Арина Вильде – Отец с обложки (страница 24)

- Я не очень люблю такие места, но не прийти будет с моей стороны неуважением. Я много лет был знаком с ним и его семьей. Заскочим на несколько минут и уедем, — смотрит на меня с грустью и надеждой.

- Позволь уточнить: ты сейчас меня пригласил пойти с тобой на похорон? — все ещё не могу поверить в это.

- Я не люблю кладбища и все что с этим связано, - раздраженно бросает он, хватая карандаш. – Просто сходи со мной. В знак поддержки. Я выпишу тебе премию.

- Почему ты считаешь, что все можно решить премией? Каждый раз когда ты просишь меня о каком-то одолжении обязательно подчеркиваешь, что отблагодаришь за это финансово? Возможно просто нужно попросить нормально? — во мне пробуждается обида и злость, тон становится резким.

- Я сейчас попросил, разве нет?

Я прикрываю веки. Делаю глубокий вдох. Хочется и смеяться, и плакать. Вот тебе и мечты о романтическом свидании.

- Я тоже не люблю такие мероприятия, Леон. У меня уже мурашки по коже. Смерть – это не то на что я хотела бы смотреть, — качаю головой и отворачиваюсь от мужчины, делаю вид что безумно занята работой. Сама же пытаюсь скрыть разочарование, что так явственно проступает на моем лице.

- Ладно. Забудь. Я тебе файлы перешлю от маркетингового отдела. Просмотришь и скажешь что думаешь об этом.

- С каких пор вас заботит мое мнение?

Он бросает на меня недобрый взгляд. Мне бы стоило остановиться, но не получается.

- Ты гоняешь меня словно собачку. Принеси то, принеси се. Езжай туда, отдай то, — раздраженно возмущаюсь я, вспоминая последнюю неделю работы. Я почти не была в офисе, Леон словно специально отправлял меня подальше, чтобы на глаза ему не попадалась. Это наталкивает на некоторое выводы.

- Мне казалось я тебя нанимал как раз в роли собачки, или ты забыла?

Я давлюсь от его таких слов.

- Обидно сейчас прозвучало, Леон Анатольевич, — закрываю крышку ноутбука.

- Ладно, прости. Настроение сегодня просто ни к черту. Ты здесь ни при чем. Не хочешь поужинать сегодня после работы? — спрашивает так, словно ничего не случилось.

Если бы он спросил меня до всей этой раздражающей словесной перепалки, я была бы очень рада и сразу же согласилась, но сейчас мне меньше всего хочется видеть перед собой его лицо.

- У меня планы на сегодня. Химчистка. Или ты забыл? Сам приказал мне каждую пятницу твои костюмы лично отвозить туда.

- Перепоручи Нине.

- Нет уж, это мои прямые обязанности. Так что если хотите поужинать, могу взглянуть на свое расписание, возможно свободный часик там найдется.

Леон хмуро косится на меня, потом ничего не говорят поднимется со своего места, резкими движениями пытается впихнуть в портфель стопку документов и покидает кабинет. Я разочарованно стону. Наши отношения зашли в тупик. мне казалось после командировки все будет по-другому, я была готова рассказать ему о своем ребенке, и что теперь? Он приглашает сходить с ним на похорон! Отлично, ничего не скажешь!

Я забираю костюмы Леона, но по пути в химчистку мне звонит Ира и мы договариваемся встретиться с ней в итальянском ресторанчике. Она с первого взгляда замечает что со мной что-то не так.

- Это Вересов испортил тебе настроение? Нужно покончить с ним. Мне не нравится как он действует на тебя, - горячо произносит она, ковыряя вилкой пасту.

- Да, ты права. Я и сама это понимаю. Я наивно считала, что между нами есть что-то большее, но это была ошибка, - вздыхаю, отворачиваясь к окну. Несколько вспышек молний прямо говорят о том, что синоптики ошиблись в очередной раз и к ночи разгуляется настоящий ливень.

- Скажи ему о ребенке, перестань изводить себя.

- Так и сделаю. Думаю, я уже готова, - натянуто улыбаюсь, понимая что подруга права.

- Вот и отлично, - Ира пытается меня подбодрить, но я действительно в плохом настроении. Сегодня мне ничего не поможет.

По пути домой я отправляю сообщение Леону, что завтра пойду с ним на похороны. Прошу прислать мне время и место. Приеду пораньше, скажу ему о беременности и уеду. Тянуть некуда.

Утром волнуюсь безумно. Всю ночь уснуть не могла, подбирала слова, проигрывала в голове его реакцию и мои ответы.

Наконец-то собравшись с духом сажусь за руль и приезжаю на кладбище. Все вокруг в траурном одеянии, само место навевает тоску. Я вздрагиваю, когда кто-то стучит в окно с моей стороны.

Резко поворачиваю голову и натыкаюсь взглядом Леона. Он стоит у моей машины, через тонированное окно он не может меня увидеть, поэтому пользуюсь этим и несколько лишних секунд разглядываю его лицо.

Беру с соседнего сиденья солнцезащитные очки и сумочку и открываю дверцу.

- Спасибо, что не отказала в просьбе, - без приветствий говорит Вересов, помогая мне выбраться из автомобиля. – Мне стыдно признаться, но в таких местах мне не по себе. Слишком много в прошлом вокруг меня было смертей, поэтому когда прихожу сюда воспоминания накатывают с новой силой.

Леон избегает прямого взгляда на меня, мнется, прячет руки в карманах, осматриваясь вокруг. Он в черном строгом костюме, несмотря на жаркую погоду все пуговицы на пиджаке застегнуты. Цвет его лица бледноват, ему явно не по-себе в этом месте. Мне, впрочем, тоже.

- Я хотела сказать тебе кое-что, - говорю едва слышно, ощущаю как гулко в груди бьется сердце. Слишком волнительно. И место не самое подходящее. Черт, чем я думала, когда решалась на это?

- Да, конечно, только…

- Леон, добрый день! Давно не виделись, жаль, что по такому поводу встретились, - рядом с нами словно из ниоткуда появляется молодая девушка.

Она широко улыбается мужчине, совсем позабыв по какому поводу мы все здесь собрались.

Леон отрывается от меня. Поворачивает голову на голос и на его лице медленно появляется улыбка.

- Снежана, рад тебя видеть. Не знал, что ты вернулась в страну, - голос Леона становится немного веселее. Кажется, он нисколько не врет, он действительно рад видеть эту девушку и меня это злит. Хотя не должно, потому что вчера я окончательно решила покончить с Леоном.

- Да, мне предложили вести новый проект, не смогла отказать. Как насчет пересечься где-то на следующей неделе? Мы давно не виделись.

Я внимательно разглядываю ее. Брюнетка, где-то моего возраста, с длинными кудрявыми волосами. Конечно же красивая. Рядом с Вересовым других женщин не бывает.

Я ожидаю что Леон вежливо откажется от ее предложения. Хотя бы при мне. Но он этого не делает.

- Конечно. Я не против. Мой номер все еще тот же.

Я с открытым ртом и с полным возмущением наблюдаю за тем, как эти двое мило воркуют, совершенно не обращая на меня никакого внимания. Словно меня здесь нет. Или я вообще не с Вересовым. Мне хочется развернуться и уехать отсюда. Снова чувствую обиду.

Но зазвонивший телефон Снежаны спасает меня от позорного бегства.

- Прости, мне нужно идти, я здесь не одна. Надеюсь на встречу, - улыбается она своими алыми губами, пожирая взглядом Леона.

Она разворачивается и уходит, Вересов же несколько долгих минут смотрит ей вслед. Выражение его лица невозможно прочитать. То ли тоска, то ли просто задумался. Но этих двоих абсолютно точно что-то связывает, и это что-то всколыхнуло его воспоминания прямо сейчас.

Я прокашливаюсь, напоминая о себе. Вересов, словно очнувшись от транса, медленно поворачивает ко мне голову. Моргает несколько раз. У меня ощущение, что он действительно забыл о моем присутствии.

- Пойдем, - говорит, делая глубокий вдох и рассматривая людей вокруг.

Пока я пытаюсь собраться с мыслями и понять что делать дальше, ведь момент признания упущен, Вересов уже направляется к месту, где проходит прощальная церемония. У него в руках колючие красные розы от которых он, кажется, не против побыстрее избавиться.

Я плетусь за ним, понимая что мне придется таки присутствовать на похоронах. Плохая идея приехать сюда, мне стоило просто назначить ему встречу в ресторанчике. Но тогда велика вероятность, что он бы сослался на занятость и не приехал бы.

Земля под ногами мокрая после дождя, который лил всю ночь. На улице сыро, прохладно и мерзко. Солце скрылось за тучами.

- Мрачное место, - словно прочитав мои мысли, произносит Леон.

- Не то слово, - недовольно бурчу под нос, пялясь на свою грязную обувь и стараясь меньше смотреть по сторонам.

- У меня плохие воспоминания, связанные с такими местами, - внезапно тихо произносит мужчина.

- У тебя кто-то умер в прошлом? - интересуюсь я, вдруг понимая что ничего не знаю о его семье.

Леон кивает, молча идя по дорожке к скоплению людей в черном. Служба уже началась.

Присутствие Леона здесь всего лишь дань уважения.

Он выражает сочувствие родным умершего, потом мы останавливаемся подальше от людей в траурных одеждах. Оба думаем о своем, игнорируя происходящего. Вересов постоянно смотрит на часы на своем запястье, я замечаю, что он становится бледнее. Расстегивает верхнюю пуговицу рубашки, словно ему внезапно стало тяжело дышать.

Не могу ничего с собой поделать, хоть и злюсь на него, но беру его за руку, выражая поддержку. Я боюсь, что он меня оттолкнет. Мужчины, особенно такие как Вересов, не терпят проявление слабости. Но Леон не отталкивает меня, наоборот, переплетает наши пальцы, с силой сжимая мою руку.

- Давай пойдем отсюда, не вижу смысла оставаться здесь дальше, - предлагает он.

- Да, конечно, - я отпускаю его руку первой. Следую за ним к выходу. - Так ты утвердил рекламный проект, который разработала Вика? – пытаюсь заговорить на отвлеченную тему. Теперь и мне становится нервно. Приближается время, когда мне нужно поставить точку в нашей истории.