Арина Цимеринг – Как поймать монстра. Круг первый (страница 49)

Что-то было нервозное в том, как он тараторил, но Джемма слишком тяжело просыпалась, чтобы разбираться с этим сейчас.

– Не лагерь туристов, а Пятая авеню, – проворчала она, прежде чем запить таблетку. Холодная вода приятно обожгла горло. – А что там…

А вынырнув головой из палатки, она замерла.

– Ага, – пробормотал Норман и посмотрел туда же: наверх. Джемма выдохнула и прикрыла глаза. Ну слава богу. – Наконец-то рассвело.

Действительно: наконец-то рассвело.

Не было солнышка, дружелюбно облизывающего полянку, не было диснеевских зверушек, повылезавших из кустов под дивный саундтрек: Глеада все еще оставалась мрачным лесом с черными деревьями и извилистыми корнями, где теней было больше, чем света. Но небо стало серым, а не черным, а все вокруг обрело контрастные монохромные краски, вместо того чтобы сливаться с темнотой.

Джемме и этого было достаточно.

Она откинула одеяло, выползая из тепла на уже по-зимнему холодный воздух, и глянула на наручные часы: почти три часа дня.

– Когда рассвело? – спросил она поднявшегося на ноги Нормана.

Тот, видимо, смыл с лица грязь, потому что почесал вполне чистую щеку.

– Ну, когда меня подняли, уже было светло. Надо спросить Кэла. Они, кстати, – он как-то неловко ткнул рукой в направлении ближайшего края поляны, – все там.

Они двинулись в указанном направлении. Холод бодрил, но недостаточно: Джемма не чувствовала себя ни выспавшейся, ни отдохнувшей. Однако, даже если бы она сейчас вернулась в палатку и снова закрыла глаза, под веками бы ее ждала только очередная изнуряющая встреча с Купером.

Если понадобится – и со мной тоже. Вы не можете уйти. Простите. Мне очень жаль.

– Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался Норман, осторожно заглядывая ей в глаза. – Как лицо?

– Все такая же красотка, – пожала плечами Джемма. К тому моменту они уже почти дошли до лесной кромки, и она засунула руки в карманы и натянула расслабленное выражение поверх опухших челюсти и скулы. – Все в норме, не переживай. Так где эти?..

– Эти – это мы? – поинтересовался голос Кэла из-за деревьев. Джемма ускорила шаг. – Детка, я думал, что мы те самые.

– Для меня ты всегда тот самый, красавчик, – рассмеялась она, но тут же поморщилась и схватилась за щеку. Понятно, для смеха пока рановато. – Я про оставшуюся часть бойз-бэнда.

Джемма обнаружила, что у нее, похоже, шатался один из задних зубов, когда наконец дошла до трех фигур, стоявших спиной к ней. Доу дымил, Блайт мялся чуть в стороне в новой, не заляпанной кровью куртке, а Кэл стоял, уперев руки в бока, и что-то разглядывал на земле.

– А что это у вас тут за секретное совещание? – не очень разборчиво из-за ковыряний языком в десне спросила Джемма, подходя ближе.

Кэл, не оборачиваясь, подманил ее рукой:

– Что видишь?

– Это экзамен? – вяло отозвалась она, останавливаясь рядом с ним. – Я не готовилась. – Но затем пригляделась. И присвистнула: – Ого. Да тут была целая вечеринка.

Вся земля вокруг оказалась истоптана следами. Точнее, кучей следов – Джемма даже не бралась считать, – и все вели прочь от лагеря. Значит, турпоходники не исчезли, а ушли. Ну, хоть что-то. Это хороший след, чтобы взять его, когда они вернутся с подмогой.

Доу мрачно бросил:

– Они уходят дальше, на север Глеады. Судя по всему, вся эта толпа просто взяла и свалила. – В его раздраженном хмыке угадывалось бешенство. – Хоть у кого-то получилось, да?

Что ему так не нравилось с самого утра? Плохая компания, отсутствие кофеина и горячей воды? Джемма перевела взгляд на Блайта: тот молчал, лицо было нечитаемым, но то, как он рассматривал лес вокруг, выдавало его нервозность. Сильную нервозность. Он боялся?

– А вчера я их не заметил. – Кэл почесал в затылке. Теперь Джемма обратила внимание, что он был не просто спокоен: умиротворен, как дзен-буддист. Что-то здесь не так. – Обошел весь лагерь… Не было их здесь.

Что здесь происходит?

– Нужно возвращаться, – обведя их взглядом, сказала Джемма. – Собираемся и выходим, пока лес снова не решил показать фокус с исчезновением единственного светила в этой звездной системе.

Никто ей ничего не ответил, только Норман отвел взгляд, а Кэл, наоборот, посмотрел на нее с такой концентрацией умиротворения во взгляде, что ей стало не по себе.

– Ну? – нетерпеливо спросила она. – И в чем весь сыр-бор?

– Я попытался вернуться.

Ты попытался… Ты попытался что? Вопрос, наверное, так ярко отпечатался на ее лице, что Кэл тут же продолжил:

– Когда рассвело. Я оставил Сайласа за главного, пока вы спали, и решил первым выдвинуться к машине, чтобы прорубить короткий путь через буреломы. Ты знаешь, я передвигаюсь быстрее, когда один.

Он так и не понял. Так и не понял, о чем она вчера говорила!

– Я… – Джемма выставила вперед ладони, когда он попытался сказать что-то еще, – нет, я поверить не могу… После всего, что мы рассказали? – Она ткнула пальцем в сторону Блайта, а затем Кэлу в грудь. – Ты, на хрен, сбрендил?!

Что они будут делать, если оно почувствует, что Кэл в одиночестве, и затуманит ему мозги?! Да, он двигается быстрее, а они хуже ориентируются в лесу – если с ним что-то случится, они никогда его не отыщут!

– Я не разрешала тебе это делать. – Ее голос взвился так, что эхо боли прокатилось по голове, но Джемма не остановилась: – Хрен с ней, с пробежкой, но это!..

– Джемма, – мягко надавил Кэл. – Не время злиться.

– Ты должен был разбудить меня!

У нее болела челюсть, болела голова, она беседовала с призрачным придурком, вместо того чтобы спать, – а теперь еще и Махелона выкидывает цирковые фортели. О, у Джеммы были все права злиться столько, сколько она хочет!

– Ты была в отключке. – Кэл успокаивающе приподнял руки, но это взбесило Джемму еще больше. – А я могу сам принимать решения.

Джемме нечего было на это ответить: если кто-то считал, что она имеет над Кэлом хоть какую-то власть, этот кто-то был полным идиотом. Тем не менее, если он хотел пободаться норовом, то Джемма могла ему это устроить.

– Ты сказал Доу, что он не может делать то, что ему вздумается, да? – чуть помолчав, деловито спросила она. Кэл вздохнул, опуская руки. – Воспитательный момент. Если мне придется тебя воспитывать, Махелона, я это сделаю. С этого момента ты докладываешь мне о каждом решении, которое хочешь предпринять, даже если захочешь пойти поссать.

– Хорошо, детка, – покорно согласился Кэл. – Договорились.

Черт. Он всегда, всегда так поступал! Кэл был куда хитрее, чем люди о нем думали, – и прекрасно знал, как вытечь из любого конфликта, словно вода сквозь пальцы. Джемма любила это в нем – но иногда, боже, как же она это ненавидела!

– Раз с этим разобрались, теперь вы можете рассказать. – Возвращаясь к делу, она раздраженно обвела всех троих взглядом, и только Норман виновато опустил глаза. – Почему там было слово попытался.

– Ну, это просто, – ответил Кэл. – Потому что я так никуда и не дошел.

Они снова посмотрели друг на друга. Недовольство Джеммы в момент улеглось, потому что она тут же поняла: ей не понравится то, что она услышит, куда больше всего остального.

Кэл продолжил:

– Вошел в лес, двинулся по направлению к дороге… А вышел обратно к лагерю. – Он слегка развел руками. – Сколько бы раз я ни пробовал, в какую бы сторону ни шел. Я все время возвращался сюда. Думается мне, ребята… – И голосом, спокойным, таким, каким удерживают от всеобщей паники, Кэл закончил: – Что обратно нас уже не выпустят.

Вы не можете уйти. Простите. Мне очень жаль.

Глава 11. Эй, профессор

Он пережил эту ночь.

Может быть, не одну, может, их было больше, – время, проведенное в лесу, превратилось в размазанный в памяти след, без канвы, без рамок, без ориентиров. Остался только страх.

У этого страха были имя и лицо. И голос. Голос, извивающийся между деревьев, ползущий к нему между корней и ветвей, голос, который…

– Прием на базе.

Норман вздрогнул и вскинул голову. Джемма стояла чуть дальше по пригорку, возвышаясь над ним еще больше, чем обычно. В смешной желтой шапке, украденной из какой-то палатки, громкая, знакомая – она с легкостью вернула его в реальность:

– Все в норме, птенчик?

Одновременно с ее голосом вернулись и другие звуки: успокаивающее шуршание курток, – он не один, – звук чужих шагов, – он не один, – насвистывание Кэла и треск веток, – он не один.

Норман выдохнул.

– Вообще-то, я старше тебя. – Он сделал попытку улыбнуться. Получилось, наверное, не очень, потому что Джемма так выразительно вскинула брови, словно Норман попытался ее обмануть самым наглым образом. – Но да. Все в порядке. Так что ты говорила?

– Что насчет заклинаний? Арканов? – напомнила Джемма, а затем развернулась и продолжила подъем. – Магии каких-нибудь редких тварей из сверхъестественной Красной книги? Хоть чего-нибудь?

– Она называется книгой Папюса, – пробормотал себе под нос Норман, взбираясь вслед за ней.

– Потрясающе. Так написано в ней что-нибудь стоящее или нет?