Аристофан – Избранные комедии (страница 113)

20 Чтоб ты свернулась, шея злополучная!

Вся в синяках, а пошутить не велено.

А разве не нахальство, не разврат сплошной:

Я как-никак, а Дионис, Бочонка сын,[311]

Тружусь пешком, а этого — верхом везу,

Чтоб не устал он и не нес бы тяжестей!

Я разве не несу?

Ничуть, ведь едешь ты!

Несу же вот!

Да как же?..

Еле-елешки!

Да ведь не ты поклажу, а осел везет.

Я и везу, я и несу, свидетель Зевс!

30 Да как несешь, ведь самого другой несет?

Не знаю, но плечо совсем раздавлено.

Раз никакой нет пользы от осла тебе,

Слезай живее, на себе тащи осла!

Шуточная потасовка.

Ай-ой, зачем я не сражался на море![312]

Тогда б — шалишь! — плевать я на тебя хотел!

Слезай, негодный! Вот уже добрались мы

До двери. Здесь нам остановка первая.

Они останавливаются в глубине орхестры перед дверью храма.

(стучит в дверь)

Эй, мальчик! Эй, скорее! Открывай, эй-эй!

В дверях показывается Геракл.

Кто в дверь стучит? Что за кентавры ломятся?[313]

Да что это такое? Говори, ты кто?

Дионис в ужасе спрятался за Ксанфия. Шепчет.

Эй, Ксанфий!

Что?

Ты не заметил?

40 Что еще?

Как испугался он меня?

С ума сойти!

(громко хохочет)

От смеха удержаться не могу никак,

Кусаю губы, а смеюсь. Хо-хо-хо-хо!

(Продолжает хохотать раскатисто)

Чудак, послушай, подойди! Ты нужен мне.

Да не могу отделаться от хохота.

На женской рубашонке шкура львиная![314]

Вот вздор! В чем дело? Туфельки и палица!

Куда собрался?

Воевал с Клисфеном[315] я.

И на море сразился?

И пустил ко дну

50 Двенадцать или двадцать суден вражеских.

Кто? Ты?

Да, Зевс свидетель!

(в сторону, с ужимкой)

Тут проснулся я![316]

На корабле я перечел трагедию,

Творенье Еврипида «Андромеду»[317].

(Очень торжественно.)

Тут

Желанье прямо в сердце мне ударило.

Желанье?

Ростом с великана Молона[318].

По женщине?

Нисколько.

По мальчишке?

Нет.

Так по мужчине?

(в ужасе)