Аристофан – Избранные комедии (страница 115)
Обо мне — ни-ни!
Вот почему, наряд надев диковинный,
В тебя переодевшись, я пришел. Прошу,
Якшался ты, когда ходил за Кербером,[325]
Все перечисли: булочные, гавани,
Ручьи, колодцы, перекрестки, тропочки,
Мосты, местечки, бардачки, гостиницы —
Там, где клопов поменьше.
Обо мне ни-ни!
И ты идти дерзаешь, сумасшедший?
Друг!
Об этом ни полслова. Назови скорей
Дорогу, чтоб сойти мне в преисподнюю,
Ни жаркую, ни чересчур холодную.
Какую же назвать тебе дорогу? А?
Одна дорожка — волоком: на бечеве
Дорожка слишком душная!
Другая есть: короткая и торная…
Взять ступку…
На цикуту намекаешь ты?[326]
Ну да!
Холодный, мерзлый и ненастный путь.
Тотчас закоченеют обе голени.
Еще есть путь, не длинный: стремя голову…
Скажи, прошу, ведь я ходок неопытный.
Сперва на Керамик[327] приволокись…
И что?
На столп высокий поднимись…
Гляди и жди, чтоб факелов начался бег.
Когда же заторопят шумно зрители:
«Валяй!» Тогда и ты валяй!
Куда же?
Вниз!
Мозги свои порастрясу, пожалуй, так.
Дорогой этой не пойду.
Какою же?
Какою ты когда-то шел.
Велик тот путь.
Сперва увидишь озеро огромное,
Бездонное.
Кто ж будет мне паромщиком?
На челночишке маленьком старик седой,
Ого!
Как всемогущи всюду эти два гроша.
Да как в Аид они попали?
Ввел Тесей.[329]
Потом увидишь змей и чудищ полчища
Страшнейшие.
Не ври и не пугай меня! Не запугаешь!
Дальше — грязь ужасная,
Навоз бездонный. В нем зарыты грешники.[330]
Кто чужеземца оскорбил заезжего,
Кто мальчика облапив, не платя, удрал,
Кто мать родную обесчестил, кто отца
Да, да, и с ними вместе тот несчастнейший,
Кто песнопенья выучил Кинесия[331]
И выписал на память стих из Морсина.
А дале — флейт услышишь дуновения