Аперта – Черный лебедь, ставшая матерью принцессы-лебедя. Том 1 (страница 15)
– …
Боже, вы только посмотрите, как она резко захлопнула клювик. Видя, с какой быстротой она все схватывает, можно было с уверенностью утверждать, что передо мной самая настоящая главная героиня. Но я-то – всего-навсего второстепенный персонаж. И, заранее все предвидя, подготовила секретное оружие.
– Вот, поешь и хорошенько все обдумай.
– Сто это? Х-х-хоцю!
Ее и без того огромные глаза стали еще больше.
Не было ничего удивительного в том, что новая пища стала для трехлетнего ребенка настоящим шоком.
– В-вкусно!
– Конечно. Это лакомство не может не быть вкусным.
Ты теперь тоже лебедь, поэтому, когда что-то приходится тебе по вкусу, твой нос начинает непроизвольно дергаться от наслаждения. Я дала Ханиэль еще один кусочек сушеной рыбки, и она снова съела его с огромным удовольствием. Конечно, для принцессы это не бог весть какая закуска, но все меняется, когда речь заходит о лебеде. Возможно, у кого-то возникнет вопрос, откуда мне вообще известны такие подробности… Да все потому, что я сама была первым подопытным, прошедшим весь этот процесс.
«Ах, аж у самой слюнки потекли».
Поскольку у меня сейчас тело черного лебедя, то и вкусовые предпочтения соответствуют птичьим. Рыба, на которую я даже не смотрела, пребывая в человеческом теле, у черного лебедя в мгновение ока пробуждала все пять органов чувств, и в особенности это касалось обоняния. К тому же не стоит забывать, что в прошлом я была смотрителем зоопарка. Когда речь идет о такого рода вкусняшке, мне не составит большого труда развязать язык малышке.
– Еще… Еще дайте! Ханиэль хосет еще!
– Хорошо, но где же жила Ханиэль?
– Во дволсе!
Вот она – детская доверчивость. Едва я задала вопрос, как она тут же начала щебетать нужные мне ответы. Но правильно ли использовать ребенка таким образом? Все это вызывало у меня жуткий дискомфорт, но ничего другого не оставалось. Я должна была все выяснить.
– Хорошо. Значит, моя Ханиэль жила во дворце. Но как ты его покинула? Тебе кто-то помог?
– Блатик Лоам всял меня на луки, и мы вышли из дволса!
Вот так! А потом вот так!
Ханиэль, смакуя в клювике кусочек рыбки, начала укрывать свое тело крылышками, показывая, как все было. В мире нельзя было найти сахарной ваты слаще, чем этот кругленький белый комочек, который выглядел так, словно вот-вот растает.
– В-вот как? А кто такой братик Лоам?
– Мне нлавится блатик Лоам. У него из лук появляются свет и сияющие огоньки! Когда блатик меня обнял, у меня вылосли эти клылья!
– Хм-м.
Из услышанного можно было сделать вывод, что он маг. Ничего удивительного. Раз у нее семь старших братьев, то хотя бы один из них должен обладать талантом к магии. Если бы вся семерка была помешана на войне, это был бы не роман, а самое настоящее безумие. Ну, а так как он маг, теперь мне стало понятно, почему Ханиэль оказалась превращена в белого лебеденка.
– …
Но куда важнее было то, что малышка явно любила своего братика Лоама. Эти наполненные счастьем глаза ребенка невозможно было подделать.
– Когда плиходит блатик Лоам, мне очень весело! Он и иглает с Ханиэль и ласговаливает!
– А что насчет твоих других старших братьев?
– Хны-ы-ы…
– Н-нет, ничего не говори. Забудем о других старших братьях!
Ее сверкающие глазки застелила прозрачная пелена. Это застало меня врасплох, и я смущенно покачала головой. Ханиэль не прекращала ронять слезинки, и наконец успокоилась только после того, как я дала ей еще один кусочек рыбки.
«Ну в самом деле, какие же они ужасные люди».
Что же они такого натворили, что при одном упоминании о них ребенок начинает рыдать?
Продолжая что-то бормотать себе под нос, малышка взяла кусочек рыбки в свой клювик.
Какое же облегчение, что среди этой семерки есть хоть один нормальный старший брат.
– Но куда ушел твой братик Лоам? Почему Ханиэль пришла на озеро?
– Эм-м, ну…
Ханиэль вытянула шею, чтобы проглотить рыбку, и вновь посмотрела на меня своими круглыми сияющими глазками.
– Блатик Лоам сплосил, куда Ханиэль хочет пойти, и я скасала, что хочу увидеться с мамой!
– С мамой?
– Да. Он скасал, что если пойти в Стлану Осер, то там будет мама. Но… Вы правда не моя мама?
Лицо малышки тут же омрачила тень, и она опустила головку. Я нервно сглотнула. Нет, ела же себе спокойно рыбку, так почему сейчас она снова собралась плакать! Конечно, в детской непредсказуемости есть свое очарование, но я поспешила успокоить ее до того, как она расплачется.
– Х-хотя я не твоя мама, но я попробую отыскать твоего братика Лоама, хорошо?
– Блатика Лоама?
– Да, тебе ведь нравится братик Лоам, не так ли?
– …
Хотя она по-прежнему пребывала в расстроенных чувствах, но по крайней мере не говорила, что ей не нравится мое предложение.
– Да… Блатик Лоам скасал, что купит вкусный толтик. Скасал, что мне нужно его немного подоздать и он велнется с вкусным шоколадным толтиком.
– Где именно он сказал тебе его подождать?
– Не снаю. Ханиэль долго здала. Но братик так и не пришел, мне стало страшно, поэтому я последовала за селными птицами и вышла к осеру.
– Нет, ну что это за невиданная безответственность!
Как можно было уйти, оставив маленького ребенка одного! Мне хотелось верить, что хотя бы старший брат-маг немного лучше остальных, но вы только гляньте! За версту видно, что он кровный родственничек того самого тирана. «Подожди немного, и я обязательно за тобой вернусь». Это же самая распространенная фраза, которую говорят взрослые, когда бросают детей! Ну уж в данном случае я никак не в состоянии выражаться поэтическим языком!..
– Мама, нет, госпоза Селный Лебедь…
– Рыбки больше нет.
Увидев мой преисполненный решимости облик, малышка от удивления икнула. Но сейчас мне было некогда ее утешать. Первые семьдесят два часа – золотое время для поиска пропавших детей, и мои глаза блеснули торжеством, когда я увидела, что за окном проступают первые лучи солнца.
– Так-с, а теперь не пора ли выдвигаться в путь?
– Мадам, вы собираетесь лично отправиться на поиски?
– А разве есть другие варианты? Или, может, ты пойдешь?
– С… С чего бы мне это делать?
С восходом солнца я приняла человеческий облик и, отряхнув подол платья, пристально посмотрела на Селлену, которая испуганно попятилась. Большинство обитателей озера были уверены, что, покинув его пределы, встретят свою смерть, и Селлена, похоже, была в их числе.
– Просто подождите здесь. И все.
– Если бы ожидание что-то давало, мы бы все давно уже были с нашими семьями, разве нет? Ясно же как божий день, что он не придет!
В какой-то момент у меня отпало желание расставаться с обитателями озера. У каждого из них определенно была семья или хотя бы один близкий родственник, однако тот факт, что никто из них носа сюда не казывал в течение многих лет, говорил о том, что они либо считали своего пропавшего домочадца мертвым, либо ставили на первое место свою безопасность.
– Думаешь, что-то изменится, если просто сидеть здесь и ждать? Нужно отправляться на поиски ее брата сейчас, пока не стало слишком поздно.
– Но у вас нет никаких весомых зацепок… Ребенок даже не знает, где именно потерялся. И вы еще не до конца привели мысли в порядок.
Просто дай мне это сделать. Я сжала кулаки, глядя на Селлену. Тем не менее, учитывая сказанное мной ранее, я не могла позволить себе схватить ее за клюв и хорошенько потрясти.