Арий Родович – Эхо 13 Забытый Род (страница 59)

У меня — чуть больше одной. Этого недостаточно. Недостаточно, чтобы остановить пулю. И всё же… слишком поздно отводить взгляд.

Я хотел увидеть конец. Но, похоже, мне это не позволят.

Мир вокруг застыл. Торговка замерла с поднятой рукой, покупатель так и остался с протянутым кошельком, ветер перестал трепать навесы. Даже тени остановились.

Я двинулся.

Если бы кто-то смотрел сверху, он увидел бы прямую линию, прорезающую пространство. Линию света. Без цвета. Без формы. Просто движение.

Но никто не увидел. Слишком быстро. Слишком молниеносно. Для всех остальных ничего не произошло.

Максим молодец. Он сумел остановить… нет, не остановить, а лишь перевести пулю. Но этого хватает, чтобы он всё еще жил.

И всё же я продолжаю задаваться вопросом: кто решился стрелять? Из чего был произведён этот выстрел? Почему я не смог предугадать его заранее? Почему этот человек оказался настолько незаметным, что сумел скрыться даже от меня?

Ответ оказался прост. Слишком много модификаций. Слишком чужой, слишком нечеловечный, чтобы я мог разглядеть его вовремя.

— Это мой последний раз, — сказал я себе. — Теперь точно.

Придётся уйти.

Я уже мчался сквозь лес. Ветки едва успевали качнуться от порыва, и тут же застывали в воздухе, словно боялись признать, что движение произошло. Я заметил берёзу, тонкую, гнущуюся от моего рывка. Она успела треснуть, как от сильного ветра, но мгновение спустя тоже остановилась, замерла вместе с остальным миром. Всё вокруг словно подчинилось моему бегу, но не видело его.

Только я чувствовал, как шаг за шагом прожигаю землю, срываясь в линию света.

Второй выстрел. Этот я успею остановить, я уже рядом. Сначала пуля. Я прыгнул и оказался почти вплотную к ней. Она летела мимо меня, и на мгновение показалось, что я завис в воздухе, рассматривая её. Хорошая пуля. Именно поэтому её никто и не заметил. Никто, кроме него. Он увидел её, и потому всё ещё остаётся жив. Я думаю, он и Максим уже успели понять, что происходит. Если бы он не заметил бы прошлую, то уже был бы мёртв.

Теперь — к убийце. Вот наглец. Мысли его я уже узнал. Он сам выдал то, что мне было нужно. И всё же… надо напомнить ему об обещаниях. Не стоит забывать свои слова.

Я склонился к самому уху и произнёс тихо:

— Не забудь свои обещания.

Лёгкий тычок — и он провалился в темноту. Не упал, его удержал собственный хвост. Я посмотрел на него и только усмехнулся. Как же он себя изуродовал.

Время уже не имеет значения. Я успел. Но это всё. Больше меня здесь не будет. Пойду хотя бы попрощаюсь.

Интерлюдия. Утка

Лечу я себе, лечу… в тёплые края.

Нет, не спорю, мир у нас хороший. Везде тепло, везде всё есть. Но зима в Красноярске — такое себе удовольствие.

А вот где-нибудь в районе Мальдив было бы куда лучше.

Я-то птица, могу лететь. И лечу. И от этого радуюсь.

— Кря! — сказала я сама себе.

И меня подержал хор других «кря» — ведь мы летели стайкой, тринадцать небольших птиц. Весёлый перелёт, шумный.

И тут — БАХ!

Темно.

Неужели я так и не увижу Мальдивы? Первый раз решилась туда слетать… и всё равно не увижу.

Охотничий же сезон закончился. Кто же в меня выстрелил?

Рикошет нашёл свою вторую цель. Под номером тринадцать.

Конец. Интерлюдий

Ну, если он здесь… значит, тот, кто стрелял в меня, уже мёртв. В этом я даже не сомневался. Он не оставляет врагов в живых.

Значит, можно и мне спокойно умирать.

Хотя бы за мою вторую смерть я был отомщён. Пусть и в этом мире.

Тьма.

Я закрыл глаза и начал тонуть в ней.

И в этой тьме он появился.

Стоял, как всегда, спокойно, руки за спиной, взгляд прямой и невозмутимый.

— Ну что же вы, господин, — произнёс Яков, — куда вы собрались? Вы только начали жить, а мне вот пора уходить. Я пришёл попрощаться. Честно говоря, очень глупо всё это вышло. То, что я сделал. Я так хотел увидеть финал, хотел увидеть конец… но видно, не в этот раз. И не в этом мире.

— Как? Зачем? Почему? — вырвалось у меня. — Зачем ты меня спас? Я ведь прекрасно понимаю, что ты не отсюда. Не из этого мира. Как и я. Ты не похож ни на одного, кого я здесь видел. А я видел уже многих.

Яков слегка усмехнулся уголком губ, но голос его оставался ровным:

— Понятно, что я не могу ответить вам на эти вопросы. Единственное, что я мог вам дать, я уже дал. Даже больше, чем следовало бы. Но это, господин, уже мои проблемы.

Он выдержал паузу и добавил чуть мягче:

— А вам я желаю лишь одного: покажите этому миру, каким он должен быть. Гениям всегда сложно. Особенно здесь. Может быть, мы ещё увидимся, господин. А теперь вам пора просыпаться.

Он не дал мне задать вопрос. Я не успел даже сказать до встречи. Яков лишь слегка взмахнул рукой — привычно, спокойно, будто закрывал за собой дверь.

И всё померкло.

…Я открыл глаза. Резкий вдох обжёг лёгкие, я повернул голову и увидел свой чёртов светильник на столе.

Я у себя в комнате.

И я жив.

Это был сон или Яков действительно покинул меня?

Интерлюдия 2 — Прощание

Я щёлкнул пальцами — и мир застыл.

Толпа превратилась в безмолвные статуи. Всполохи эха повисли в воздухе, словно оборванные нити.

Сдерживаться больше не имело смысла. Моё время здесь подходило к концу.

Я сделал шаг — и оказался рядом. Поднял его, как ребёнка, легко, без усилий.

Господин. Я всё ещё зову его так, хотя знаю: скоро мне придётся покинуть его.

Я приложил ладонь к ране на груди и залечил её. Почему бы и нет? Пусть живёт. Всё равно для меня всё уже кончено.

Перевёл взгляд на Максима. Он видел. Он понимал. Но благоразумно молчал.

Да, он заметил — я изменился.

Я наклонился к его уху и прошептал те слова, которые останутся у него в голове навсегда.

Но вслух произнёс только одно:

— Когда господин придёт в себя, обязательно передай ему это.

Ирония ситуации заставила меня усмехнуться про себя.

Ведь он даже не понял, что не слышал того, что я сказал. И повторит это лишь тогда, когда увидит господина на ногах.