Аркадий Лаптев – Орден Воды (страница 5)

Поглощено сфер: 2

Квесты: найти Марту, Коржика и Ксенагора. Поглотить третью сферу. Уничтожить Пелену.

Глава 2

Утро на ферме начиналось рано. Едва первые лучи солнца пробились сквозь Пелену, окрасив поля в блёклое золото, как работники уже вышли в поле. Фома проснулся от их голосов, от скрипа двери сарая, от холода, просочившегося сквозь щели в стенах. Он сел на тюфяке, потянулся, размял плечи, вчерашняя работа давала о себе знать приятной, тягучей болью в мышцах, и вышел наружу.

Робарт уже стоял у края поля, как и вчера, заложив руки за спину. Он смотрел на свои угодья с тем спокойным, хозяйским выражением лица, какое бывает только у людей, привыкших вставать до рассвета и работать до темна. Ветер с океана трепал его седые волосы.

— Доброе утро, Робарт, — сказал Фома, подходя.

— Доброе, — кивнул фермер. — Выспался?

— Хорошо выспался. — Фома помедлил, подбирая слова. — Робарт, я в сундуке видел волчий доспех. Сколько ты за него просишь?

Робарт повернулся к нему, прищурился. Видно было, что он оценивает — не Фому, а сделку.

— Сто монет, — сказал он наконец. — Доспех добрый. Из шкуры лесного волка, костяные пластины на плечах. Такой не в каждой лавке найдёшь.

— У меня здесь сорок пять монет, — сказал Фома, — и товар на шестьдесят. Ты сам говорил, что в городе эти ложки и тарелки можно продать по две монеты за штуку. Мне нужен волчий доспех.

Робарт помолчал, потом хмыкнул и махнул рукой.

— Хорошо. Отнеси деньги и посуду Хельге, она даст тебе доспех. И скажи ей, что я велел.

Фома кивнул и пошёл к дому.

Внутри, как и вчера, пахло дымом очага, сушёными травами и готовящейся едой. Хельга стояла у плиты, помешивая что-то в большом чугунном котле, и от него поднимался пар — густой, ароматный, пахнущий мясом и кореньями. Фома на мгновение замер на пороге, вдыхая этот запах. Запах дома.

— Доброе утро, Хельга.

— А, Фома, — она обернулась, вытирая руки о передник. — Пришёл за похлёбкой? Ещё не готова.

— Нет, — сказал он, — я по другому делу. Вот тебе деньги и посуда. — Он протянул ей кошель с монетами и мешок с тарелками и ложками. — Робарт сказал, что ты дашь мне волчий доспех.

Хельга взяла деньги и мешок, аккуратно поставила мешок у стены, пересчитала монеты. Потом подошла к сундуку, открыла тяжёлую крышку. Достала доспех — он был именно таким, каким запомнился Фоме: плотная, усиленная мехом броня из тёмно-серой волчьей шкуры, с нашитыми костяными пластинами на плечах, способными выдержать удар меча. Доспех пах зверем, тем самым мускусным, диким запахом, который Фома так хорошо знал по своему спальному мешку.

Но Хельга не остановилась на этом. Она нагнулась над сундуком, порылась в нём и извлекла ещё три предмета: пузырёк с густой, тёмно-красной жидкостью, сильное зелье здоровья; флакон с голубоватым, мерцающим изнутри светом, зелье маны; и головку сыра, завёрнутую в промасленную ткань.

— Вот, возьми, — сказала она, протягивая всё это Фоме. — Ты честный человек. Мог бы прошлый раз всё это украсть, но ты этого не сделал. — Она посмотрела на него прямо, и в её глазах не было ни подозрения, ни укоризны — только спокойное, материнское одобрение. — Можешь заходить ко мне каждый день, и я буду давать тебе похлёбку. Это твоя награда за честность.

Фома принял подарки. Ему вдруг стало тепло, не от доспеха, не от зелий, а от этих слов. От того, что кто-то, пусть даже незнакомый, увидел в нём человека.

— Спасибо, Хельга, — сказал он. — Я запомню.

Он вышел из дома, пересёк двор и зашёл в сарай. Рабочие уже ушли, и внутри было пусто. Фома снял старый доспех из крысиных шкур, тот самый, что служил ему верой и правдой с самого начала, — и отложил в сторону. Потом надел волчий. Доспех сел как влитой: мех приятно лёг на плечи, костяные пластины не стесняли движений, а ремни затянулись плотно и надёжно. Фома провёл рукой по груди, по плечам, проверил, как выхватывается топор. Отлично.

Интерфейс услужливо высветил строки:

[Экипирован: Волчий доспех. Защита от всего: 15.]

[Инвентарь обновлён:]

— Волчий доспех (защита: 15) — надет.

— Топор лесника (стальной, урон: 20, прочность: средняя).

— Метательные ножи ассасинов (3 шт., урон: 35, серебряное покрытие).

— Кремнёвый нож.

— Малое зелье здоровья (1 шт.).

— Сильное зелье здоровья (1 шт.).

— Зелье маны (1 шт.).

— Записка Ксенагора.

— Руна телепортации.

— Спальный мешок из медвежьей шкуры (тепло: высокое, эффект: отпугивание диких зверей, вес: 4 кг).

— Заплечный мешок из шкуры болотной крысы.

— Инструменты для резьбы по дереву.

— Сыр (1 шт.).

— Старый доспех из шкур болотных крыс (защита: 5).

Фома удовлетворённо кивнул и вышел из сарая. Солнце уже поднялось выше, и Пелена, истончившаяся у побережья, пропускала довольно много света. День обещал быть ясным.

Он пошёл на поле, где работал Видо с бригадой. Рабочие, согнувшись в три погибели, пропалывали сорняки между рядами капусты. Видо, стоя в стороне, руководил процессом, покрикивал, указывал, где нужно пройтись ещё раз. Завидев Фому, он выпрямился и приветственно махнул рукой.

— Фома! Как спалось?

— Хорошо, — ответил Фома, подходя. — Видо, слушай, а тебе случайно или твоим рабочим не нужен ещё крепкий доспех из шкур болотных крыс?

Он достал из заплечного мешка старый доспех и протянул его бригадиру. Видо взял доспех, развернул, принялся изучать. Его грубые, мозолистые пальцы ощупывали каждую шкуру, каждый шов, каждую заплатку.

— Доспех из шкур болотных крыс, — пробормотал он. — Это редкость в наших краях. У нас тут больше по волкам да по овцам. — Он перевернул доспех, оценил изнанку, потрогал затёртые ремни. — Но он у тебя изрядно потрёпан. Шкуры местами разошлись, заплатки грубые. Поэтому больше двадцати монет дать не смогу.

— По рукам, — сказал Фома. — Забирай.

Видо отсчитал двадцать медяков, и они перекочевали в кошель Фомы. Доспех бригадир аккуратно свернул и положил на телегу, стоявшую у края поля.

— Слушай, — сказал Фома, — а нет ли у тебя какой работы? Кроме прополки.

Видо усмехнулся.

— Робарт сказал, что ты в сельском хозяйстве не силён. Но тут недалеко есть одна пещера. — Он махнул рукой куда-то в сторону скал, темневших на горизонте. — Там, говорят, видели бандитов. Недели две уже, как они там засели. То ли дезертиры, то ли просто отребье. Если разберёшься с бандитами, я дам тебе пятьдесят монет.

Фома скрестил руки на груди.

— Да ты что, ополоумел? — сказал он, но в голосе его не было злости, скорее, удивление. — Пятьдесят монет? За банду?

Видо развёл руками.

— А сколько ты хочешь?

— Мне нужно больше.

— Семьдесят монет?

— Мне нужно больше.

Видо почесал затылок, вздохнул.

— Девяносто монет?

Фома почувствовал, что не стоит перебарщивать. Девяносто монет, это были хорошие деньги. За такие можно было купить приличное оружие или десяток зелий.

— Хорошо, — сказал он. — За девяносто монет я разберусь с бандитами.

Видо кивнул, порылся в поясной сумке и извлёк сложенный вчетверо листок пергамента.

— Вот карта местности. — Он развернул листок и показал Фоме. — Вот дорога, что ведёт от фермы к городу. Вот скалы. А вот здесь, возле дороги, пещера. Там они и засели. Идти недалеко, час-полтора ходу.