Арина Сайрова – Поддельное чудо (страница 3)

Мира уже слышала, как он расскажет это соседям. Проверяющая Лест подтвердила подлинность. Всё остальное потеряется. Икона уйдёт другому владельцу, мастерская заменит доску или пломбу, а имя Нарвы Гис снова спрячут в полости.

Она взяла бланк заключения.

— Вещь не выполняет заявленного действия. Вторая печать поставлена поверх прежней. Третья не содержит силового узла. Внутри хранится незарегистрированное признание Нарвы Гис, предназначенное для исправления вреда её дочери. До выяснения происхождения пластинки и согласия самой Нарвы использовать её нельзя.

Перо скрипело громко. Оршан стоял молча. Когда Мира поставила подпись, он выхватил бланк, прочёл и бросил обратно.

— Где слово «подделка»?

— В заключении перечислено точнее.

— Я вызвал охотницу за фальшивыми чудесами. Вы нашли фальшивое чудо. Напишите это.

— Нашла вещь с поддельным обещанием и настоящей силой неизвестного происхождения.

— Это уловка.

— Это факт.

— Удобный для вашего цеха. Теперь Зольт скажет, что продал мне не обогреватель, а семейную святыню. Реестр скажет, что пломба повреждена вами. А я останусь без денег.

Мира промокнула чернила песком.

— Вы можете потребовать возврата через суд мер и обещаний. Моё заключение даст основание.

— Через суд? Полгода писем, три пошлины и оценщик, которого выберет тот же цех?

— Возможно.

— А вам я должен сейчас.

— Мы договорились о двенадцати ларах.

Купец засмеялся. Коротко, без веселья.

— За что? Вы не сказали, настоящая вещь или нет.

— Сказала.

— Вы сказали и то и другое.

— Потому что здесь и то и другое.

Оршан подошёл к двери и распахнул её.

— Уходите.

Слуги в коридоре дружно отвели глаза. Мира не двинулась.

— Пластинка останется у меня как вещественное подтверждение до регистрации спора.

— Восемьдесят ларов тоже заберёте как подтверждение?

— Только пластинку. Вы получите расписку.

— Ничего вы не получите. Это моя икона, купленная на мои деньги.

— Признание принадлежит Нарве Гис.

— Я не знаю никакой Нарвы!

Имя отозвалось движением в коридоре. Краснорукая служанка уронила поднос. Чашка ударилась о ковёр и не разбилась.

Мира медленно повернулась.

— Ты знаешь?

Девушка присела, подняла чашку и поставила обратно. Лицо у неё стало белым.

— Нет, госпожа.

— Посмотри на меня.

Служанка посмотрела.

— Нарва Гис жила в этом доме?

Оршан шагнул между ними.

— Не допрашивайте моих людей.

— Я спросила о происхождении вещи.

— Вы закончили работу.

— Не закончила.

Мира взяла пластинку двумя пальцами. Металл оставался холодным, но красные руки служанки задрожали.

— Это моя мать, — сказала девушка.

Оршан закрыл глаза.

В коридоре стало тихо. Даже дождь словно отступил от окон.

— Как тебя зовут? — спросила Мира.

— Иса.

— Это тебя обожгло?

— Да.

— Когда?

— Мне было семь.

— Твоя мать меняла повязки?

Иса кивнула.

— Руки зажили плохо. Пальцы мёрзнут. Но она ухаживала. Потом пришёл сборщик. Сказал, что признание можно отдать вместо долга за лекаря. Мама согласилась.

— Какого долга?

— За мазь и место в лечебнице.

— Она знала, что признание вложат в эту икону?

— Сборщик сказал — в домашнее тепло. Мама думала, оно будет греть комнаты, где лежат дети.

Оршан резко обернулся к служанке.

— Почему ты молчала?

— Я не видела пластинку, господин.

— Но имя слышала!