Аристофан – Избранные комедии (страница 24)

Прекрасно! Клянусь Зевсом, Аполлоном и Деметрой.

Мне кажется, теперь уж нет сомнения:

Ты — гражданин отменный. Не видал еще

Подобных я средь трехгрошовой братии.

(Клеону.)

Ты ж со своей любовью лишь сердил меня.

Отдай назад мой перстень! И отныне ты

Не ключник мне!

(отдает перстень)

Ну что ж, бери! Одно лишь знай:

950 Ты мне не веришь больше, но другой придет

Подлей меня, гнуснее и негоднее.

(разглядывая перстень)

Не мой, не мой как будто это перстень! Нет!

Печать совсем другая. Иль не вижу я?

Дай, я взгляну.

(Берет перстень.)

А какова печать твоя?

В оливках поросенок доморощенный.

Совсем не то.

Не поросенок? Что ж тогда?

Обжора чайка, с кафедры кричащая.

Беда, беда!

А что?

Подальше брось его!

Совсем не мой то перстень, а Клеонима[66].

Возьми ж вот этот и моим будь ключником.

(Дает ему перстень со своего пальца.)

Нет, нет, о господин мой! Подожди еще!

960 Пророчества мои сначала выслушай!

Так и мои послушай!

Чуть доверишься

Вот этому — тебя обреет догола.

А тот тебя обреет и не так еще!

В моих гаданьях, знай, тебе предсказано

Вселенной править, розами венчанному.

Мои ж тебе сулят в порфире вышитой

На колеснице золотой преследовать…

Агирия и Смикифа процессами.

970 Тащи уж все гадания, чтоб выслушал

Хозяин их.

Отлично!

(Клеону)

Ты ж свои тащи!

Тотчас!

Тотчас!

Беги же!

Нет помехи нам!

Бегут в разные стороны.

Строфа

Солнца ясного сладкий луч

Воссияет для граждан всех,

Воссияет для всех гостей

В день паденья Клеона.

Слышать, правда, и мне пришлось,

Как толкуют, наморщив лбы,

Старики-ворчуны порой

980 На толкучке судебной:

«Если б в силе не был Клеон,

Не видать бы по всей земле

Двух полезных вещей у нас:

Ни пехтила[67], ни ступки».

Антистрофа

Но чему я еще дивлюсь, —

Это ловкости рук его.