Аристофан – Избранные комедии (страница 22)

Тысяч пять, десять, сто положил ты в карман.

Что ты даром ревешь, что ты воду толчешь?

830 Пребесстыдны, преподлы проделки твои

Пред народом афинян. И я докажу,

Вот Деметрой клянусь, пусть мне дня не прожить,

В Митиленах[60] сумел, вымогая, добыть

Ты не меньше чем сорок талантов!

Антода

Ты человечеству всему спасенье и отрада.

Легкоязычие твое

Зависти достойно.

Свершивши подвиг, станешь ты

Первым на Элладе.

840 В Афинах и на островах, трезубцем потрясая,

Царить ты будешь, всем вертеть и гнать деньгу без счета.

Но только спуска не давай, ведь он уж поддается!

С такою глоткой, как твоя, его легко осилить.

Антэпиррема

Ну нет, голубчики, ну нет! До этого далеко.

За мною подвиг есть такой, что всем сумею глотку

Что ни на есть врагам заткнуть. Спокоен я, покуда

Остался цел хотя б один из тех щитов пилосских.[61]

Зй, на щитах остановись! Вот тут ты промахнулся!

850 Когда бы ты Народ любил, щитам бы не оставил

Ты рукояток.

(К Народу.)

Это все лукавая проделка,

Народ мой, чтоб, когда его ты наказать захочешь,

Тебе остаться ни при чем. Ты видишь, что за толпы

Кожевников вокруг него. Тут сбитенщики рядом,

Творожники и скорняки. Все — одного полета.

Едва нахмуришь брови ты и черепок ухватишь,

В полночный час сорвут щиты и бросятся на приступ

К рядам, да так, что к хлебу нам потом не приступиться.

Уж вот беда! Ты прав, ты прав! Ведь целы рукоятки!

(Клеону.)

Негодник! Сколько лет уж так Народ ты за нос водишь?

860 Чудак, не слушай ты его! Нигде ты не отыщешь

Поклонника верней, чем я. Ведь заговоров сколько

Один сумел я сокрушить. Ничто не ускользнуло.

Чуть затевались мятежи, крик подымал я живо.

Не так ли точно рыбаки угрей гоняют в сети?

Пока залив спокоен, тих, им не поймать ни рыбки!

Но чуть подымут ил столбом н воду взбаламутят,

Так ловля прибыльней идет. Ты тоже в мутном ловишь!

Тревога на руку тебе! Но вот на что ответь мне:

Немало кож ты продаешь, а подарил хоть стельку

870 Для теплых туфель старику? Ведь так его ты любишь?

Ей-богу, нет! Ей-богу, нет! Не подарил ни стельки!

Теперь его ты раскусил? А я вот туфель пару

Тебе купил и подношу! Носи их на здоровье!

(Надевает на старика туфли.)

Ну, не несносно ли, скажи, что так всесильны туфли?

А я уж вовсе позабыт? Забыто, как недавно

Я блуд повывел из Афин, предав бесчестью Гритта.

А не несносен разве ты, постельный надзиратель?

Что, блуд ты вывел? Ну, так что ж? Из страха, не иначе!

880 Боялся, чтоб из блудников не вышли словоблуды.

Но погляди, ведь он уж стар, а ходит без хитона

В такой мороз! А ты ему и телогрейки не дал.

Гляди ж, я плащ тебе дарю. Народушка, согрейся!

(Дает ему плащ.)

Такой премудрости, клянусь, и Фемистокл не ведал,

Хоть и неплох его Пирей. По-моему, так, право,

Вот эта выдумка с плащом Пирею не уступит!