Аркадий Лаптев – Рудник Проклятых (страница 5)

— А заброшенные шахты?

— Свободная добыча. Никаких надзирателей, никаких норм. Но и никакой защиты. Твари, обвалы, старые ловушки магистров. И другие искатели, которые скорее перережут тебе глотку, чем поделятся добычей. Высокий риск, высокая награда.

Фома взвесил варианты. Шахта Борона — гарантированная руда, но половину отдашь. Заброшенные шахты — можно найти много, но можно и не вернуться.

— Я схожу в заброшенную, — сказал он. — Мне нужен ларец, а заодно добуду руды.

— Разумно. — Милон кивнул. — Но сначала — к Кресту. Он покажет тебе, где ты будешь жить.

Крест ждал его у моста.

— Живой, — констатировал он с ноткой одобрения. — Милон тебя не сожрал. Уже неплохо. Идём, покажу твои хоромы.

Они снова миновали Третье Кольцо — каменные стены, угрюмую стражу, шпиль замка Барона, — и спустились во Второе. Здесь, в лабиринте бараков и мастерских, Крест свернул к небольшой хижине, притулившейся к внутренней стене.

— Твоя, — сказал он, толкая дверь.

Хижина была крошечной — три шага в длину, два в ширину. Голые каменные стены, земляной пол, застеленный соломой. Из мебели — грубо сколоченный топчан с соломенным тюфяком, маленький деревянный стол и табурет. На столе стояла глиняная плошка с маслом и фитилём — лампа. В углу — пустое ведро. На стене — ржавый крюк для одежды.

Пахло сухой соломой и плесенью. Но здесь было сухо. И здесь не было решёток.

— Не дворец, — признал Крест, — но лучше, чем канава в Первом Кольце. Плата за жильё — два куска руды в неделю. Пока ты ученик Милона, Барон не трогает тебя. Но долги лучше не копить.

Фома сел на топчан. Солома зашуршала под ним. Четыре года он спал на гнилой подстилке в камере три на четыре шага. Эта хижина казалась ему почти роскошной.

— Спасибо, — сказал он.

— Не благодари. — Крест прислонился к косяку. — Милон сказал, что ты идёшь в заброшенную шахту. Это опасно. У тебя есть оружие?

Фома покачал головой.

— Тогда идём. У меня есть старый лук, который я могу тебе одолжить. И десяток стрел. Это не подарок — вернёшь после первого же похода. Заодно покажу, как с ним обращаться.

Они вышли из хижины. Солнце — настоящего солнца в Котле не было, но сквозь Пелену пробивался мутный зеленоватый свет — клонилось к закату. Фома шёл за Крестом, размышляя обо всём, что узнал.

Сила, Ловкость, Интеллект. Учителя. Руда. Шесть кругов магии.

Он ещё не понимал до конца, как всё это работает. Но уголёк в сознании теперь горел ровным пламенем, и каждый раз, когда он вызывал интерфейс, пламя отзывалось теплом.

Впервые за четыре года у него была цель.

Найти ларец. Добыть руду. Заплатить за обучение. Стать сильнее.

А потом — найти способ выбраться из Котла и добраться до Борбо.

Злость, копившаяся годами, никуда не делась. Теперь у неё появился инструмент.

Глава 4.

Уроки боли

Утро встретило Фому запахом сырой соломы и тусклым зеленоватым светом, сочащимся сквозь щели в стене. Он сел на топчане, размял плечи. Тело ещё помнило вчерашнюю активацию — мышцы ныли, в висках пульсировало эхо пережитой боли. Но голова была ясной. Даже слишком ясной.

Он вызвал статус — строки послушно проступили в воздухе, шипя и потрескивая.

СТАТУС: УЧЕНИК МАГА (Уровень угрозы: НИЗКИЙ)

Имя: Фома

Здоровье: 40/40

Мана: 20/20

Очки Значимости: 0

Характеристики:

СИЛ: 11

ЛВК: 9

ИНТ: 10

ВЫН: 12

Он всё ещё был никем. Но теперь у него имелся план.

Фома натянул ученический балахон, проверил мешочек с рудой — пять кусков, аванс от Милона, — и вышел из хижины. Второе Кольцо уже проснулось. Шахтёры тянулись к воротам, зевая и почёсываясь. Воры сновали между бараками, высматривая зазевавшихся. Где-то хлопала плеть, и женский голос вскрикивал от боли.

Он нашёл Креста у казармы стражи. Ветеран сидел на перевёрнутом бочонке и точил короткий меч. Увидев Фому, он отложил оселок.

— Готов учиться? — спросил он без предисловий.

— Готов.

— Тогда пошли. Покажу, с какой стороны браться за лук.

Они вышли на тренировочный двор — пятачок утоптанной земли между бараками. Крест принёс старый, видавший виды лук и колчан с десятком стрел. Оперение на стрелах было потрёпанным, но наконечники — острыми.

— Это не подарок, — напомнил Крест. — Вернёшь, когда добудешь своё. Или заплатишь. А теперь смотри.

Он встал в стойку — ноги на ширине плеч, корпус развёрнут к цели, левая рука прямая, правая на тетиве.

— Лук — не дубина. Здесь не сила решает, а точность. Дыши ровно. Целься не в мишень, а сквозь неё. Тетиву отпускай плавно, не дёргай. И не задерживай дыхание — выдохни на выстреле.

Фома взял лук. Дерево было тёплым, отполированным чужими ладонями. Он наложил стрелу, натянул тетиву. Лук заскрипел, мышцы на левой руке напряглись.

— Локоть выше, — поправил Крест. — Если опустишь, стрела уйдёт в землю.

Фома выдохнул. Тетива со звоном ушла вперёд. Стрела ударила в край мишени — не центр, но хотя бы не мимо.

— Сносно для первого раза. — Крест хмыкнул. — Ещё два десятка выстрелов, и мышцы запомнят. Потом перейдём к стойке на колене.

Они занимались час. Крест гонял Фому без жалости: стойка, выстрел, смена позиции, снова выстрел. Руки ныли, пальцы на правой руке онемели, но к концу тренировки три стрелы из десяти ложились в центр мишени.

Перед глазами вспыхнула строка:

[Навык получен: Лук (Уровень 1). Точность повышена. Урон от стрел: базовый + 2%.]

— Годится, — сказал Крест, забирая лук. — Два куска руды. Как договаривались.

Фома отсчитал руду. Два куска — треть его состояния. Но он не жалел.

— У меня есть ещё совет, — добавил Крест, пряча руду в кошель. — Не доверяй никому в Котле. Особенно тем, кто слишком дружелюбен. Запомни это.

Фома запомнил. Но ещё не знал, как скоро ему придётся вспомнить этот совет.

До лавки Гримбо он не дошёл.

На полпути через Второе Кольцо его окликнули.

— Эй! Новичок!

Фома обернулся. К нему спешил человек — невысокий, щуплый, с крысиным лицом и бегающими глазками. Одет был получше Отбросов, но похуже стражников: кожаный жилет поверх холщовой рубахи, стоптанные сапоги. На поясе — короткий нож в потёртых ножнах.

— Ты Фома, верно? — Человек растянул губы в улыбке, обнажив щербатые зубы. — Я Бесо. Слышал про тебя. Говорят, Милон взял тебя в ученики. Это круто, очень круто!

Он говорил быстро, заискивающе, заглядывая в глаза.