Арина Теплова – (не) Любимая жена северного Вепря (страница 23)

Быстро отошла к другому, что лежал на земле. Невольно я наклонилась над следующим, бегло осматривая его раны. Потом обратила взор на другого. Я понимала, что многим можно помочь. Остановить кровь или «заштопать». Я видела, как здоровые ратники пытались перевязать раненых. Но я понимала, что покалеченных не одна дюжина. На всех я не могла разорваться, мне нужна была помощь.

— Княгиня, пойдёмте. Я отведу вас к царевичу, — произнёс рядом со мной ратник, что привёз меня из леса. 

Вдруг раздался жуткий вопль, и я резко обернулись. Увидела, как один из ратников перерезал горло раненому разбойнику. Тот безжизненно замер у его ног.

— Не смей! Что ты делаешь?! — вскрикнула я в исступлении.

— Приказ княгиня! Добить всех пришлых. Никого в плен не брать, — ответил ратник.

— Кто отдал приказ?! — громко закричала я.

Я понимала раз мой муж ранен, то он не мог давать распоряжения.

— Сотник Олеша! Вон он, княгиня.

— Не сметь никого убивать пока я поговорю с ним! Понял меня?!

Ратник кивнул, а я бегом бросилась в сторону указанного мужчины. Понимала, что каждая секунда на счету.

— Сотник! — окрикнула я осанистого мужчину в кольчуге и темных одеждах. — Я требую прекратить убийство! Ты отдал приказ добить разбойников?!

— Я, княгиня! Эти сучьи псы подло напали на нас. Перебили три дюжины наших и едва не убили царевича!

— И все же я требую милости для них! — выпалила я требовательно. — Князь ранен, а после него я первая голова над вами! И все обязаны подчиняться мне и уважать меня. Так?!

Я чуть перефразировала слова моей матушки, которая наставляла меня перед отъездом, разъясняя все нюансы иерархии и подчинения в Торитпрской империи.

— Верно говоришь, княгиня, — крикнул ближайший ратник. — Только вражыны они, сотник прав. Добить их надо, чтобы не кормить.

— Не будет этого! — грозно возразила я. И обведя всех предостерегающим взглядом продолжила чеканить: — Я ваша княгиня и велю вам. Разбойников жизни не лишать. Немедленно всех раненых перенести в главную палату хором князя. Если кто умеет, пока перетяните раны у тех кто еще жив, чтобы от потери крови не умерли. Я схожу к мужу и вернусь. Лично осмотрю всех. И начну лечить.

— Подбитых разбойников тоже с нашими волочь, княгиня?! — осведомился сотник Олеша. — Они ж очнутся и всех наших раненых перережут.

— Тогда так, — ответила я, понимая, как лучше поступить. — Разбойников отнести в одну горницу. К ним приставить охрану, чтобы не сбежали и не навредили кому. Остальных всех несите в хоромы княжеские, как я и велела.

— Выполним, княгиня, — согласился сотник.

— И ещё, — продолжала я громко. — Найдите пять толковых баб или девок, мне в помощь. Пусть оденутся в чистое и приготовят много чистой воды и тряпок. Стол в главной гридне освободить, там буду раненых зашивать. А еще найдите лекарей и знахарей сколько сможете. Пусть сюда на двор князя идут, раненых смотрят. Одна я не управлюсь.

— Сделаем, княгиня. Один знахарь уже вон там перевязывает кого-то.

— Я поднимусь к царевичу и вернусь!

Отдав еще пару расположений, я быстро направилась вслед за ратником, чтобы увидеть Руслана.

Боялась только одного, что он уже умер, и я не успела даже попрощаться с ним. Ратник уже два раза упомянул, что знахаря, которого мы видели во дворе, как раз вызвали к моему мужу. Осмотрев его, знахарь заявил, что рана смертельна и царевичу помочь невозможно.

Мы поднялись с ратником по лестнице на второй этаж, вошли в одну из светлиц. Около окна на узкой кровати лежал Руслан. Я бросилась вперед и склонилась над ним.

Муж не шевелился. Его глаза были закрыты, а губы сухи и чуть приоткрыты. Он жутко, хрипло дышал. Едва слышно.

Я немедленно откинула тонкое, окровавленное полотно, прикрывавшее его полуобнаженное тело, и бросила пронзительный взор на его ребра. От сердца до самого паха зияла жуткая распоротая рана, часть органов брюшной полости была видна, а кровавые края кровоточили. Похоже, кто-то беспощадно проехал по его телу мощным мечом.

С такой раной нельзя было выжить. Но он все еще дышал. Поджав губы, я пыталась рассмотреть лучше его ранение и поняла, что даже если эту рану зашить, он все равно умрет, если не от ранения и потери крови, то обязательно от болевого шока, пока я буду шить.

Спасти его было невозможно.

Глава 34

Я замерла над мужем, боялась даже подумать, что он умирает у меня на глазах.

Вдруг он, словно почуяв моё присутствие, приоткрыл глаза. Пришел в сознание. Его затуманенный взгляд вклинился в мое лицо.

— Главное, ты жива…, — прохрипел он одними губами.

— Молчи, Руслан! Тебе нельзя говорить, — вымолвила я обеспокоенно.

Отметила, как от его слов напряглось его тело, и края раны сильнее закровоточили. Положила ладонь на его лоб. У него был жар.

— Мы показали этим выродкам, где их место… — продолжал хрипеть муж, словно не слыша меня.

В следующий миг он снова потерял сознание.

Но его слова вызвали отклик в моей душе. Похоже он все же переживал за меня. А до сего дня просто не хотел показывать этого. А сейчас в бреду говорил то, что думал. Обрадовался, что я жива. Мое сердце вмиг затрепетало от понимания этого.  

Руслан не должен был умереть вот так. От рук каких-то недалеких варваров — разбойников. Я должна была помочь ему, хоть что-то сделать, чтобы спасти. Иначе я себе этого никогда не прощу. Даже если после он уйдёт в мир иной, я буду знать, что сделала всё, чтобы спасти его.

— Княгиня, вы должны быть сильной, — раздался над моим ухом голос ратника, что привёз меня из леса. — Он погиб как храбрец.

— Он еще жив! — я быстро обернулась к ратнику и приказала: — Сейчас же найди иглу для шитья, чистые нитки. Принеси сюда. Еще десяток свечей, чистые тряпки, чтобы перевязать его. Еще ведро колодезной воды и медовуху. И как можно скорее. Ты поняла меня?

— Да, княгиня.

Он кивнул и тут же умчался.

Я же быстро подошла к умывальнику, вымыла руки, намочила рушник и, торопливо вернувшись к бессознательному мужу, начала осторожно протирать от крови и грязи его бочину и ребра, стараясь не задевать жуткую рану.

Десятник вернулся спустя четверть часа. Принес все что надо.

— Снимай свою одежду, она грязная. Останься только в рубахе, — продолжала командовать я. — Тщательно вымой руки. Два раза. Будешь помогать мне.

— Как прикажете, княгиня. Вы умеете врачевать?

— Да.

Я зажгла все свечи, вставив их в напольный подсвечник, подвинув его ближе.

На миг прикрыла глаза, прося благословения у Высших сил. Я знала, что шанс очень мал, что после моего вмешательства Руслан выживет. Но все же он был. И я просила только об одном, чтобы организм мужа оказался достаточно сильным, чтобы смог справиться с этой жуткой раной.

Прокалив толстую иглу в пламене свечи, и вдев шёлковую нить, которая на удивление нашлась в рукоделии жены князя, я принялась за рану. Десятник, парень лет двадцати с суровым обветренным лицом, помогал мне «зашивать» мужа. Держал края раны, стягивая их вместе. Я то и дело указывала что ему делать, сухо и жёстко. Именно так как привыкла говорить при операциях ещё в прежнем мире. Десятник исполнял все мои повеления молча, и я видела, что он старается. Понимал, что от этого зависит жизнь царевича.

Но надежды на хороший исход было крайне мало. Всего лишь крохотная вероятность того, что муж все же выживет.

Сначала всё шло хорошо. Руслан был без сознания и это было к лучшему, по крайней мере он не чувствовал боли. Я же аккуратно поправляя чуть выпавшие внутренности, сшивала края раны уверенными умелыми движениями.

Однако в какой-то момент царевич пришёл в себя и застонал сквозь зубы. Неожиданно его ладонь легла на мою руку и сильно сжала мое запястье.

— Хочешь убить меня, ведьма?! — прохрипел муж, чуть приподнимаясь и испепеляя меня лихорадочным взглядом.

Тут же от напряжения его рана сильнее закровоточила, а я попыталась вырвать свою руку с иглой из его жесткой лапищи.

— Руслан, это я, Елана! — выпалила я, нервно. — Я хочу помочь тебе. Отпусти!

— Врешь, зараза! — прорычал он, и попытался оттолкнуть меня. — Сгинь!

Он начал размахивать рукой, пытаясь ударить меня и попытался встать. Я отшатнулась от его кулака, невольно выронила иглу, которая повисла на нитке.

— Руслан, успокойся!

— Он бредит, царевна! — выпалил десятник, хватая руки Руслана и прижимая его к столу. — Латайте его дальше!

— Да! Держи его! — крикнула я ратнику. И попыталась подхватить нить с иглой, но Руслан начал бороться и с парнем.

— Демоны, пошли прочь! — хрипел в агонии муж.

У него явно был бред. Я снова попыталась продолжить шить, но не могла, царевич яростно боролся с десятником. Его недошитая рана опять разошлась.

— Не удержать мне его, царевна! — выкрикнул десятник, когда Руслан вдруг сильным ударом кулака саданул его в челюсть. Десятник только поморщился и гаркнул со всей мочи в сторону двери: — Эй кто там есть?! Сюда! Немедля!