Аристофан – Избранные комедии (страница 119)
Прелестная.
Но где же? Я прижму ее.
И вот уже не женщина, а страшный пес.
Эмпуса[336], верно.
Да, ужасным пламенем
Лицо пылает.
Да, а ноги медные?
Одна. Другая же нога — навозная.
Чудовищно!
Куда бежать?
А мне куда?
О жрец мой,[337] защити же божество свое!
Погибли мы, Геракл, владыка!
Замолчи!
Не называй меня Гераклом, миленький.
Ну, Дионис!
Тогда ступай! Хозяин мой, сюда, сюда!
А что?
Мужайся, снова все наладилось,
И можем мы, как бедный Гегелох[338], сказать:
«Из бездны волн спасло нас… привидение».
Эмпуса смылась.
Поклянись!
Свидетель Зевс!
Клянись еще раз!
Видит Зевс!
Клянись!
Ей, Зевс!
Я, право, побледнел, ее увидевши.
А плащ со страху порыжел как будто бы.
За что напастей столько на меня, ой-ой!
«Эфир — квартира Зевса», «лапа времени».
Эй-эй!
Ты что?
Не слышишь ничего?
А что?
Играют на свирелях.
И от факелов
Пахнуло духом смольным. Как таинственно!
Давай в сторонку встанем и послушаем.
Иакх,[339] о Иакх! Иакх, о Иакх!
Да это — те места, где посвященные
Поют и пляшут. Говорил Геракл о них;
Ты не ошибся. Тихо постоим теперь
И разузнаем все во всех подробностях.
ПАРОД
Иакх наш, снизойди к нам, золотых стен обитатель!
Иакх, о Иакх!
К нам приди, на святой луг, на зеленый!
С нами будь рад, в наш вступи ряд!
Пусть венок мирт многоцветных
Попляши, бог! И ногой в лад бей о землю!