Арина Теплова – Дикарь (страница 3)

В следующий момент Екатерину схватил в охапку Громов и оттащил от девушки.

– Э-эй, – прорычал он Екатерине. – Прекрати! Ты чего это?!

Крепко удерживая Екатерину за талию, Влад почти насильно выволок ее за входную дверь и напоследок твердо сказал:

– Екатерина, иди домой. Я тебя звал не сегодня. В следующий раз приходи.

– А эту шалаву звал, значит?! – выкрикнула она.

Не дослушав ее дальнейшую матерную ругань, он закрыл перед ее носом дверь. Защелкнул замок. Екатерина начала сильно пинать дверь и громко требовать, чтобы ее впустили.

– Опять накатила вина, – буркнул Влад, вспомнив, как от Екатерины пахло спиртным, оттого она и вела себя так бесцеремонно.

Отчего она решила, что он ее мужик? Вот новость. Переспал с ней пару раз, так уже и вцепилась в него. Екатерина работала продавщицей в местном магазине. Сговорчивая, красивая тридцатилетняя баба в разводе. Даже в постели вроде ничего. Эти мысли промелькнули в голове Громова.

Он обернулся к непрошеной гостье и увидел, что та, задрав голову, прижимает руки к носу.

– У вас есть платок? – спросила, всхлипнув, Анюта.

– Разбила нос, – выдал он и, приподняв девушку за талию, направил к раковине. – Иди сюда, умойся. Вот полотенца одноразовые, оботрись, – оторвав от тубы, сунул ей пару штук в руку. – Сейчас лед достану.

Он полез в холодильник, доставая кусочки льда в ячейках. Послышался сильный стук в окно, и чуть заплетающийся голос Екатерины требовательно закричал:

– Открой, Громов! Я эту белобрысую все равно подкараулю и рожу ей расцарапаю!

Она начала бить кулаками по закрытому окну, создавая невообразимый шум. Уходить она, видимо, не собиралась.

Даже не обернувшись на истерику любовницы, Влад продолжал рыться в морозилке.

– Вот вроде, – произнес он, вытаскивая две ячейки со льдом.

Видя, что девушка уже умылась, он указал на табурет.

– Присядь, посмотрю, – велел он. Она послушно села, чуть задрав к нему голову. – Сильно саданула. Синяк будет. Но все равно приложи лед, чтобы не опухло сильно.

Быстро обернув ледяные коробочки одноразовыми полотенцами, Влад приложил их к носу Анюты, показывая, к какому месту лучше прижимать.

– Так посиди, голову чуть запрокинь. Больно? – спросил он.

Аня поразилась его мягкой интонации голоса. Разве этот грозный опасный мужик мог быть человечным? Она даже опешила на миг.

– Уже не больно. Только ото льда очень холодно.

Вдруг раздался звон бьющегося стекла. Аня ахнула от неожиданности.

Окно рассыпалось на куски. Большой камень, влетев в окно, прокатился по полу. Взбеленившись окончательно, Екатерина в бешенстве выбила стекло.

– Кобель! – закричала она.

– Ах ты дрянь! – процедил Влад угрожающе и бросился в другой конец комнаты.

Стремительно распахнув шкаф, он что-то достал оттуда.

Когда он повернулся, Аня увидела в его руках ружье.

Глава 4

Уже через минуту Громов высунулся в разбитое окно и, подняв ружье, выстрелил.

– Вы что?! Что вы делаете?! – закричала испуганно Аня и, забыв про свой травмированный нос, вскочила с места и кинулась в сторону мужчины. – Не стреляйте в нее!

Она повисла на его руке, видя в разбитое окно, что Екатерина, как можно быстрее ковыляя на каблуках, поспешила к калитке. Ее отборный мат отчетливо слышался на весь двор.

– В воздух стрелял! Эта бешеная дура по-другому не поймет, – прохрипел он, опуская ружье.

Отметив, что неадекватная женщина скрылась за поворотом дороги, Громов опустил ружье на пол, оперев его о стену, и начал осматривать раму.

– Выбила окно. Новое теперь вставлять. А у меня времени нет, дел невпроворот!

– Вы не расстраиваетесь, – попыталась успокоить его Аня, стоя рядом.

– Как же, – мрачно сказал он, осторожно вытягивая остатки битого стекла из рамы. Обернулся к ней и скомандовал: – Ты иди, садись на место, нос лечи. А то кровью все мне зальешь.

– Да, хорошо.

Присев на табурет, Аня быстро выключила газ под сковородой с картошкой, которая уже стала черной.

– Опять сгорела, – констатировала она.

– Твою ж дивизию! – выдал он разочарованно, скидывая стеклянные осколки в пластмассовое ведро.

Быстро подмел пол и выставил ведро в сени. Вернулся в комнату Громов смурной, поджимая губы. Подойдя к окну, еще раз осмотрел его.

– Вроде ночь теплая должна быть. Не замерзну. Завтра что-нибудь придумаю.

Подхватив ружье, Влад направился к шкафу.

– Вы ведь не думаете, что это я виновата во всем? – спросила Анна осторожно, вновь прижимая лед к носу.

– Я разве так сказал? – обернулся он к девушке, убирая ружье обратно в шкаф. – Екатерина всегда бешеная была.

– У вас есть разрешение на оружие? – спросила подозрительно Аня.

– А если нет? То что? Доложишь? – прищурился Громов, обернувшись к ней. И как-то кровожадно ухмыльнувшись, добавил: – Мужик с ружьем живет один на отшибе. Неуравновешенный, злой. Не боишься проситься на ночь?

Сглотнув, Анюта убрала от лица лед и тихо сказала:

– Вы, по крайней мере, не кусаетесь, как та собака. И дом у вас добротный. Отчего мне бояться?

Тут Громов рассмеялся. По-доброму и сухо. В его глазах зажглись даже игривые огоньки.

– Смелая ты. Пострадала, опять же. Ладно. Оставайся на ночь, – заявил он и, увидев, как радостно зажглись ее глаза, тут же выдал: – Но завтра чтоб шла покупала билет и туту! Уяснила?

– Да, – кивнула Аня, улыбаясь ему.

– Нос-то как?

– Вроде не болит.

Он наклонился к девушке и, осмотрев ее нос, сказал:

– Надо же, и синяка вроде нет.

– Прекрасно же, – снова улыбнулась она.

– Раз так, то ужин с тебя. Картоха опять пригорела. Принес нечистый эту озабоченную бабу, – бурчал он про Екатерину. – Походу, не пожру сегодня. Сейчас почищу новую.

– Хорошо. Я только руки помою и переоденусь, – согласилась довольно Анна.

– Идет, – ответил Влад и снова полез в ящик за картошкой. – Да, и грибы возьми, сейчас сметану из погреба достану. И салат там свой приготовь. Как обещала. Че там для него надо?

Аня быстро назвала ингредиенты для салата, и Громов проводил ее на второй этаж в одну из трех спален. Небольшую и солнечную.

– Тут располагайся. И спускайся. Туалет на улице, справа от дома.

– Благодарю, я быстро.

Он уже почти вышел из комнаты, но обернулся и спросил: