Арно Штробель – Чужой (страница 24)

Может, он заглядывал и в спальню. Касался одеял, которыми мы укрывались после… Нет. Не касался. А если и касался — только одеяла Джоанны. Моё исчезло.

С ума сойти.

Я вернулся на кухню. Беспокойство грызло изнутри, не давая остановиться ни на секунду. Взгляд на часы — сколько прошло с такси? Нужно помнить, который был час тогда. Не помню.

— К чёрту.

Вслух? Похоже, да. Разговоры с самим собой — это уже знак, что рассудок выбрасывает белый флаг?

Оставаться в доме стало невыносимо. Быть здесь, когда Джоанна лежит отравленная в больничной палате, наедине со страхом, который она наверняка испытывает, — нет. Не могу.

Ей понадобятся свежие вещи. Бельё. Полотенца.

Через полчаса я сидел за рулём.

Остаток дня и двое следующих суток я провёл почти безвылазно у Джоанны. Уезжал только ночевать и ненадолго днём — поесть.

Я рассказывал ей о нас. Поначалу каждая фраза начиналась одинаково:

— Помнишь…?

Всякий раз — молчаливое покачивание головой. В конце концов я перестал задавать этот вопрос. Он ранил нас обоих.

Иногда просто сидел рядом молча, глядя, как она спит. Или делает вид. Я замечал по вздрагиванию ресниц, но не мешал — пусть прячется, если так легче.

Говорила она мало. Лишь однажды разговорилась — об Австралии. О детстве, о друзьях. Об отце — почти ни слова. Я не перебивал. Слушал.

На второй день, ближе к вечеру, я вернулся с прогулки по парку при больнице и увидел: Джоанна сидит одетая на моём стуле — том самом, на котором я просидел бо́льшую часть этих двух суток.

— Меня выписывают.

Не «отпускают домой». Просто — выписывают.

Я не сдержался. Шагнул к ней и обнял. Был готов, что оттолкнёт. Она не оттолкнула. Не обняла в ответ, но и не отстранилась. Я закрыл глаза.

Как мало нужно для счастья, когда ничто больше не воспринимается как должное.

В машине мы молчали. Джоанна смотрела в окно со своей стороны, а я боялся: одно случайное слово — и это невесомое, хрупкое обрушится.

Наконец дом. Я нёс её сумку и на ходу, будто невзначай, положил свободную ладонь ей на спину. Она не отшатнулась — но тело мгновенно окаменело, и я убрал руку.

Джоанна сказала, что устала и хочет прилечь. Через полчаса стояла на кухне передо мной: уснуть не удалось, хотя усталость валила с ног.

Я предложил что-нибудь приготовить.

— Ты хорошо готовишь? — спросила она.

— Лучше всего — вместе с тобой.

Она покачала головой и села.

— Нет. Приготовь для нас. А я посмотрю.

Я кивнул. Готовить для неё — пускай маленький, но настоящий шаг навстречу.

В кладовой стоял морозильник. Я вытащил упаковку креветок — и в этот момент раздался звонок в дверь.

Когда я появился из кладовой, Джоанна уже стояла. Страх в глазах.

— Кто это?

— Понятия не имею. Может, опять кто-то с работы — удалил файл и не знает, куда бежать.

Она двинулась за мной, но в проёме между кухней и прихожей остановилась, вцепившись в дверной косяк, словно боялась упасть.

Я открыл дверь и несколько долгих секунд молча смотрел на человека, стоявшего на пороге.

Доктор Бартш. Штатный психолог «Габор Энерджи Инжиниринг». Улыбка — широкая, отрепетированно-участливая. Я нехотя кивнул в знак приветствия. Внутри поднялась злость — горячая, мгновенная.

Значит, вот как они решили от меня избавиться.

— Добрый вечер, господин Тибен, — произнёс он, и улыбка расползлась ещё шире. — Заглянул проведать, всё ли у вас в порядке. Позволите войти?

https://nnmclub.to

 

ГЛАВА 15

 

Мужчина среднего роста, жилистый — и я сразу вижу: Эрик его на дух не переносит. Дважды глубоко вздохнув, он скупым жестом впускает гостя в дом.

— Доктор Бартш. Какими судьбами?

Ещё один врач? Я невольно отступаю вглубь кухни.

Мужчина проводит ладонью по ухоженной окладистой бороде.

— Герр Габор направил меня проведать вас. Ему, разумеется, стало известно, сколь близко вы оказались к катастрофе…

Тут его взгляд находит меня. Задерживается с нескрываемым любопытством.

— Вы, должно быть, Йоанна?

Я так устала. Меньше всего хочется обмениваться любезностями с очередным доктором, и, если в нём есть хоть капля чуткости, он это почувствует.

Прежде чем я успеваю ответить, Эрик уже рядом.

— Йо, это доктор Бартш. Корпоративный психолог из нашей фирмы. Я его не звал — на случай, если ты подумала иначе. Знаю, что тебе сегодня нужен покой.

Может, виновата усталость, но я никак не улавливаю связь. Этот визит — из-за меня? Какое я имею отношение к фирме Эрика? За последние дни он рассказал немало, в том числе о работе. Что-то связанное с возобновляемой энергетикой — перспективное направление, как выразился бы отец.

— Нет. — Лицо Бартша стало серьёзным. — Эрик меня не звал, это правда. Однако руководитель счёл нелишним, чтобы я заглянул. Быть может, сумею чем-то помочь — был бы искренне рад.

Видно невооружённым глазом: Эрику стоит огромных усилий сдерживаться.

— Мы оба прекрасно знаем, зачем вы здесь на самом деле, — произносит он вполголоса. — Ищете повод, чтобы Габор задвинул меня в сторону.

Я смотрю на него искоса. О неприятностях на работе он ни словом не обмолвился.

Психолог качает головой — мягко, почти сочувственно.

— С какой стати Габору этого хотеть? Вы прекрасный специалист, герр Тибен. Поверьте, он это знает не хуже меня.

Лёгким кивком Бартш указывает в сторону гостиной.

— Удобнее было бы присесть. Надолго не задержу, обещаю.

Мне это глубоко претит, и всё же я киваю. Опять чужой человек в моей гостиной.

Бартш устраивается на диване, закидывает ногу на ногу и смотрит на нас выжидающе.

Беру себя в руки.

— Хотите что-нибудь выпить?

Лицо его светлеет.