Арина Зарудко – Не думай. Не дыши (страница 21)

– Но пока мы можем попробовать делать то, что в наших силах. Ты можешь вдохнуть в слова веру о том мире, который возможен только тогда, когда все восстанут против Андерсона и его братьев по психозу.

– Фредди…

– Ты пишешь так, как никто из всех, кого я знаю. Твое слово – объемное, живое, бьющее прямо в цель!

– Послушай…

– Нет, я не отказываюсь верить, что ты сдаешься! Ты просто…

– Я не могу писать! – пришлось крикнуть, чтобы прервать его мотивационную тираду.

Фред смешался, глаза сфокусировались на мне, и, казалось, я слышу, как шестеренки в его мозгу неистово крутятся, потираясь друг об друга.

– Что это значит?

Он натурально не понимал, что я имею в виду. Я и «не могу писать» – это почти то же, что рыба, не умеющая плавать.

Усмешка соскользнула с моих губ:

– Ты всегда возводил меня на пьедестал. Но я просто человек, Фредди. С чипом или без я… я не могу по щелчку создать что-то выдающееся.

– И не нужно.

– Лучше вообще не писать, чем писать убого, плоско, дыряво. Я лучше сдохну, чем превращусь в посредственность.

Фред опустил голову и шумно выдохнул. Я боялась, что вот-вот он разочаруется во мне. Образ богини пера рухнет, а вместе с ним и моя идентичность. Но равны ли эти сущности? Я-автор и я-Эстер – две части неразделимого целого?

– Послушай, – начал после паузы мой лучший друг, – после того, что тебе пришлось пережить, я вообще удивляюсь, как ты смогла сохранить здравый смысл и возможность что-то осмыслять. Психоанализ для самой себя – это сильно, учитывая, сколько всего на тебя навалилось. А теперь еще и эти ожидания от революционеров… Но я знаю, что ты справишься. Всегда справлялась. Дай себе время.

– Том и так дал мне его. Он, конечно, ничего толком не объяснил. Наверно, хотел, чтобы я немного размялась. За эту неделю не особенно получилось, – горькая ухмылка сопроводила мою последнюю реплику.

– Я знаю, что тебя невозможно торопить.

– Эта не та ситуация. Сейчас все куда серьезнее.

– Но ты умудрялась писать даже тогда, когда тебе грозила смерть…

Он осекся и вспомнил о том, что даже сейчас мы не в безопасности. И не познаем ее, пока Андерсон и его приспешники «делят престол».

– Не дави на меня, это не поможет. – Я замкнулась. Кажется, Фред это понял и не стал снова пытаться замотивировать меня или залезть в душу. Это было бессмысленно.

В этот же день, ближе к вечеру, когда я была на общественных работах: разбирала продовольствие, помогала рассортировать по жилым блокам нужные вещи, меня выловил Джо. Он был слегка обескуражен увиденным:

– Трудимся? – Наклонившись ко мне, он хотел напугать меня, но я лишь вздохнула и закатила глаза.

– Чего тебе, Эдисон?

– Есть важное дело. Главы Сопротивления устраивают собрание. Сегодня. Вы с Фредом должны присутствовать.

Я заправила за ухо выбившуюся прядь волос.

– Скажи, что я предпочитаю работать на выгрузках. Кстати, мне сказали, что нас во многом обеспечивает черный рынок?

– Там можно достать все, что угодно, Эстер, – бодро подхватила Фиона, женщина, с которой я познакомилась на днях, она помогала с продовольствием уже не первый месяц и была невероятно мила со мной. – Косметика, одежда, книги. Но только с согласования нашего начальства, – подмигнула она.

– Ты сделала мой день, Фиона! Мне как раз не помешает крем для тела, здешнее мыло ужасно. Скоро моя кожа будет напоминать пемзу для пяток.

Мы с Фионой рассмеялись. Джо же стоял как истукан, не сводя с меня сурового взгляда.

– Эстер, я серьезно.

– Я тоже. Том сам говорил, что работы полно, а рук не хватает.

– У твоих рук более ценная миссия… – Он практически прошептал это, чуть ближе подойдя ко мне.

Меня словно опять полоснули изнутри острием бритвы. Пальцы задрожали, я сжала их в кулаки. Даже физическая дурнота от действия чипа причиняла мне меньшую боль. Теперь боль напоминала о пустоте внутри меня. Банально, но мне как будто рубанули крылья, которые носили меня по свету всю жизнь. А что я без них? Что я без своих слов? Стою я чего-то без моего искусства? Я размышляла об этом не первый день, но так и не смогла нащупать подсказку.

– Вероятно, об этой миссии мне и должны сообщить сегодня?

Джо кивнул. Я медленно закивала в ответ, попеременно вздыхая.

– Ладно, – я пялилась по сторонам, делая вид, что мне все равно. – Приду.

– Спасибо за одолжение, – саркастично бросил мне Джо.

– Все сложно, Джо. Кажется, изъятие чипа не упростило, а наоборот, усложнило все донельзя.

– Свобода никогда не дается легко.

– Не знаю, кто это придумал, но у него явно склонности к психопатии.

Джо улыбнулся своей искренней улыбкой. Что за очаровательный парень! Я бы свела его с Тори. От одной мысли о подруге у меня опять свело все внутренности. Боже, хоть бы с Тор все было хорошо, прошу… теперь и привычка молиться – мне под стать.

Когда мы с Фредом пришли в кабинет, в котором я впервые встречалась с Томом, нас уже ожидали. Гарольд, Питер, Том, Гэри и красотка Лин Крейн. Помимо этой четверки также присутствовал Джо с парочкой своих солдат. Эрика и Кендры не было. Зато за столом сидели еще двое – те, кого спасли вместе с нами. Женщина средних лет с залепленным ватной повязкой глазом и худощавый парень с бледной кожей. Нам предложили сесть рядом. Мне было спокойнее, что рядом Фред. Взгляд Тома опять уткнулся в меня, но через мгновение он переключился на Фреда. Я скрестила руки в ожидании официального оглашения моей миссии. Ну или нашей общей, в которой мне выделено место «гласа народа». Не знаю, почему я злилась. И ведь злилась не на них, по сути я была им благодарна, мне хотелось быть частью революции, я так верила в эту идею, но что же тогда со мной?

– Мы сожалеем, что не собрали вас раньше, – начал Питер, это был коренастый темноволосый мужчина в очках. – В силу разных причин… кхм, – он откашлялся, – но теперь мы хотим официально поприветствовать вас в рядах Сопротивления. Я – Питер Муди, отвечаю за технологии, связь и программы, позволяющие нам немножко шпионить за обитателями Пантеона, – все улыбнулись. – Гарольд Ольфи, встань, громила! – Обратился он к бородатому силачу. – Это наш ключевой борец, отвечает за подготовку солдат Сопротивления.

Гарольд уверенно кивнул, а Питер тем временем продолжил:

– Наша непревзойденная нимфа – Лин Крейн выступает в роли глашатая, передавая через определенные каналы информацию о Сопротивлении и его возможностях. Благодаря Лин к нам присоединился не один десяток людей, ныне живущих в штабе.

Лин сдержанно улыбнулась, затем подняла глаза и встретилась с моим взглядом. Улыбка на ее лица моментально стерлась. Не знала, что мой взгляд способен выполнять функцию ластика.

– Гэри Прэтчет – наш научный гений. Благодаря нему мы все избавились от главного оружия Мирового правительства. И наш безоговорочный лидер – Том Уистлер. Том знает все о вооружении, стратегиях и лазейках, которые помогут нам победить. Том? – Питер передал слово Уистлеру.

– Да, спасибо, Пит. Мы с Гарольдом – военные, поэтому не умеем так красноречиво излагать свои мысли, как Питер. – Последовал дружный смешок.

Я тоже улыбнулась, но после нашей прошлой встречи я все еще не понимала, как относиться к Тому: он дал мне бумагу, но ради меня самой или его миссии? Слишком мало времени прошло для выводов. Но одно было ясно: он не корчил из себя главаря банды и был не прочь посмеяться над собой – это однозначно плюс. Хотя зачем я вообще его оцениваю? Бред какой-то.

– Но я благодарен, что вы пришли и решили выслушать нас. Мы не строим из себя спасителей и не хотим, чтобы вы чувствовали себя чем-то обязанными нам. Это не так. Если бы мы могли, мы бы сделали больше, спасли бы больше людей… На это мы в конце концов и рассчитываем. Поэтому нам нужны такие люди, как вы.

Глаза Тома метнулись в мою сторону, я непроизвольно опустила голову. Он не растерялся и продолжил, обратив наше внимание на экран за его спиной.

– То, что вы видите, внутренняя система сообщений Пантеона. Через него проходят все внутренние и внешние коммуникации, и в том числе волновые импульсы, посылаемые чипами. Мы хотим взломать систему в самом ее основании. У нас уже есть многие сведения благодаря разведки и мозгам Питера и Джо. Также есть план, в реализации которого каждый из вас может помочь.

Тут слово взяла Лин. Я обратила внимание на то, как она ровно держала спину и не смотрела ни на кого дольше секунды. Кроме меня.

– Виктор, – она кивнула худощавому парню, – вы, кажется, работали с телекоммуникациями.

– Именно так, – суетливо подтвердил он.

– Изумительно. Вы поможете нам раскопать лазейки для прорыва в системы вещания. А вы, Нэлл, – подошла очередь женщины, – работали продюсером у Андерсона.

Нэлл склонила голову и медленно кивнула. Лин кивнула в ответ:

– Чудно. Мы соберем команду операторов и постановщиков для агит-роликов, а вы возглавите эту команду. Что скажете?

– Буду рада помочь свержению этих психов.

В ее словах было достаточно ненависти, что могло послужить топливом, необходимым Сопротивлению.

Я ждала, когда Лин доберется до меня. Все уже начинали сверлить меня глазами. Но еще был Фред. Он решил не дожидаться момента, когда ему выпишут задание.

– Я так понимаю, вы хотите хакнуть систему вещания и выпустить кракена?

– Что-то типа того, – невозмутимо ответил Том. – Думаю, вы не станете отрицать, что воздействие на сознание порой более действенно, нежели прямая атака.