Ариэль Уайт – Нерушимые Клятвы (страница 11)

Из горла вырывается рык, но я совру, если скажу, что испытал хоть каплю боли от ее шалости. Потому что сейчас я ощущаю лишь неистовое, пульсирующее во всем теле, обжигающее внутренности и туманящее рассудок возбуждение.

Я настолько погружаюсь в это легкомысленное состояние животной похоти, что даже не замечаю, как девчонка ловко стягивает мои запястья какой-то тканью у меня за спиной.

Это уже совсем необычно. Но черт, я слишком сильно хочу ее, чтобы задавать лишние вопросы.

Огладив мои плечи, кошка возвращается вперед и усаживается на меня верхом, предусмотрительно развернувшись ко мне спиной. Когда ее сочная попка касается моего стояка, из горла вырывается хриплое рычание.

Девчонка вздрагивает, тихо выдохнув, а затем начинает танцевать на моем члене. Она выгибает спину и меняет темп и силу давления так профессионально, словно сама работает танцовщицей стриптиз-клуба и не в первый раз исполняет приватный танец.

Хотя может, так и есть. Я же вообще ни хрена о ней не знаю!

Но прямо сейчас мне все равно. Серое вещество высохло, лишив мозг доступа к кислороду, и вся кровь, очевидно, перекачивала в область паха. Я чувствую себя обдолбаным наркоманом, притом что ни разу в жизни не употреблял запрещенных веществ.

Но почему-то я уверен: именно так это состояние и ощущается.

Опускаю голову, прикусывая шею девчонки на стыке с плечом, и она протяжно стонет, откидывая голову слегка назад. Ее бедра продолжают вращаться, полируя мой стояк сквозь брюки, и я чувствую, что уже очень близок к границе невозврата.

Дергаю руками в попытке коснуться девушки, но повязка лишает меня такой возможности. Черт.

– Ну, давай же, малышка. Иди сюда, – шепчу задушено, оставив очередной поцелуй на ее плече.

Киса вздрагивает и, обернувшись, шлепает меня по груди, как грубого нарушителя правил.

В тот миг, когда ее полыхающий негодованием взгляд встречается с моим, я цепенею.

Ее глаза… Они не зеленые, как мне показалось на первый взгляд. Они лазурные.

Изумрудные края переплетаются с голубой окантовкой, которую сейчас практически не видно из-за сильно растянувшихся черных зрачков. И этот завораживающий взгляд вышибает последние остатки воздуха из моих легких.

Подаюсь вперед, чтобы прижаться к ее губам своими, но она вдруг отстраняется, вынуждая меня вновь прижаться к ее бархатной шее. Сладкий аромат чертовки проникает в легкие, опьяняя и будоража каждый чертов орган.

Я будто вдыхаю запах только распустившихся весенних цветов, на которых еще не успела высохнуть свежая утренняя роса.

Все тело начинает вибрировать от предвкушения, когда девчонка приподнимается с моих колен и наклоняется вперед, принимаясь расстегивать мои брюки. Дыхание сбивается, а яйца поджимаются, когда она медленно проходит по своим алым губам языком, параллельно стягивая с меня штаны.

Меня, блять, начинает трясти. Я не помню, когда последний раз был настолько возбужден. Это одновременно сильно интригует и чертовски пугает меня.

Кошка прикусывает губу и наклоняется ближе к моему лицу, поставив свое колено между моих широко разведенных ног. А потом она запускает руку в мои волосы и томно шепчет на ухо… совсем не то, что я хотел бы сейчас услышать.

– Ты, несомненно, хорош, здоровяк, вот только староват для меня. Извини.

Что-что?

Пока я пытаюсь осознать всю абсурдность происходящего, она подрывается с места и, схватив ключ-карту вместе с моими брюками, выбегает из темного помещения, оставляя меня охренительно возбужденным и невероятно шокированным.

С днем рождения меня, блять!

Глава 7

Джемма

Пульс ошалело долбит в висках, заглушая громкие музыкальные биты над моей головой, пока я стремглав несусь по длинному темному коридору.

Кожа липкая от испарины, дыхание срывается, а грудь сдавливает от кипящего внутри страха, вперемешку с мощной дозой адреналина. Но широкая улыбка ни на мгновение не покидает моего лица.

– Джем, ты где пропадала так долго? Тут такое было! Танцовщица в костюме тигрицы прыгнула…

Перебиваю словесный поток Кристины, выставив руку перед ее лицом.

– Крис, мне срочно нужно уехать.

Ее рот распахивается, а лицо стремительно вытягивается.

– В каком смысле? Вечер только начался! Джем, ты ждала этой возможности два года, о чем ты вообще говоришь?!

Сцепляю зубы на нижней губе, удерживая внутри досадливый стон.

Ее доводы вполне логичны и совершенно обоснованы. Я действительно ОЧЕНЬ ждала эту возможность! И наверняка уже сегодня ночью, как только окажусь одна в своей комнате и рухну на холодную, одинокую постель, я взвою громче волка в брачный период, сетуя на свою тупость и горячность. Но конкретно сейчас перспектива жестокой расправы от одного полуголого, перевозбужденного бугая пугает меня куда больше, чем возможность будущего разочарования от несбывшейся мечты.

– Я знаю, знаю! – тяну, опасливо озираясь по сторонам. – Но мне… эм… мне стало плохо! – как хорошо, что мой незаурядный разум в критических ситуациях вырабатывает гениальные мысли с экстремальной скоростью. – Поэтому я и отошла. Блевала в туалете двадцать минут без перерыва, – затыкаю нос двумя пальцами для пущей убедительности. – У меня, кстати, остатки киви на подбородке не болтаются?

Кристина резко отшатывается с выражением неподдельного ужаса на лице и хаотично перебегает глазами по моему раскрасневшемуся от сдерживаемого хохота лицу.

– О господи! Неужели фрукты в лимузине были испорчены? Меня что ждет такая же участь?

Клянусь, ее лицо в тот же миг зеленеет, а в глазах проскальзывает влажный блеск от перспективы провести остаток вечера в компании белого друга.

Отложим мысль о том, что так проходит каждое утро Кристи после любой попойки.

– Крис, с тобой все будет нормально! Ты же продезинфицировалась пятью стопками текилы, забыла?

Она на секунду задумывается, а затем выдыхает с облегчением.

– Ну да, слава богу. А я тебе говорила, что к вечеринке нужно готовиться заранее! Но нет, ты же хотела попробовать все авторские коктейли от топовых барменов! – покачивая головой в стороны, она складывает руки на груди. – Вот и получай теперь!

Наш разговор затягивается слишком надолго, и я уже чувствую нарастающие приливы паники. Не знаю, что сейчас более вероятно: остановка сердца от страха быть пойманной или истерический припадок из-за отказа от самого долгожданного вечера за последние годы.

Дабы закончить этот мучительный диалог поскорее, я прикладываю кулак к губам, изображая рвотные позывы. Крис выпучивает глаза, отстраняясь еще на два шага.

– О господи, беги уже скорее, Джемма! Тебя сейчас опять стошнит!

Кивнув ей, я устремляюсь прямиком к выходу, больше не останавливаясь и не оглядываясь.

Стремительно преодолев зал и короткий темный коридор, вылетаю на улицу и запрыгиваю в уже ожидающее меня такси. Проигнорировав недвусмысленный взгляд водителя через стекло заднего вида, откидываюсь на спинку сиденья и, наконец, достаточно глубоко втягиваю воздух в легкие.

Господи, что я натворила?!

Я чуть не переспала с Кристофером Фостером.

Видимо, у меня случилось помутнение рассудка, психоз или я окончательно тронулась умом, а иначе я просто не представляю, как объяснить весь тот кошмар, что я вытворила за последний час!

Сегодняшний вечер должен был стать идеальным.

Идеальное место, идеальное настроение, идеальная обстановка и идеальное внутреннее состояние. Но потом всю магию момента разрушил один незваный мужлан.

Я почувствовала его взгляд на себе еще до того, как увидела. На меня всегда обращали внимание мужчины. Да и девушки. Но я никогда не горела вот так, в ответ на их взгляды.

А сегодня именно это со мной и произошло.

Я ощутила такой необычайный прилив обжигающей энергии, что моя кожа буквально задымилась от внутреннего жара. Грудь покалывало от частых импульсов, а сладкая эйфория захватила меня целиком, заставив задохнуться от столь непривычных ощущений.

Я четко понимала, что меня не просто раздевают взглядом. Мне обнажают душу.

Это было настолько горячо, специфично и неожиданно, что мне страшно захотелось узнать, кто или что стало причиной таких перемен.

Когда я открыла глаза, обнаружив Кристофера Фостера, стоящего на балконе второго этажа и неотрывно наблюдающего за мной, мои легкие сжались, перекрывая приток кислорода.

Голова пошла кругом, дыхание остановилось, жар тела и крови достиг критической отметки, и я попросту взорвалась, оставив после себя лишь пепел, лавирующий по спертому воздуху клуба.

Его взгляд был таким голодным, чувственным, проникновенным, что я едва удержала в себе стон от давления стремительно опустившегося между бедрами.

Мне было сложно поверить, что Фостер способен вот так смотреть на женщину. Он всегда выглядел слишком сдержанным, неприступным и даже черствым для подобных проявлений. А осознание того, что женщиной, подтолкнувшей его к таким разительным переменам, стала именно я, казалось просто абсурдным.

Мысль о небольшой шалости возникла, словно короткая, но ослепительно яркая фотовспышка. И чем точнее вырисовывались ее черты в моей голове, тем жарче становилось у меня за ребрами.

Пришло время поменяться ролями.

Сегодня я буду его желанным призом, а он – страстно жаждущим меня игроком.