Арно Штробель – Глубокий шрам (страница 34)

Возможно, я и впрямь во что-то ввязываюсь. Пришлось признаться себе: первоначальную сдержанность он отбросил до обидного быстро. Пожалуй, слишком быстро. Он знал её всего три дня.

А если это просто её манера? Может, ей нравится немного пофлиртовать — пока не наскучит. А потом броситься в следующее приключение.

Что она говорила о Пассеке?

«Мы встречались пару раз. Привлекательный мужчина».

Интересно, как выглядели её встречи с привлекательным Харри Пассеком? Так же, как мои собственные — с десятком других женщин?

Макс спросил себя, не из ревности ли всё это. Нет, точно нет — в этом он был уверен. Это был страх. Страх одним махом пустить по ветру все принципы и зароки — ради женщины, которую он, по сути, совсем не знает.

А с другой стороны… разве любовь устроена иначе? Разве не в том её суть, чтобы дать тому, в кого влюбился, кредит доверия наперёд? И влюбился ли я в Дженнифер по-настоящему? Или это всего лишь увлечение прекрасной, умной женщиной? Нет. Это нечто большее. Гораздо большее.

В голове оформилась мысль — идея, от которой сделалось совестно в самый миг её рождения. И всё же он вышел из штаба и отыскал пустой кабинет. Прикрыл за собой дверь, достал смартфон, нашёл нужный номер. После третьего гудка ответил Патрик Матушка.

— Это снова Бишофф, уголовный розыск Дюссельдорфа. Господин Матушка, не окажете ещё одну услугу? Опять по поводу базы изображений.

— Да, конечно. Охотно.

— Прекрасно, спасибо. Могу заглянуть к вам ближе к вечеру?

— Хм… в принципе, да. Мне только нужно ненадолго отлучиться. Скажите, когда собираетесь подойти, — я подстроюсь.

— Очень любезно с вашей стороны. Скажем, в семь?

— Успею.

— Тогда до вечера.

Макс вернулся в штаб. Бёмер мельком взглянул на него и снова уткнулся в монитор. Макс был благодарен, что тот ни о чём не спросил. Он ненавидел лгать — но понимал и другое: стоит позволить личным разговорам вклиниваться в работу, и с Бёмером начнутся серьёзные трения. И Бёмер был бы совершенно прав.

Макс сел на своё место и твёрдо решил: думать о Дженнифер и писать ей он будет только после конца смены.

Но когда час спустя ему и вправду понадобилось в туалет, он не удержался — открыл WhatsApp и быстро скользнул взглядом по входящим.

Он почти не знал Дженни. Но одно о ней уже можно было сказать наверняка: слово она держит.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

 

ГЛАВА 29

 

Макс подъехал к дому Матушки на десять минут раньше условленного и оказался у порога почти одновременно с хозяином. Фотограф выбрался из машины и мельком глянул на часы.

— Я опоздал? Мы ведь на семь договаривались, если не ошибаюсь.

— Нет, всё в порядке, — успокоил его Макс. — Это я приехал слишком рано.

Матушка открыл заднюю дверцу и достал с сиденья кожаную сумку. По дороге к дому он рассказал, что только что вернулся со съёмки: фотографировал дюссельдорфскую писательницу-детективщицу, у которой его коллега брал интервью.

— Писателей снимать куда легче, чем актёров или музыкантов. Эти непременно ждут, что ты скинешь им лет десять, не меньше.

Макс усмехнулся.

— Охотно верю.

Матушка поставил сумку на обеденный стол, расстегнул её и выложил две камеры и несколько объективов.

— Итак, чем могу быть полезен?

— Снова небольшой поиск по снимкам. — Макс старался не выдать, насколько ему не по себе от затеянного.

— Опять Мириам Винкель?

— Нет, на сей раз другая актриса. Дженнифер Зоммер. Имя вам знакомо?

Матушка кивнул.

— Да. Насколько вообще можно знать того, кого изредка снимаешь. Но… неужели и она пропала?

— Нет-нет, — поспешил заверить Макс. — С ней всё в порядке.

Матушка подошёл к компьютеру, нажал кнопку и, дожидаясь загрузки, спросил:

— Она как-то связана с этим делом?

— Сожалею, ответить не могу. Следствие продолжается, у меня связаны руки.

С каждой минутой неловкость становилась всё острее. Больше всего Максу хотелось свернуть разговор и откланяться. И как только мне взбрело в голову шпионить за Дженнифер? Что, чёрт возьми, со мной творится?

— Хорошо. Дженнифер Зоммер. Добавим к поиску ещё какое-нибудь имя? Или ограничим временными рамками?

— Нет, достаточно простого запроса.

Через несколько минут на мониторе появился результат. Макс опешил: всего двадцать две фотографии. По сравнению с тем, что дал поиск по Винкель, — до обидного мало.

— Негусто.

Матушка пожал плечами.

— Зоммер не в цене. К тому же я регулярно чищу архив — удаляю всё, что не нравится мне на сто процентов. С Винкель такого себе не позволял — с того самого дня, как она исчезла. Любой кадр рано или поздно может обернуться живыми деньгами.

— Понимаю, — сказал Макс. — Можем пройтись по ним?

Снимки оказались очень похожи на те, что он уже видел с Винкель: группы людей — то больше, то меньше, — бокалы с шампанским, отработанные улыбки в объектив.

На предпоследнем кадре Макс его остановил:

— Минуту.

На снимке Дженнифер стояла рядом с Пассеком и незнакомой женщиной.

— А, понятно, — протянул Матушка. — Значит, и у неё всплывает связь с Харри Пассеком.

Макс промолчал, и фотограф, по всей видимости, принял это за согласие. Пусть.

Макс вгляделся в кадр: сперва изучил выражение лица Пассека, затем Дженнифер, выискивая хоть какой-нибудь намёк на то, что между ними что-то есть. Ничего. Зато ему бросилось в глаза другое.

— Откройте, пожалуйста, тот снимок, где Винкель с ней ссорится. — Он указал на Дженнифер.

— Разумеется. Все фотографии у меня в облаке. Секунду.

Не прошло и минуты, как оба кадра встали на экране рядом. Матушка уловил то же, что и Макс.

— Они с одного вечера. На Зоммер то же платье, те же украшения. И причёска та же.

— Именно это я и хотел увидеть.

Сомнений не оставалось: снимки сделаны на одном и том же приёме. Выходит, именно её разговор с Пассеком и стал причиной ссоры с Винкель?

— Работа у вас, в полиции, поистине захватывающая. И какой же вывод вы делаете из этих двух кадров?

Макс выдавил улыбку.

— Что обе женщины оказались в один вечер на одном и том же мероприятии.