Арина Стен – Моя самая большая тайна (страница 29)

— Признайся, ты там прячешь жену и семерых детей, — как-то полушутя воскликнула я, получив очередной мягкий отказ.

— Восьмерых, — осклабился Андрей. — Не стоит сомневаться в моей мужской силе.

Уж в чем, в чем, а в ней я точно не сомневалась. Свою мужскую силу он доказывал мне почти ежедневно, по нескольку раз.

— Нат, нам скоро выходить, — вырвал меня из размышлений голос Андрея и стук в дверь спальни, которую я закрыла на замок, чтобы он не проник внутрь и не мешал мне одеваться.

— Еще пять минут, — крикнула, докрашивая правый глаз.

— Ты это говорила пять минут назад, — проворчал мужчина, судя по звукам, отходя от двери.

— Нельзя торопить совершенство, — сказала сама себе, прекрасно понимая, что кричать смысла нет, меня все равно не услышат.

Кинула последний взгляд в зеркало — по-моему, выгляжу я шикарно. Легкий макияж, нежного цвета платье, невысокий каблук. Если Светлицкий не отвесит мне больше одного комплимента за вечер — стукну. Больно. Вполне возможно, что по причинному месту.

Улыбнувшись своему отражению, вышла из комнаты.

— Я готова, — известила мужчину, заходя в гостиную, где на диване, уткнувшись в телефон, развалившись, сидел Андрей.

— Слава богу, — вздохнул мужчина, убрал телефон в карман и посмотрел на меня.

Судя по сверкнувшему в его глазах восхищению, и дернувшемуся кадыку, время на сборы я потратила не зря.

Желая усилить эффект, покрутилась на месте, разведя руки в стороны, озорно подмигнула мужчине и спросила:

— Ну, как? Сойдет для вашего банкета?

Шумно вдохнув, Андрей медленно подошел ко мне, положил руки на талию и наклонился, чтобы поцеловать, но удалось ему только чмокнуть в щеку, так как я не хотела перепачкать его в помаде.

— Испачкаешься, — пояснила свое поведение в ответ на его вопросительный взгляд.

— Да плевать, — хмыкнул он, но быстро понял, что я не сдамся. — Что касается ответа на твой вопрос… — отодвинув меня на расстояние вытянутых рук, снова внимательно осмотрел с ног до головы. — Если мы сейчас же не выйдем из дома, то я утащу тебя в спальню, и все твои старания будут впустую.

Многозначительно посмотрев ему между ног, хмыкнула. Кое-кто очень красноречиво напоминал о своем существовании.

— Сможешь сдержать себя в руках, пока мы вновь не останемся наедине?

— Не уверен, — улыбнулся Светлицкий. — Но сделаю все возможное.

В этот момент зазвонил его телефон. Продолжая одной рукой держать меня за талию, вытащил мобильный и ответил на звонок.

— Да? Хорошо. Спускаемся. Карета подана, золушка, — подмигнул мне и умудрившись-таки коротко чмокнуть, повел к выходу.

Добрались быстро. Банкет устраивали в одном из самых дорогих ресторанов города, убранство которого было выполнено в стиле эпохи Ренессанса — через чур пафосно, на мой вкус, но делать нечего. Гости были разодеты в пух и прах, но я не выделялась на их фоне неряшливостью или дешевым туалетом. Что радовало, откровенно говоря. Не хотелось бы ударить в грязь лицом перед коллегами Светлицкого.

Правда, некоторые дамочки кидали на меня уничижительные взгляды, когда мы с Андреем проходили мимо них (на мужчину они смотрели с восхищением, чуть ли слюни не пускали, готова биться об заклад — половина из них от одного вида Андрея потекли, как мартовские кошки), но мне было плевать. Я лишь высоко задирала голову и отвечала улыбкой полной превосходства.

Этот мужчина — мой, кошки облезлые. Разрешаю смотреть, но руками не трогать.

— Если сожмешь еще сильнее, у меня в руке прекратиться циркуляция крови, — прошептал мне на ухо Андрей, наклонившись.

— Прости, — виновато улыбнулась.

— Запомни, ты — единственная женщина в этом зале для меня, остальные лишь декорации.

После таких слов уже я готова была растечься лужицей у ног мужчины, а уж о том, что трусики мгновенно стали влажными, и говорить нечего.

— К тому же, я не единственный, на кого бросают вожделеющие взгляды, — продолжил он, бросив предостерегающий взгляд мне за спину.

Обернувшись, я успела заметить быстро отвернувшегося мужчину довольно приятной наружности, но все равно проигрывающего Светлицкому по всем фронтам.

— Запомни, ты — единственный мужчина в этом зале для меня, остальные лишь декорации, — вернула Андрею его же слова, подмигнув.

Глаза мужчины опасно сверкнули, и он рывком притянул меня к себе, впившись в мои губы жалящим поцелуем, наплевав на слабые протесты с моей стороны и шокированные взгляды окружающих нас людей.

— Чтобы все знали, кому ты принадлежишь, — жарко прошептал, наконец оторвавшись от меня, чуть прикусив напоследок нижнюю губу.

Мои щеки вспыхнули, но я не успела ничего сказать, нас прервали самым бесцеремонным образом (хотя, наверное, это было к лучшему, учитывая нашу патологическую неспособность держать себя рядом друг с другом в рамках приличий).

— Эй, вы двое, это общественное место, ведите себя прилично.

Еще раз коротко меня поцеловав, Андрей повернулся к подошедшим Ане с Колей.

Подруга, как всегда, выглядела сногсшибательно — изумрудное платье в пол, цвет которого хорошо подчеркивал глаза девушки, плотно облегающее фигуру, отчего начавший округляться животик стал заметен. Не то чтобы очень сильно, но я прекрасно знала, какой щепкой была Анюта до беременности, так что легко разглядела изменения в ее организме и внешнем виде.

— Ну и когда вы, наконец, перестанете скрывать очевидное? — ухмыльнулся Светлицкий, выразительно посмотрев на живот девушки.

Анечка вспыхнула, обменялась с женихом нежными взглядами и, словно боясь моей реакции, осторожно посмотрела в мою сторону.

— Прости, — сказала она, обращаясь только ко мне. — Я хотела сказать, но боялась… сегодня мы были у врача, все идет нормально. Коля пытается уговорить меня больше не скрывать эту радостную новость, но я все сопротивляюсь. А, оказывается, и так уже все знают.

— Глупая, — мягко рассмеялась, увидев слезы в глазах подруги, и притянула ее к себе, чтобы обнять. — Я уже давно догадалась. И очень за тебя рада. Потом все расскажешь, — сказала тихо.

— Обязательно, — кивнула она, отодвигаясь и всхлипывая.

— Плакса ты моя, — ласково пробормотал Коля, притягивая к себе невесту и целуя в висок.

Андрей лишь мягко улыбался.

— Когда-нибудь и мы станем такими же, — заговорщицки подмигнул он мне.

Ярко вспыхнув от смущения, отвела глаза. И встретилась взглядом с дико недовольной шалашовкой (для дамы она одета слишком вызывающе). Уверена, она мысленно пыталась меня проклясть. А на мою руку, лежащую на талии Андрея, смотрела так, словно это была не рука, а ядовитая змея.

Нахмурившись, обернулась к Светлицкому, чтобы спросить — кто это такая? Он должен знать, он же работает в этой фирме. Но мужчина уже и так смотрел на эту девушку. И был зол, как черт. Желваки ходили ходуном, а зубы скрипели.

— Какого хуя? — рыкнул он и неожиданно отпустив от меня, направился к ней, не обращая внимания на тех, кого задевал по дороге.

— Что за… — пробормотала, обменявшись ошеломленными взглядами с Аней.

Коля же тихо выругался.

— Простите, дамы, — пробормотал жених подруги и тоже пошел в сторону уже начавшей ругаться парочки.

— Ты знаешь, кто это? — спросила у Ани, все-таки надеясь на ее осведомленность.

— Ни малейшего понятия, — покачала головой та. — Хотя… ее лицо кажется мне знакомым.

Глава 28

Андрей

— Какого дьявола ты здесь делаешь? — накинулся на Лену, стоило ей оказаться в пределах досягаемости, схватил за руку чуть выше локтя и потащил совершенно не сопротивляющуюся девушку в сторону выхода.

— Осторожнее, любимый, — проворковала она, попутно бросая широкую улыбку в сторону стремительно приближающегося к нам Николая. — Гариков, рада тебя видеть.

— А я тебя нет, — нахмурившись, ответил он, оглядываясь по сторонам.

К счастью, на нас мало обращали внимание. Гостей больше интересовало начавшееся на сцене представление и столы, ломящиеся от еды, за которые всех как раз пригласили.

Единственное, о чем я сейчас переживал — это утащить Лену как можно дальше от Наты, попутно выяснив, какого хера она сюда приперлась. А затем мне предстоит объяснить моей девочке, что это такое было.

От перспективы последнего поморщился, Наташа будет недовольна. Я бы точно был — бросил ее без объяснений, кинулся к какой-то бабе, потащил ту из зала… В общем, мое поведение не добавляло мне положительных очков.

— Ты делаешь мне больно, — проскулила Лена, пытаясь вырваться из моей хватки, пока я продолжал тащить ее на выход из банкетного зала.

— Отлично, — сказал свозь зубы, останавливаясь, когда мы оказались вне поля зрения других людей.

Коля закрыл за нами дверь и встал так, чтобы Лена не смогла сбежать.