Архелая Романова – Девушка с секретом, или Убей моего мужа (страница 3)

— Кто мэр, тот и распоряжается шахтами, — серьезно ответила Тина. — Так что да, важно. Судя по всему, кто-то решил натравить Ворона на Гришу. Если мы сейчас расскажем все братьям, они позовут Мирона.

— Ну так мы ж тут не при чем!

— Мирону не объяснишь. Он может подумать, что мы это специально провернули: мол, спасли брата твоего и прочее. А если Макс не очнется…

Схватив бутерброд, Тина принялась жевать, водя пальцем по столу. Я аккуратно присела рядышком и жалобно спросила:

— Так что делать-то?

— Надо Макса отправить в безопасное место, желательно к врачу. Он его на ноги поставит, а потом уже Воронцов сам расскажет, кто его и зачем. И овцы целы, и волки сыты.

— И куда мы его?

— Есть у меня одна мысль… — туманно ответила подружка, доедая бутерброд и шарясь в записной книжке. — Сейчас, погоди.

— Кому звонишь?

— Ветеринару.

— Так Максим же вроде — человек, — растерялась я. В отличие от Тины, поглощающей завтрак, мне кусок в горло не лез. Черт меня дернул пройти вчера именно в то время, когда неизвестные притащили брата Мирона! Жила себе спокойно, никого не трогала — а тут на тебе!

— И что? Другого все равно нет, — пожала плечами подруга.

Спорить я не стала.

— Алло, Игорь Валентинович, — с набитым ртом прочавкала Тина. — Нужна ваша помощь. Ага, ага, ну да, конечно, о чем речь…

Болтая по телефону, подружка направилась в спальню, а я — за ней. Встав возле Макса, Тина с любопытством уставилась на него.

— Красивый, черт, — протянула подруга, закончив разговор.

— Ты с ним была знакома? Ну, лично.

— Угу, — насупилась подружка. — Была. Я ж все детство за братьями ходила — куда они, туда и я. Только Гриня вечно с Мироном, а Глеб с Максом цапались. Ну а я вроде как не при делах. Не замечал меня Макс никогда, даже имя мое вечно путал. Козел, — припечатала Тина.

— Нравился тебе? — сочувственно спросила я.

— А то, — болезненно зажмурилась Тина. — Я в него влюблена была с пятнадцати лет.

Мы замолчали, горестно глядя на спящего Максима.

— Ладно, — встрепенулась подруга. — Сейчас Игорь Валентинович подъедет, заберет его.

— А кто это? И куда?

— Да ветеринар мой знакомый, говорю же, — отмахнулась Тина. — В клинику и отвезет.

— В ветеринарную? — уточнила я. Макса стало жалко.

— А у тебя идеи получше есть?

— Есть, — с готовностью кивнула я. — Давай Глебу все расскажем, и пусть разбирается.

— Дура ты, Полька, — скривила лицо Тина. — Во-первых, Глебушка нам голову оторвет, а потом уж с Мироном грызться будет. А если Бельские с Воронцовыми рассорятся, то все, считай. Не видать Грине поста мэра, как и нам все — спокойной жизни. А тебе — в первую очередь.

— А мне почему?

— Так ты ж его нашла, — удивилась подружка. — С тебя и спрос. Может, там в лесу твои подельнички были? Мирон знаешь какой психованный?

Насколько психованный был Мирон, я не знала. Зато представляла Глеба в гневе — видела один раз, когда мы с Тинкой пошли в клуб и напились до зеленых соплей. Больше как-то не хотелось.

Пожав плечами, я спросила:

— Так его ж искать будут. А Глеб твой уже с утра что-то заподозрил. Смотрел на меня волком.

— Вот ты совсем без мозгов, — с жалостью протянула Тина. — Он так на тебя смотрит, потому что нравишься ты ему, дура. А ты нос воротишь.

— Упаси меня Бог, — вздрогнула я. Глеб мне не то чтобы не нравился — нравился, даже очень, только вот побаивалась я его. Слишком уж он … серьезный. И большой. Как рявкнет — бежать хочется. — А вообще, мне серьезные отношения не нужны. Я не готова пока.

— Ну и останешься старой девой, — резюмировала Тина. — А я все думала, почему ж тебя с такой внешностью никто до сих пор замуж не уволок? Теперь-то ясненько.

Я горестно посмотрела в зеркало. Внешность у меня была и впрямь выдающаяся — ни дать ни взять куколка. Белокурые волосы, алый ротик, голубые глазки. В магазинах спиртное не продавали, полагая, что мне лет семнадцать, и это в мои-то двадцать четыре! Тине с ее волнистыми каштановыми прядями, чувственными губами и стервозной внешностью я жутко завидовала. Мужчины ее обходили сторонкой — видать, чуяли, что Тинка способна мозг чайной ложечкой выесть и не поморщиться.

Внизу заскрипели ворота.

— О, Игорь Валентинович приехал, — констатировала Тина, глядя в окна. Я тоже глянула — и обомлела. Во двор въезжал старенький микроавтобус скорой помощи, переделанный под «ветеринарную помощь». На боках красовались веселенькие наклейки далматинцев, лаек и акит-ину, а на задней дверце шла широкая надпись «Четвероногий друг лучше двух двуногих!».

— Игорь Валентинович, — заорала с окна Тина, махая рукой. — Идите в дом, и охранника захватите.

Охранник — вчерашний дядечка с усами, ошалело смотрел на микроавтобус, а потом, кажется, приготовился бежать, но под грозным взглядом Тины послушно побрел в дом.

— Вот, Игорь Валентинович, гляньте, — ткнула пальцем подружка в Макса.

— Мертвый? — боязливо спросил ветеринар.

— Да нет, живой был, — философски сообщила Тина.

— А-а-а, — протянул Игорь Валентинович, надевая очки. — А то я, видите ли, покойников боюсь. Раньше ведь врачом работал, да вот беда — стоит труп увидеть, как все — пиши пропало. Вот и переквалифицировался в ветеринара.

Я икнула. Усатый охранник, кажется, впал в анабиоз. Тина, схватив ветеринара под ручку, что-то принялась ему втолковывать, взмахивая руками так, что чуть не сбила очки с нашего спасителя.

— Ну хорошо, хорошо ты постаралась, чистенько вроде, — донесся до меня голос Игоря Валентиновича. — И что ты от меня хочешь?

Тинка опять принялась что-то говорить, попутно доставая кошелек. Игорь Валентинович кивал, охранник тихонько стоял у стеночки, а я глазела на этот цирк своими огромными голубыми глазами и чувствовала себя как в дурной комедии.

— Ну хорошо, — изрек ветеринар под конец тирады. — Тогда грузим его.

Следующие полчаса мы бегали, выгружая из микроавтобуса клетки для перевозки животных и устраивая импровизированное ложе для Макса на полу машины. Я носилась с одеялами, охранник крякал, утирая пот со лба, а Тина просто командовала. Спустя еще двадцать минут тело Макса торжественно вытащили из кровати и отнесли в автомобиль, после чего «Ветеринарная помощь» уехала восвояси. Охранник, получив на руки еще стопку купюр, тихонько уполз в свою каморку возле ворот, а мы отправились в дом.

— И куда он его? — поинтересовалась я у подружки, которая наводила марафет.

— Игорь Валентинович арендует помещение прямо в здании клиники, там и пристроит. Если что — врачи рядом, откачать успеют. Да и жизни Макса вроде ничего не угрожает. Видала, какая я молодец?

— Ага, молодец. Только вот красишься ты куда?

— Как куда? — удивилась Тинка, старательно припудривая лицо и рассматривая себя в зеркале. — Гриню с Глебом нужно отвлечь — раз, информацию узнать — два. И потом, надо же найти тех, кто Макса к дому подбросил. Они ж явно хотели моих братьев подставить, а я такое не прощаю. Слушай, а ты лица этих двоих запомнила?

— У одного вроде да.

— Опознать сможешь?

— В смысле: опознать?

— Ну, узнать?

— Наверное, — повторила я. — Так куда мы собираемся?

Подружка уже натягивала черные джинсы и алую водолазку, собирая длинные волосы в тугой высокий хвост. Воздев руки вверх, Тина простонала:

— Как бы это прискорбно не звучало, но в мире есть только два человека, способных отвлечь Гриню. Первый — Мирон, но его кандидатуру мы не рассматриваем по понятным причинам. Остается Марта.

— Марта? — растерянно спросила я.

— Да, Марта, — злобно фыкнула Тина. — Единственная и неповторимая Марта Рузина, владелица салона красоты и клуба.

— И что тебе Марта сделала? — поинтересовалась я.

— Вертихвостка она, — сдула с лица челку Тина. — Вертит Гришкой, как хочет. Он уж полгода за ней бегает, как дурачок, а она — то да, то нет. Та еще штучка. А мне за брата обидно.