Анжелика Королёва – Девочки. Повести, рассказ (страница 26)
– Понял! – сержант вздохнул.
– Да не ходи долго, неча тут! – Он прыгнул в машину. – Поехали к старлею!
В дверь Егоровой квартиры стучали. Да так, что, если бы он ещё немного не открыл, дверь сорвалась бы с петель.
– Кто? – спросил Егор напуганным голосом.
– Открывай, спрашивает он ещё! – Стук прекратился.
Он подождал чуть-чуть, стучать продолжали, и он понял, что придется подчиниться, уж больно напорист был гость. Открыл и отбежал, на пороге стоял отец Димки. Егор был готов провалиться сквозь землю. «Угораздило наткнулся на него утром», – подумал он.
– Зачем к сыну приходил?
– Я… я по делу, – зазаикался Егор.
– По какому делу? Чё-то я тебя не видел с ним никогда. Она послала?!
– Да нет. – Он пытался вспомнить, как зовут Димкиного отца, но никак не мог. – Что вы, мне надо было, я на охоту собирался, хотел с ним сходить, говорят, он места знает. – Егор говорил неуверенно и сбивчиво.
– Чё ты врешь? Какие места в воскресенье утром! Прискакал, весь трясётся! Я т-тя быстро раскусил.
– Так чё раскусывать, я же говорю, посоветоваться хотел.
– Ну, ты и гнида! Мужик с пацаном советоваться решил? – Петр Иваныч подошел к Егору ближе.
– Да вы чё! Налетели, кричите тут, аж страшно делается!
– Вот и бойся, сученыш! Говори, что случилось? – Иваныч схватил Егора за грудки.
– Я же сказал!
– Егор, чё вы орете-то?! Только Алёнку уложила, – выбежала на крик Оксана и обомлела, увидев, как старший Прудин держит её мужа.
– А… а… что вы делаете? – спросила она, подойдя ближе.
Иваныч ослабил хватку, Егор вырвался и отскочил к жене, прикрывая её рукой.
– Ксюша, иди к себе, я потом те расскажу.
– Егор, я никуда не уйду! Я сейчас милицию вызову!
– Не кричи! Не надо никого вызывать! – успокаивал её муж.
– Да вызывай, я не боюсь! А твой муженёк пусть расскажет, чё он приходил к моему сыну и почему после него Димку в милицию забрали?
– Ничё не понимаю.
– В милицию? Я не знал, – опешил Егор.
– Давай расскажи жене, семьянин, ёпть!
– Да что вы оскорбляете-то меня? – он попытался защититься.
– Егор, что происходит?
– Ксюня, иди к себе, потом поговорим!
– Я-то уйду, но я хочу знать!
– Говорю же, потом! – гаркнул Егор на неё.
Жена отошла в комнату, но спряталась за дверями и слушала.
– Ишь ты, голос у него командный! Срать я хотел на твой голос и на тебя! Не знаю, что вы удумали, но я не дам моего сына в обиду!
– Так кто его? Так вы думаете, что это из-за меня всё? – продолжал запинаться Егор.
– А чё бы я к тебе приперся? Нужен ты мне, вошь на гребешке!
– Опять за свое! Говорю вам, понятия не имею, почему Димка в милиции.
– Да хера ли с тобой говорить, говнюк! От тебя, как от козла молока! Эта дрянь уже поработала! Ну и сучья же у вас порода! Толдычил ему, не связываться, нет же!
– Да, мы не делали ничего, – лепетал Егор.
– Молчи, гаденыш! Но запомни. – Иваныч снова близко подошёл к Егору. – Если Димка в тюрьму сядет, я твоему бл… семейству жизни не дам! – Он ушел, громко хлопнув дверью.
С полки свалился ботинок.
– Егор, что случилось? – Оксана подбежала к мужу.
– Ксюш! Не сейчас.
Он подошел к холодильнику, налил стакан водки и выпил залпом. Рассказать жене о том, что случилось на берегу, пришлось, но он упустил участие сестры и племянника в этом, как они и договорились утром с Димкой. Вышло складно, и он решил придерживаться этой версии, если что.
Вечером на лавочке около второго каменного дома собрались бабы. Пуще всех орала главная подъездная сплетница и заводила – темноволосая высокая и дородная Люська. Среди них была и соседка бабы Нюры, которая видела, как забирали Димку.
– Говорят вам, его в наручниках вывели и ружжо потом несли, – гордо делилась она новостями.
– Лёху-то в ракитнике нашли, за интернатом. Валялся, как собака, – добавила другая соседка.
– Девки, это всё Надька, помяните мое слово, она, стерва, виновата, – вставила своё Люська.
– Валет грит, что она переживат сильно, с им на берегу была, когда милиция-то приехала.
– Ой, так она ещё та актриса. – Люська махнула рукой.
– Дак за что Лёху-то? Мужик такой, – сказал кто-то из собравшихся.
– Точно, веселый парнишка был. Помню, едем с ним с рыботы. Грю: «Лёха, у тебя тут земли под ныгами пылно, хоть кыртошку сыди». Хохочет!
– Ой, да и безотказный такой, всегда подвезет.
– Вот такой мужик и мешал этой сучке под кобелей ложиться, – Люська злилась.
– Да уж, этого не отнять у ей.
– Девки, может, не она это?
– Так как не она, ясно же, что сговор был! Ещё, поди, и братик помог.
– Господи, это-то откуда?
– Да все они там одной веревочкой вязаны.
– Димкин отец к нему сёдня приходил. – Люська показала на подъезд, у которого они сидели. – Орал, до Николаевки было слышно.
– Да ты что? Иваныч? Это что же такое должно случиться, чтобы он к какому-то Егорке пошел?
– Как что? Сын в милиции, посадят щас!
– У-уй, я бы привязала эту суку за ноги к грузовикам, и пусть её разорвут на части! – со слюной у рта заливалась Люська.
– Да что ты уж так-то?
– А она как?! Жизь мужикам загубила! Лёхи нету! Димка – пацан совсем, пропадёт! А как расстреляют его, что тогда? Всё, нету у матери сына и у детей отца! Тут ещё знашь, скока слёз будет!
– Ой, бабы, страшно!