Тонкая ткань не поддавалась. Пришлось зажать край зубами — и лицо оказалось в считаных сантиметрах от её обнажённой кожи.

Сквозь затхлый запах больничного халата пробился другой — тёплый, живой. Тело отозвалось внезапным, совершенно неуместным уколом желания. Он дёрнул ткань, и лицо придвинулось к её животу ещё ближе.

Треск — и прежде чем успел осознать, губы на долю секунды коснулись кожи у пупка. Разряд прошил от губ до позвоночника. Он отпрянул — растерянный, оглушённый этим нелепым, пугающе острым мгновением.

Только бы не заметила. Тянет к ней — или тело хватается за любой отголосок жизни? Когда вокруг лишь тьма, кровь и страх, чужое тепло становится якорем.

Он проглотил замешательство.

— Теперь пойдёт, — сказал, не поднимая глаз. В этой темноте они были друг для друга лишь тенями. — Дальше оторвёшь сама.

— Почему? Ты же начал.

— Сделай ты.

Он присел у головы Йенса и принялся машинально ощупывать ему шею — просто чтобы занять руки. Треск ткани. Мануэла протянула полоску шириной в ладонь, длиной в полметра.

Франк сложил её в несколько слоёв — получилось подобие тампона. Уложил на спину Йенса чуть ниже рукоятки. Опустился рядом на колени.

— Встань с другой стороны, у головы. Как выдерну — прижимай. Со всей силой.

— Поняла.

Он нащупал рукоятку и обхватил обеими руками.

— Готова?

— Да.

Потянул. Йенс хрипло застонал, тело дёрнулось. Стержень сидел глубже, чем казалось. Франк стиснул зубы, усилил хватку — и с влажным тошнотворным чавканьем металл вышел из плоти.

Инерция швырнула его назад. Вскрикнул — плечо ударилось о бетон. Перед глазами заплясали цветные пятна. Сознание мигнуло, едва не погасло, но через мгновение вернулось. Осталось привычное сверление в груди.

Задыхаясь, поднялся на колени. Мануэла уже вжимала тампон в рану обеими руками.

— Сильно кровит. Нужна повязка.

— Пойду поищу. Оставайся с ним.

Он ждал протестов — но она лишь тихо проронила:

— Руки убрать не могу. Поторопись.

— Загляну на медпункт.

Он уже обшаривал карманы куртки Йенса. Пусто. Скользнул рукой ниже, к брюкам.

— Что ты делаешь?

— Ищу телефон. Без света не найду дорогу.

Левый карман. Нащупал. Переворачивать Йенса не стал и провозился, выуживая аппарат из-под обмякшего тела. Телефон лёг в ладонь. Нажал кнопку — подсветка работала. Заряд: четыре процента.

Ненадолго хватит.

На заставке — слащавый закат над морем. Погасил экран.

Включать только в крайнем случае.

С трудом поднялся на ноги.

— В процедурной могут быть бинты. Мы не успели осмотреть всё после того, как нашли стетоскоп.

— Будь осторожен. Торстен где-то рядом.

— Буду.

Двинулся к едва различимой жёлтой линии и пошёл вдоль неё. Каждый шаг отдавался уколом в груди. Даже крадущаяся поступь не спасала.

Кратчайший путь до медпункта. Пытался восстановить маршрут от комнаты отдыха — но коридоры путались, наслаивались один на другой. Одно знал точно: дальше по жёлтой линии — тупик. Комната с проектором, а за ней ничего.

У входа в зал с проектором влево уходил узкий коридор. Свернул не раздумывая. Мрак с каждым шагом густел, обступал плотнее, точно осязаемая масса.

Через минуту включил телефон. Тупик. Ещё один. Третий поворот — и наконец знакомые очертания. Кабинет врача.

Не задерживаясь, прошёл в процедурную. Неосмотренные полки ждали.

Шкаф. Брошюры о кожных болезнях. Буклеты о вакцинах. Стопки хромированных лоточков. Методично перебирал одно за другим.

Маленький выдвижной ящик — а в нём три грязных рулона бинта. На открытую рану не положишь. Но зафиксировать тампон — сгодятся.

Шорох за спиной.

Обернулся.

Что-то метнулось к лицу — И мир погас.

https://nnmclub.to

 

ГЛАВА 25

01:18

 

Франк открыл глаза и не увидел ничего. Непроницаемая чернота, густая и плотная, словно её можно было потрогать. Он моргнул раз, другой, третий. Без толку.

Холод забирался под кожу. Мысли путались, наползали друг на друга. Где я? Сердце рванулось в груди, но лишь на мгновение — потом память вернулась. Бункер. Йенс. Мануэла. Торстен.

Его сбили с ног. Во рту стоял привкус крови, медный и тошнотворный. Он попытался сглотнуть, шевельнул губами — их обожгло так, будто прошлись наждаком. Он лежал на спине и силился собраться. Понять, где находится. Оценить, насколько всё скверно.

Повернул голову. Знакомая боль отозвалась в шее и груди. А вот тяжёлая пульсация в затылке была новой — видимо, при падении приложился о бетон. Шишка как минимум.